WWW.KNIGA.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Онлайн материалы
 

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 ||

«Куманев Г. А. К 88 Говорят сталинские наркомы. — Смоленск: Русич, 2005. — 632 с. ил. ISBN 5-8138-0660-1 Основу книги составили записи, интервью и беседы автора, известного российского ...»

-- [ Страница 12 ] --

Два чувства владели мной, когда я возвращался из Кремля. Это,

ГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

с одной стороны, какая-то окрыленность, понимание того, что дан импульс для новых важных свершений в развитии нефтяной промышленности, в осуществлении которых ты будешь тоже играть не последнюю роль...

И, с другой стороны, ощущение тревоги в связи с предостережением вождя о новой надвигавшейся на нас большой беде. Что в мире не все безоблачно, что есть силы, которым мало понесенных нами огромных жертв и которые хотят не только многократного увеличения этих потерь, но попытаются вообще раздавить нас...

Г. А. Куманев: Как же шло освоение «Второго Баку» после той памятной для Вас встречи со Сталиным весной 1945 г. ? Какую роль оно сыграло в последующие годы в производстве нефти в СССР?

Н. К. Байбаков: Правительственные решения и распоряжения, последовавшие после той беседы со Сталиным, во многом определили небывалый по темпам прогресс «Второго Баку». Представьте, но именно быстрому развитию «Второго Баку», начиная с победного 1945 года и особенно в первые послевоенные годы, мы ежегодно стали давать прибавку от 20 до 25 млн. тонн нефти. Когда я при Хрущеве в 1955 г. уходил в Госплан СССР, добыча нефти составили уже 87 млн. тонн в год. Вместо 15 лет, о которых говорил Сталин в феврале 1946 г. в той речи перед избирателями — довести добычу нефти до 60 млн. тонн — мы практически это перекрыли за 8 лет и пошли дальше. В 1988 г. достигли 624 млн. тонн. Сравните — около 19 млн. тонн в конце войны. Вот, что значит успешное освоение «Второго Баку», а также быстрое возрождение нефтедобычи на Северном Кавказе и ее развитие на Каспии и в самом Баку.



Считаю необходимым еще раз подчеркнуть: все это в значительной мере связано с тем, что Сталин уделял нашей отрасли очень большое внимание, заложив прочную основу ее бурного прогресса. Не устаю до сих пор поражаться, как же оперативно и последователь- : но выполнялись тогда все правительственные постановления и ука- j зания Сталина, который постоянно интересовался состоянием нефтедобычи и нередко давал практические советы.

Вот в обычные дни вдруг звонок. Я не хочу сказать, что Сталин часто звонил, но подобные звонки были не раз. Итак, однажды. звонок. Беру трубку и слышу знакомый голос. Сталин поздоровался.

и говорит:

— Товарищ Байбаков, вот здесь мне Ваш главный геолог товарищ Сенюков написал записку о том, что, если мы хотим быстрее откры вать новые нефтяные и газовые месторождения, надо бурить «опорные скважины».

Что значит «опорные скважины»? Это, не глядя ни на что, бурить по всей стране без подготовки работы геофизиков, что обычно предшествует бурению скважин.

— Как Вы смотрите на метод, предложенный товарищем Сенюковым? Много ли он может нам дать?

Н. К. БАЙБАКОВ 605

Я отвечаю:

— Товарищ Сталин, это мероприятие довольно рискованное, да и очень дорогое?

Сталин спрашивает:

— А как Вы все-таки сами к этому предложению относитесь?

Я говорю, что в порядке эксперимента оно заслуживает внимания и надо попробовать. Гложет быть, что-нибудь важное, полезное и выйдет. !

Сталин заключил:

— Я согласен с ним.

И вот хочу откровенно констатировать: этот метод бурения «опорных скважин» позволил нам открыть многие богатые нефтью районы во «Втором Баку», в Сибири, открыть газ на Урале, в Поволжье, Казахстане, Туркмении.





Мы получили очень хорошие результаты. Это один из примеров, как тщательно следил Сталин за ходом решения в стране топливных проблем.

Но у него во время того телефонного разговора был и другой вопрос:

— Вот вы, нефтяники, — сказал Сталин, — начали Каспийское море осваивать. Там у вас на солидной глубине месторождение «Нефтяные Камни» появилось и ряд других. Между тем нам нужны небольшие глубины.

Что надо делать?

Я говорю, что ничего здесь не поделаешь. И надо эстакады строить, где глубоко, создавать металлические основания...

Сталин замечает:

— А вот есть предложение такое: перегородить Каспий плотиной от Шевченко до Грозного. Здесь достаточно мелко.

(Кто-то Сталину сообщил, что там от 2 до 6 метров. И это действительно так. Само Каспийское море в открытых нефтяных местах имеет глубину до тысячи метров.)

Отвечаю:

~ Товарищ Сталин, позвольте, мы перегородим это место плотиной, а куда вода пойдет, которая поступает из Волги, реки Урал? Это все, значит, пойдет другой стороной?

— A-а, Вы, кажется, правы. Ну тогда не надо ничего затевать.

На этом телефонный разговор прекратился. Я не буду приводить другие разговоры, которые имели место. Подчеркиваю, часто со Сталиным я не встречался, как и большинство наркомов. Больше всего во время войны он занимался военными делами, производством военной продукции, уделяя им максимум времени, внимания.

Вот сейчас очень много говорят и пишут о Сталине, сталинизме, причем преимущественно в негативном плане. Приводится немало фактов, документов, разных свидетельств (о чем многие из нас не знали раньше), о его прямом участии в развязывании репрессий, о грубых нарушениях по его указаниям социалистической законности и т. п.

ГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

Вину Сталина во всем этом затушевать невозможно, да и простить ему такие действия никак нельзя.

В то же время давайте посмотрим, как росла, развивалась наша экономика, например, в довоенный период. Рассмотрим, что происходило с ней в годы первой, второй, третьей пятилеток. Ведь в это время мы шли со средними темпами роста национального дохода примерно от 10 до 15% в год, а промышленного производства — до 17% ежегодно. И в итоге за небывало короткий исторический срок стали современной индустриальной державой, пришли от сохи к атомной энергетике, к ядерному оружию, первыми осуществили прорыв в космос. Здесь, конечно, заслуга Сталина исключительно велика.

Некоторые современные критики говорят — это все роль народа, а настоящего дальновидного руководства тогда, якобы, не было. Сталин, мол, здесь ни при чем, ибо общее руководство было плохим, примитивным, никудышным. Можно ли с подобными популистскими утверждениями согласиться? Конечно, нельзя.

Поднимается вопрос, а каким был Сталин как военный деятель, военачальник, полководец? Разумеется, я как гражданское лицо вряд ли могу дать ему квалифицированную оценку как военачальнику, полководцу. Хотя я знал и не раз невольно наблюдал, как Сталин активно, компетентно и конкретно занимался военными делами в качестве Председателя Государственного Комитета Обороны, Верховного Главнокомандующего и наркома обороны СССР.

Полагаю, что уместно при этом сослаться на авторитетное мнение такого нашего выдающегося военного деятеля и полководца, как Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков. Это был 1955 год.

Маршал Жуков являлся тогда министром обороны СССР. Жуков пришел ко мне в Госплан СССР с просьбой оказать содействие в решении ряда армейских вопросов, связанных с горючим. Когда мы закончили их обсуждение, он тут же дал из моего кабинета указания своим службам тыла.

А потом я задал ему вопрос:

— Георгий Константинович, вот Сталина нет сейчас, о нем по- разному судят, например, был он достойным военачальником, умелым полководцем или нет?

Жуков мне так ответил:

— Николай Константинович, это был крупный военачальник и полководец, опытный и умелый Верховный Главнокомандующий, необычайно волевой, обладавший феноменальной памятью, умный, чрезвычайно работоспособный и четкий. Я не помню случая, чтобы Сталин принимал решения сломя голову, будь то вопрос об отступлении или наступлении. Всегда он нас внимательно выслушивал и только потом принимал решение (в большинстве случаев продуманное и удачное).

Такая положительная оценка Сталина со стороны Жукова — Н. К. БАЙБАКОВ 607 заместителя Верховного Главнокомандующего, человека прямого, смелого и честного, была для меня определяющей.

Как-то я отдыхал на даче (с 1965 г. жил на бывшей даче Косыгина) и встретил маршала Александровича Михайловича Василевского, с которым у меня были очень теплые отношения. Я ему задал тот же вопрос, и он ответил примерно так же, как Жуков.

Ясно одно — Сталин был /не только выдающимся политическим и государственным, но и крупным военным деятелем XX века.

Г. А. Куманев: ДоводилрСь ли Вам, Николай Константинович, бывать на заседаниях Совнаркома СССР в годы войны (вначале как первому заместителю наркома нефтяной промышленности, а потом и как наркому), где бы председательствовал Сталин, а если он не председательствовал, то кто был вместо него?

Н. К. Байбаков: Был Маленков, был Берия, был Булганин, гораздо реже, чем перед войной, — Вознесенский: он все сидел в Госплане.

Г. А. Куманев: Но хотя бы один раз Сталин председательствовал?

Н. К. Байбаков: Только в ЦК. Правда, иной раз трудно было отличить, т.

к. практиковались совместные заседания ЦК ВКП(б) и правительства.

Г. А. Куманев: Какую вкратце Вы можете дать характеристику Вашему предшественнику Ивану Корнеевичу Седину как наркому нефтяной промышленности? И почему он был освобожден с этого поста?

Н. К. Байбаков: Седин в должности наркома находился более четырех лет. Практически он был выдвиженцем Маленкова. До этого в течение ряда лет Седин работал секретарем Ивановского обкома партии. Сам он по профессии являлся текстильщиком, а стал нефтяником. Это дело для Ивана Корнеевича было совершенно новым. Относился он к нему серьезно, старался организовать работу. В разгар войны, в 1944 г., был даже удостоен звания Героя Социалистического Труда.

И все же все основные вопросы технического характера так или иначе приходилось решать заместителям народного комиссара, а не Седину. Это первое. А второе — прямо скажу: роковую роль в его судьбе сыграл Багиров.

Когда Седин приехал в Баку решать нефтяные вопросы, первый секретарь ЦК КП(б) Азербайджана организовал против него форменную акцию, т. е.

основательно наркома «подсидел». Его пригласили в ресторан, там крепко напоили и оттуда вытаскивали чуть ли не за руки и за ноги.

А Багиров тут как тут. Сразу на имя Сталина настрочил кляузное письмо:

что это за нарком такой — большой любитель выпить за чужой счет, не умеющий себя контролировать? Приписал Седину и связи с женщинами «легкого поведения», т. е. всячески компрометировал его...

В целом Иван Корнеевич был мужик неплохой. Я с ним нахо

ГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

дился в хороших отношениях. Ничего не могу отрицательного сказать. Но все-таки человек, возглавивший такую важную промышленную отрасль, должен был знать ее, глубоко в ней разбираться...

Маленков пытался заступиться за своего выдвиженца, но безрезультатно.

Г. А. Куманев: К трагической теме о репрессиях, которую мы затрагивали, не могли бы Вы добавить: каковы были их размеры среди нефтяников?

Н. К. Байбаков: Насчет репрессий среди работников нефтяной промышленности я мало что могу добавить. Были отдельные лица, которых арестовывали, но не по прямому указанию Сталина.

Сам я еще в 1935 г. чуть было не попал в неприятную историю. Когда уже работал рядовым инженером, было арестовано прежнее руководство «Лениннефти» во главе с управляющим Александром Ивановичем Крыловым — старым коммунистом, бывшим помольщиком. Всех арестованных руководителей треста расстреляли.

Такие акции не были массовыми, но и очень редкими их не назовешь. И вот вокруг меня вдруг начались разговоры, что Байбаков прикрывает вредителей. А секретарь райкома партии по фамилии Макагонов (как вскоре стало известно) написал на меня записку- донос в ЦК КП республики. Мол, у Байбакова произошли аварии, они и сейчас случаются. Элеватор какой-то испорченный и трубы какие-то подозрительно негодные, все падают в скважину... Словом, меня могли запросто арестовать за прикрытие «вредителей».

Поэтому я и отказался от очередной отсрочки в РККА и отправился служить на Дальний Восток, о чем я Вам уже говорил. Когда же вернулся, стало спокойнее, напряжение спало.

В развертывании охоты за «врагами народа» немалую активность проявляли созданные повсеместно по инициативе Кагановича так называемые «тройки». Их руководителями являлись первые секретари горкомов, обкомов, краевых и республиканских комитетов партии. Эти внесудебные организации нанесли нашему обществу громадный вред.

Возьмите Багирова — первого секретаря ЦК Компартии Азербайджана, который более четверти века находился на этой должности. Это был коварный, жестокий и хитрый проходимец, угробивший многих людей, в том числе и нефтяников.

Мне пришлось (я был тогда уже заместителем наркома нефтяной промышленности СССР) заниматься спасением от тяжелой участи крупного специалиста из «Азнефти» Никитина, предложившего оригинальную и весьма перспективную систему разработки многопластовых месторождений нефти.

Когда его арестовали по огульному обвинению, я обратился к Багирову с просьбой освободить из тюрьмы этого талантливого геолога. Багиров в ответ — «да», «да», но Никитина все-таки уничтожил.

На заседании Верховного суда, проходившем в Баку, кажется, в Н. К. БАЙБАКОВ 609 1953 г., в обвинительной речи Генерального прокурора СССР Руденко отмечалось, что Багиров не только санкционировал аресты сотен невинных людей, но и принимал личное участие в расстрелах многих из них.

Г. А. Куманев: Предпринимались ли у нас попытки наладить производство искусственного жидкого топлива из бурого угля?

Н. К. Байбаков: Да, предпринимались. Как я уже говорил, Сталин довольно хорошо знал, как немцы этого добивались.

И вот, когда война закончилась, 6н позвонил мне и сказал:

— Вы, товарищ Байбаков, должны забрать из Германии по репарациям все заводы, которые были у Гитлера и давали ему топливо.

Дал мне для этого небольшой срок — всего два года. К сожалению, у нас такое производство по существу отсутствовало. Были только лабораторные исследования и скромные результаты.

Я ответил вождю:

— Товарищ Сталин, мы не сумеем справиться за такой срок. Это серьезные объекты и задача очень сложная.

— Ладно, даем Вам два с половиной года, не больше. Ну, мы приняли меры. Было три пункта, куда было перебазировано все оборудование:

Салават, Ангарск и Новочеркасск. В Ангарске необходимо было построить завод по производству 500 тыс. тонн свежих нефтепродуктов в год. Его соорудили за три года. В Салавате такой же завод ввели в действие за три с половиной года и в Новочеркасске - примерно в тот же срок, что в Ангарске.

Но ни один из этих заводов так и не стал нам давать жидкое горючее из каменного угля. Почему? Потому что в те годы в стране в результате новых открытий богатейших нефтяных месторождений, успешного хода освоения «Второго Баку» и других регионов производство нефти существенно возросло. И у нас мазут стало некуда девать. Таким образом, зачем нам уголь перерабатывать, когда не знаем, что с мазутом делать.

Г. А. Куманев: Кого из наркомов или заместителей наркомов военных лет Вы считаете наиболее сильными? Например, Анастас Иванович Микоян, рассказывая мне о руководителях различных отраслей военного хозяйства СССР, неоднократно давал высокую оценку наркому танковой промышленности Вячеславу Александровичу Малышеву. Говорил о нем просто с каким-то восхищением, как о замечательном командире производства, великолепном организаторе, прекрасно знающем свое дело.

Н. К. Байбаков: Малышев действительно был очень хорошим машиностроителем, умным, энергичным и инициативным. Он первым возглавил созданный осенью 1941 г. Наркомат танковой промышленности и как заместитель Председателя СНК СССР занимался оборонными отраслями промышленности. Являл собой образец весьма прогрессивного деятеля, отлично знавшего многие секреты военного производства. Я также знал его и как порядочного челове

<

21 Г. Куманев ГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

ка, интеллигентного, отзывчивого. С той оценкой, которую давал i Микоян

Вячеславу Александровичу, конечно, нельзя не согласиться.' Он ее заслужил. :

Честно говоря, меня как-то меньше интересовало тогда, в годы войны, как другие наркомы и их заместители руководили своими | наркоматами, насколько удачно и успешно. Знаю только одно - • почти все они с честью выдержали тяжелейший военный экзамен, проявив себя умелыми организаторами производства и оправдав ‘ высокое доверие партии и правительства.

Конечно, я могу назвать (но только в качестве примера) несколько имен особо отличившихся в период войны руководителей народного хозяйства СССР. Тем более что их имена Вам, очевидно, хорошо известны.

В ряд лучших командиров военной экономики страны 1941— 1945 гг., кроме Малышева, я бы поставил самого Анастаса Ивановича Микояна, затем Николая Алексеевича Вознесенского, Алексея Николаевича Косыгина, Бориса Львовича Ванникова, Алексея Ивановича Шахурина, Дмитрия Федоровича Устинова, Михаила Георгиевича Первухина, Василия Васильевича Вахрушева, Семена Захаровича Гинзбурга, Алексея Илларионовича Ефремова, Ивана Федоровича Тевосяна, Петра Николаевича Горемыкина, Дмитрия Георгиевича Жимерина, Андрея Васильевича Хрулева, Ивана Терентьевича Пере- сыпкина, Алексея Адамовича Горегляда, Василия Михайловича Ря- бикова, Михаила Васильевича Хруничева...

Разумеется, этот список можно продолжить за счет перечисления других, не менее достойных имен.

Г. А. Куманев: Дорогой Николай Константинович, я понимаю, что, видимо, основательно Вас утомил. Поэтому нельзя ли очень кратко: как Вам работалось при Хрущеве, а затем при Брежневе и какую оценку Вы можете дать этим государственным и политическим деятелям?

Н. К. Байбаков: В августе 1955 г. меня вызвал на беседу Хрущев.

Приветливо улыбаясь, он пожал мне руку и предложил сесть. Дела наши в нефтяной промышленности шли хорошо. Сказав несколько похвальных слов в мой адрес как руководителя отрасли, Хрущев сообщил, что Президиум ЦК КПСС считает целесообразным выдвинуть меня на пост председателя Госплана СССР.

Я стал отказываться: мол, с этим делом не справлюсь, поскольку мало что понимаю в развитии экономики, в тонкостях планирования.

Хрущев ответил:

- А я что-нибудь понимаю?

— Вы, Никита Сергеевич, все-таки даете директивные указания о развитии той или иной отрасли народного хозяйства. А председателю Госплана надо еще сбалансировать все отрасли, уметь находить оптимальное решение.

Н. К. БАЙБАКОВ 611 — Ничего, научитесь, - сказал Хрущев.

Наш разговор затянулся, мы затронули и ряд других вопросов. Наконец, Хрущев согласился с моей просьбой — дать мне хотя бы денек, чтобы подумать.

Однако, вернувшись в свое министерство, я увидел в приемной дожидавшегося меня фельдъегеря с красным пакетом. Вскрыв его, с удивлением прочел подписанный еще вчера Указ Президиума Верховного Совета СССР о моем назначении председателем Госплана СССР и об освобождении от обязанностей министра нефтяной промышленности страны.

Так я приступил к исполнению новых обязанностей. И снова предварительно со мной никто даже не побеседовал.

Около двух лет я проработал в должности председателя Госплана. Потом между мной и Хрущевым сложилась конфликтная ситуация, когда я высказал свою отрицательную точку зрения на его идею о создании совнархозов и ликвидации многих министерств. По моему мнению, упразднив промышленные министерства, мы потеряем бразды правления экономикой. А создание совнархозов приведет к местничеству. Но у Хрущева не было желания внимательно выслушать и взвесить мои доводы.

В результате моей критической позиции я был переведен председателем Госплана РСФСР. Стал одновременно и заместителем Председателя правительства Российской Федерации. А потом был направлен в Краснодар, где возглавил Краснодарский совнархоз. Дела пошли здесь неплохо. К примеру, за время работы на Кубани удалось построить 13 сахарных заводов.

Если еще совсем недавно Краснодарский край производил 46 тыс. тонн сахара, то через три года — уже 800 тыс. тонн, а потом достиг уровня в 1 млн.

тонн. Между прочим, вся республика давала тогда 1 млн. 200 тыс. тонн сахара.

За успешную работу в Краснодарском совнархозе и в связи с 50-летием со дня рождения я был награжден орденом Трудового Красного Знамени, а позднее — за комплексную разработку и эксплуатацию газовых и газоконденсатных месторождений в числе других товарищей мне была присуждена Ленинская премия.

В 1962 г. произошло укрупнение совнархозов. В частности, на Северном Кавказе вместо шести совнархозов стал один — Северо- Кавказский с центром в Ростове-на-Дону. Меня утвердили его руководителем. И опять никто не спросил моего согласия.

В марте 1963 г. состоялся вызов в Москву к Хрущеву, и я был назначен председателем Госкомитета по химии при Госплане СССР, а с мая того же года по январь 1964 г. уже работал председателем Госкомитета химической и нефтяной промышленности. Тоже при Госплане СССР.

Но потом при обсуждении на Президиуме ЦК КПСС внесенного нами одного предложения Хрущев обвинил меня в том, что я будто

ГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

бы продолжаю разрушать совнархозы и веду пропаганду по их дискредитации.

Наше предложение, разумеется, не прошло, и я был совершенно уверен, что Хрущев «вышибит» меня из Комитета и направит в Западную Сибирь начальником «Главтюменьнефтегаза», о чем уже поговаривали.

Но я ошибся:

состоялось решение о моем назначении председателем Комитета по нефти при Госплане СССР. Здесь я проработал до августа 1965 г., когда Хрущев был уже отстранен от власти.

Теперь о моем отношении к нему и об оценке его деятельности. Прежде всего надо отметить, что выдвижение Хрущева в качестве первого лидера партии, а значит, и страны, было для многих, в том числе и для меня, неожиданным. Ведь за его плечами больших и громких свершений не числилось. В крупных теоретиках и преобразователях он не значился, хотя слыл не в меру словоохотливым, а в делах поспешным. Люди еще не забыли его активную борьбу на Украине, и затем в Москве с «врагами народа», руководящее участие в деятельности зловещих «троек», сдачу Киева в 1941 г., полный провал летнего Харьковского наступления Красной Армии в 1942 г., одним из главных инициаторов которого был член Военного совета ЮгоЗападного направления Хрущев, повальный голод на Украине в 1946 г. и отвергнутую его явно «маниловскую» идею о переходе к агрогородам...

Но бытовало и мнение, что он крепок, ухватист, хороший хозяйственник, простодушный, доступный, добропорядочный.

Вполне резонно полагать: если я неоднократно и незаслуженно попадал к нему в «немилость», был в числе «опальных», то у меня должно сложиться весьма отрицательное отношение к «нашему дорогому Никите Сергеевичу».

Однако, несмотря на все его выкрутасы, самоуправство, самодурство и другие негативные действия (и не только против меня), я не могу не отметить, что первые годы государственной деятельности Хрущева были очень активными, довольно плодотворными.

Назову хотя бы освоение целины, когда один Казахстан стал давать в централизованный фонд страны до 16 млн. тонн зерна ежегодно. Или освоение Голодной степи, в результате чего Узбекистан ныне собирает до миллиона тонн хлопка сырца, о чем раньше могли только мечтать. Или коренная реконструкция железнодорожного транспорта, когда за 15 лет перевели железнодорожные перевозки с паровозной тяги на тепловозноэлектрическую, что дало огромный экономический эффект. Так, в течение только одного 1970 г. страна сэкономила около 130 млн. тонн угля!

По инициативе Хрущева произошла также глубокая реконструкция строительного дела, что позволило ускорить темпы строительства производственных объектов и жилья. Сейчас вовсю критикуются хрущевские пятиэтажки, которые сооружались с минимальными Н. К. БАЙБАКОВ 613 удобствами. Их называют с насмешкой «хрущебами». Но именно благодаря этим «хрущебам» в сравнительно короткие сроки миллионы советских людей удалось переселить из бараков и подвальных помещений. И в те годы наши новоселы, конечно, были ему за это благодарны.

Как известно, в феврале 1956 г. на XX съезде КПСС Никита Хрущев выступил в качестве главного обличителя так называемого культа личности Сталина. В своем докладе «О культе личности и его последствиях» он привел/многочисленные примеры имевших место в стране отступлений от/ленинских норм государственной и партийной жизни. / Решения XX съезда дали возможность провести реабилитацию сотен тысяч оклеветанных граждан, пострадавших от произвола и беззаконий карательных органов. При этом главным и по сути единственным виновником всех неблаговидных дел в СССР, никак не совместимых с социалистическими и коммунистическими идеалами, был объявлен Сталин.

Разумеется, Сталин несет большую ответственность за страдания и гибель многих невинных людей. Он обязан был в качестве высшего должностного лица в стране пресечь все незаконные методы ведения следствия и все внесудебные вынесения приговоров. К сожалению, это не было сделано.

Напротив, Сталин в силу своего характера и подозрительности даже поощрял такие формы выявления «врагов народа» и борьбы с ними, будучи уверенным, что это — наилучшее средство ликвидации вражеской «пятой колонны», а заодно и всех нестойких элементов.

Однако, разоблачая и осуждая сталинский культ, Хрущев отводил законные обвинения от самого себя как одного из приближенных вождя.

Ловкий и изворотливый, он хорошо понял крайнюю необходимость исключить появление нежелательных вопросов о его личной причастности к репрессиям и другим допущенным в Советском Союзе беззакониям и выступить в качестве третейского судьи, якобы не имевшего никакого отношения ко всем негативным явлениям сталинской эпохи.

С высокой трибуны XX съезда, да и в последующих выступлениях первый секретарь ЦК, отличавшийся в сове время особым рвением и подобострастием перед вождем, не жалел черной краски, чтобы нарисовать страшную картину произвола власти и злодеяний Сталина, который представлялся им как малограмотный и убогий злодей- самодур. Сталину, в частности, приписывалась идея создания концлагерей (хотя, как известно, их инициатором был Троцкий), чудовищной системы заложников, которых расстреливали по сословному признаку в ответ на «белый террор», и многое другое в этом роде. Вождь советского народа, оказывается, отличался некомпетентностью в хозяйственных и военных вопросах, руководил операциями на фронте «по глобусу», был человеком очень недалеким, мстиГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ тельным и трусоватым, а его соратники - инициативными, справедливыми и решительными...

Став первым секретарем ЦК КПСС и пользуясь огромной, почти неограниченной властью, Хрущев тщательно уничтожал архивные документы о своей палаческой деятельности на Украине в 30-е годы и в Москве в тот же период и в первые послевоенные годы.

Но правду не скрыть. Ряд свидетельств, многие все же сохранившиеся документы развенчивают миф о добропорядочности и благородстве Хрущева.

Наряду с некоторыми положительными момента- : ми открываются новые факты его недостойных, кровавых и отвратительных по своей сути дел. Таков мой ответ на этот Ваш вопрос.

Г. А. Куманев: А еще несколько слов о Брежневе, Николай Константинович, и как Вы при нем работали.

Н. К. Байбаков: В октябре 1965 г. меня вызвали Брежнев и Косыгин и предложили снова возглавить Госплан СССР. Я отказался, мотивируя это тем, что здесь уже работал и вроде как провалился. Меня прогнал Хрущев, и надо было понимать, что я не справился с работой.

С такой собственной оценкой они не согласились. Вначале я был назначен председателем Госплана СССР и заместителем Председателя Совета Министров СССР. Проработал здесь до октября 1985 г., когда я оставил свои посты и был назначен государственным советником при Совете Министров СССР. А в 1988 г. вышел на пенсию.

Когда в октябре 1964 г. на Пленуме ЦК Хрущева отстранили от власти, и первым секретарем ЦК КПСС был избран Леонид Брежнев, многие из участников пленума встретили это с удовлетворением. Его хорошо знали и уважали за приветливость, простоту, доброжелательное отношение к людям.

Деятельность Брежнева с 1964 по 1982 г. можно условно разделить на два периода: активный (это примерно первые десять лет) и пассивный. Поначалу он энергично взялся за дело: были упразднены совнархозы и восстановлены прежние отраслевые министерства, больше внимания стало уделяться вопросам развития сельского хозяйства. Леонид Ильич принимал активное участие в рассмотрении проектов годовых и пятилетних планов. Причем недостаток глубоких знаний в области экономики он возмещал тем, что опирался на рекомендации специалистов и ученых.

Но с годами наш новый руководитель постепенно становился все более инертным. Вместе с болезнью пришли апатия, равнодушие к сложным и большим делам, а затем под воздействием систематической пропаганды и хора льстецов — и осознание своего собственного величия и масштабности.

На счет последней черты очень постаралась сусловская «команда»; которая уже имела опыт безудержного восхваления Хрущева. Теперь на все лады она стала превозносить дальновидность и мудрость «руководителя нового типа — дорогого Н. К. БАЙБАКОВ 615 Леонида Ильича Брежнева», уловив при этом, что дифирамбы ему очень даже нравятся. Он действительно оказался весьма податливым на хвалу и. на поток незаслуженных наград и званий, породивших в стране и за рубежом немало острот и анекдотов.

С развитием культа Брежнева изменился и стиль его работы. Он принадлежал к людям, которые в угоду своим потребностям могли пренебречь государственными возможностями и интересами. Деловую работу нередко стали^заменять пышные визиты и приемы, охота, различные торжества и другие развлечения. Не случайно писатели назвали это время «банкетным правлением». Оно не могло не сказаться на развитии нашей экономики.

Будучи самодовольным и тщеславным, Брежнев не мог не ощущать свою слабость в экономических проблемах и поэтому испытывал к высокому авторитету Алексея Николаевича Косыгина, возглавлявшего правительство, плохо скрываемую зависть.

Отношения между ними обострялись. С Косыгиным все меньше считались. По существу оказалась свернутой (во многом из-за негативного отношения Брежнева) предложенная и разработанная под руководством Председателя Совета Министров СССР экономическая реформа 1965 г., с реализацией которой мы связывали большие надежды. Когда же Алексей Николаевич тяжело заболел и его стал замещать великовозрастный Тихонов, дела пошли все хуже и хуже. Стало появляться много нерешенных вопросов, ослабли государственная дисциплина и контроль за выполнением принимаемых решений, вошла в моду корректировка годовых и пятилетних планов, снизились темпы нашего экономического роста.

После одного несчастного случая здоровье Косыгина так и не вошло в норму. Немного поработав, он вышел на пенсию и в 1980 г. скончался.

При Брежневе мы стали брать пусть небольшие, но кредиты в западных странах, чего не было раньше, тем более во времена Сталина. В последние годы, находясь в окружений угодливых и поддакивающих соратников, престарелый генсек не затруднял себя серьезным обсуждением внутренних и внешнеполитических проблем. Многие постановления, в том числе крупномасштабные, принимались без тщательного анализа и взвешенного подхода. Быстро устававший от наплывавших больших дел и забот Брежнев с трудом зачитывал подготовлявшиеся ему заранее тексты, часто даже не вникая в их содержание. Речь его зачастую была неразборчивой и невнятной...

Словом, «наш дорогой Леонид Ильич», недостаточно твердый, малокомпетентный и постоянно колеблющийся, тоже оказался не на своем месте, в результате чего наша страна понесли немалые потери...

Г. А. Куманев: У меня, наконец, последний к Вам вопрос. Сейчас, с высоты Ваших бывших высоких должностей, дорогой Николай

ГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

Константинович, в том числе председателя Госплана СССР, не болит ли у Вас душа за Госплан, за ту судьбу, которая ему уготовлена, как и в целом нашему Советскому государству?

Н. К. Байбаков: Для ответа на этот вопрос может потребоваться несколько часов. Скажу коротко. Конечно, я очень переживаю за то, что происходит сегодня с нашей страной, с нашей экономикой. Меня «демпресса» и «демократические деятели» относят к консерваторамзастойщикам». Правда, как мне кажется, люди все больше задумываются: а был ли «застой» на самом деле и как бы к.

нему вернуться? Ведь в магазинах всегда имелись товары первой необходимости, включая продовольствие:

хлеб, молоко, яйца, сыр, колбаса, сахар и т. п., причем за сравнительно низкие, подчеркиваю, низкие цены. А «пустые полки» — это изобретение последнего времени, и стоило бы разобраться, кто это сделал.

Ошибку допустили и мои бывшие заместители, которые не приняли должных мер по борьбе с создавшимся положением в стране. А может быть, Горбачев заставил, и они не нашли смелости возразить. Или они сами подсказали: давайте дадим волю предприятиям. Пусть сами планы составляют и сами цены устанавливают...

. И что же получилось? Видите, какой бурный распад нашей экономики происходит! Такой крах, которого даже в плохом сне трудно себе представить. За пять-шесть лет мы пришли черт знает куда.

Разве можно было допустить такое соотношение роста производства и заработной платы, которое сложилось сегодня? Всего за два года (1989-1990) заработная плата выросла в стране на 23%, а рост товарооборота и производства оказался просто мизерным. На следующий год у нас зарплата увеличится примерно на 16%, а товарооборот только на 5%.

Заключение Приближается большая, знаменательная дата — 60-летие Победы советского народа над фашизмом, в завоевание которой он внес решающий вклад и тем самым спас мировую цивилизацию от реальной угрозы уничтожении.

Но много ли осталось среди нас тех, кто в страшную годину военного лихолетья невероятным напряжением физических и духовных сил остановил гитлеровские орды, повернул ход борьбы в свою пользу и сокрушил фашистского агрессора? Подобный вопрос содержался в заключительной части упомянутой выше нашей книги «Рядом со Сталиным: откровенные свидетельства». Тогда, пять лет назад, творцов этой Победы насчитывалось во всех странах СНГ около 3 миллионов. Сегодня же, по данным Координационного совета Международного союза «Содружество общественных организаций ветеранов независимых государств», их осталось в СНГ 1 млн. 600 тыс. человек, в том числе в России немногим более 900 тыс.

(из них инвалидов 214 тыс.), на Украине — 515 тыс., в Белоруссии 41,4 тыс., Казахстане — 53 тыс., Армении — 12 тыс., Киргизстане — 8 тыс., Таджикистане - 7,9 тыс. и т. д.

Ускорению этого неизбежного и печального процесса, бесспорно, способствовали такие события и явления последних двух десятилетий, как горбачевская так называемая «перестройка», разрушение СССР и бездумные ельцинские реформы, превратившие большинство еще недавно благополучного населения могучего социалистического государства в обездоленных и нищих людей. Как свидетельствует статистика, нынешнее время, переживаемое Россией, с его криминальным разгулом и междоусобицами - благодатная почва для резкого увеличения в стране смертности, сокращения рождаемости и в итоге — для вымирания великого многонационального народа, завоевавшего 60 лет назад право называться народом-победителем.

В 1999 г. в той же нашей книге отмечалось: «Сохранить для потомков драгоценные свидетельства непосредственных участников Великой Отечественной войны - задача исключительно важная, благородная и благодарная. Хотя о Великой Отечественной войне, о том, как шел к трудной Победе советский народ, написаны и опубликованы сотни и тысячи книг, брошюр и статей, в том числе мемуарного характера, а в архивохранилищах отложились десятки миллионов дел, тем не менее многое оказалось безвозвратно поте

618 ГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

рянным и упущенным. В СССР отсутствовала (нет ее тем более и сейчас) четко разработанная государственная программа анкетирования и интервьюрования ветеранов войны от солдата до маршала, от простого рабочего, колхозника и служащего до наркома, крупного ученого, хозяйственного и политического деятеля военных лет»*.

И вот прошло пять лет и в этом плане в лучшую сторону мало что изменилось. Даже при наличии принятой 16 февраля 2001 г. правительством РФ Государственной программы «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2001-2005 годы», положительное значение которой бесспорно.

К^ежду тем, какие бы поистине бесценные сведения по истории битвы с фашизмом могли бы передать молодому и будущим поколениям страны те, кто, охваченный высоким патриотическим чувством, ковал и завоевывал историческую Победу над врагом, о том, как и почему возникла смертельная схватка нашего народа с германским фашизмом, каковы были ее ход и основные события, почему мы отступали, неся страшные жертвы, материальные потери и разрушения, как собирали силы для отпора агрессору и мужали в неравной борьбе, как коренным образом переломили течение войны и испепелили ударные армии мирового империализма и реакции.

Очень правильно, хотя и не без горечи, поэт-фронтовик Виктор Федотов заметил:

О войне рассказано не все, Все и рассказатъ-то невозможно.

От того так горько и тревожно:

Сколько же с собой мы унесем...

Увы, к шестому десятилетию со дня Великой Победы уже нет среди нас подавляющей части фронтовиков и ветеранов тыла, включая и тех, кто возглавлял в годы Великой Отечественной войны сражавшуюся страну и ее доблестные Вооруженные Силы. Ушли из жизни все представители высшего партийного звена: члены Государственного Комитета Обороны, командующие войсками фронтов и армий, флотами и флотилиями, начальники штабов и члены Военных советов фронтов, армий, флотов и флотилий. Из более чем 120 членов правительств СССР 1941—1945 гг. и первых послевоенных лет («сталинских наркомов», как их тогда называли) сейчас здравствует только один - народный комиссар нефтяной промышленности СССР военных лет Н. К. Байбаков, которому пошел 94-й год...

Вдвойне досадно, что многие из высшего звена государственных и военно-политических руководителей Советского Союза той поры * См. Куманев Г. А. Рядом со Сталиным: откровенные свидетельства. М., 1999. С.

443.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

умерли, не оставив после себя каких-либо личных свидетельств о трагических и героических днях Великой Отечественной... Иные ограничились лишь скромными заметками, фрагментами мемуарных статей о пережитом в 1941— 1945 гг., а также небольшими магнитофонными, видео- или кинозаписями.

Мне могут возразить: но ведь значительная часть из них все же успела издать одну или даже несколько содержательных мемуарных книг и серию статей.

Но разве можно утверждать, что в этих публикациях (кстати, прошедших через партийную апробацию и бдительное «око» цензуры) они полностью и достаточно откровенно исчерпали интересующую нас столь широкую и многоплановую тему? Конечно, нет. К великому сожалению, очень многое из наиболее сокровенного они навсегда унесли с собой, так и не обогатив наши представления о разного рода событиях и явлениях довоенных лет и огненных годах смертельной схватки с фашизмом.

Встречаясь по роду своей научной деятельности со многими из этой категории ветеранов, автор настоящей книги стал с конца 50-х гг. прошлого века вести магнитофонные и стенографические записи их воспоминаний (в виде интервью, бесед, ответов на вопросы) о предвоенных годах и о Великой Отечественной войне. В итоге за прошедшие годы удалось записать свидетельства более 130 собеседников, в том числе видных государственных и партийных деятелей, наших прославленных полководцев и флотоводцев, героев, командующих фронтами, армиями, флотами и флотилиями, наркомов и их заместителей, партизан и подпольщиков, ученых, конструкторов, новаторов производства, дипломатов и др.

Конечно, собранное и записанное мною для истории — это лишь «капля в море», очень малая доля из того, что можно было бы сделать и сконцентрировать в наших архивных фондах в виде свидетельств, воспоминаний, интервью, материалов анкетирования и т. п., если бы такая работа велась у нас повсеместно, планомерно, целеустремленно, на государственном уровне.

Но и то, что удалось осуществить, вызывает в душе чувство определенного удовлетворения. А о том, насколько интересными оказались свидетельства сталинских наркомов, — пусть об этом скажут сами читатели.

Автор же по мере возможности параллельно с исследованием ряда актуальных научных проблем постарается продолжить подготовку работ из намеченной историко-мемуарной серии.

Углубленное освещение истории Великой Отечественной войны настойчиво требует дальнейшего выявления документального материала, в том числе свидетельств ее участников и современников. Речь идет об усилении работы по созданию документальной ее истории, о сборе всего того ценного, что составляет источниковукк

ГОВОРЯТ СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

базу исследования. Сосредоточить воедино документы, материалы, воспоминания, фронтовые письма, фотографии, бережно сохранить материальные источники (образцы военной техники и оружия того времени), шире экспонировать их в музеях страны — все это чрезвычайно важно для истории нашего Отечества и как благодарная память о тех, кто достойно защитил нашу Родину и спас мировую цивилизацию от фашистской чумы.

УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН

–  –  –

Шипулин П. Ф. 435 Эйзенхауэр Д. 45 Ширшов П. П. 32, 335 Юденич Н. Н. 93 Шкатов П. П. 440 Юдин П. А. 451 Шкирятов М. Ф. 55, 424 Ягода Г. Г. 104, 105, 153, 278 Шкуро А. Г. 275 Яковлев А. С. 38, 187, 189, 193, Шорин Г. Ф. 193 211, 388 Шпагин Г. С. 533, 540, 547 Яковлев Н. Д. 127, 230, 249, Шпитальный Б. Г. 262, 263, 533, 274, 317, 320, 456, 536, 538, 539, 546, 547 543 Штеменко С. М. 543 Яковлев Я. Г. 292, 286 Шубин В. Ф. 35 Якунин Г. 83 Шуленбург Ф. 44, 50, 57, 470 Янкин И. П. 35 Шурыгин В. А. 111 Ярузельский В. 44 Щаденко Е. А. 220, 228, 238 Ярцев С. А. 153, 533, 535, Щербаков А. С. 204, 206, 455, 550 480 Яценков В. П. 194 Щусев А. 443 Содержание От автора

Слово о военной экономике СССР 1941-1945 гг.

и ее командирах……………………………………………………………….6 В. М. МОЛОТОВ……………………………………………………………. 43 А. И. МИКОЯН

Л. М. КАГАНОВИЧ

М. Г. ПЕРВУХИН

И. Т. ПЕРЕСЫПКИН

А И; ШАХУРИН

А В. ХРУЛЕВ

П. Н. ГОРЕМЫКИН

И. А. БЕНЕДИКТОВ

Д. Г. ЖИМЕРИН

С 3. ГИНЗБУРГ

Я. Е. ЧАДАЕВ

В. Н. НОВИКОВ

В.С.ЕМЕЛЬЯНОВ

Н. К. БАЙБАКОВ

Заключение

Указатель Научно-популярное издание Георгий Александрович Куманев ГОВОРЯТ

СТАЛИНСКИЕ НАРКОМЫ

Ответственный редактор А. А. Жеребилов Технический редактор Е. В. Михалкина Корректор Г. Петрова



Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 ||
Похожие работы:

«"ГЕНЕАЛОГИЯ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА" Историко–генеалогический научно–реферативный независимый журнал Учредители: Институт гуманитарных исследований Правительства КБР и КБНЦ РАН, Северо – Кавказское генеалогическое общество, Кабардино–Б...»

«66 СВІТОВЕ ГОСПОДАРСТВО І МІЖНАРОДНІ ЕКОНОМІЧНІ ВІДНОСИНИ Янка Пасторова, Эва Янчикова ОСОБЕННОСТИ КИТАЙСКОГО РЫНКА ТОВАРОВ КЛАССА "ЛЮКС" В статье изучены различные культурные, экономические, географические и исторические ф...»

«Древняя, Киевская Русь.РАЗДЕЛ. РУСЬ ДРЕВНЯЯ И СРЕДНЕВЕКОВАЯ. ТЕМА N 1. ДРЕВНЯЯ РУСЬ. ЭПОХА КИЕВСКОЙ РУСИ. ВОПРОС 1. РУСЬ ИЗНАЧАЛЬНАЯ. ПЛАН ОТВЕТА: А. Ранняя история славянских народов; выделение восточного славянства. Б. Роль природных факторов в развитие восточно-славянского мира. В. Племе...»

«В. Л. Вихнович ИУДАИЗМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГ ББК 86.36 УДК 296 В 41 Вихнович В. Л. В41 Иудаизм. — СПб.: Академия исследования культуры, 2010. — 224 с.: ил. ISBN 978-5-903931-70-5 Книга известного петербургского ученого В. Л. Вихновича посвящена древнейшей монотеистической религии мира — иудаизму, являющемуся также одной из традици...»

«ЖЕНЩИНЫ В ПОЛИТИКЕ И УПРАВЛЕНИИ ББК 60.542.21:60.561.3 С. Г. Айвазова ПОЛИТИЧЕСКОЕ УЧАСТИЕ ЖЕНЩИН: НЕМНОГО ИСТОРИИ И ТЕОРИИ1 19 марта 1917 года знаменитая Зинаида Гиппиус записала в своем дневнике: "Весенний день, не оттепель — а дружное таяние снегов. Час...»

«          ЕРМОЛИН ИЛЬЯ ВАСИЛЬЕВИЧ СЕТЕВАЯ КООРДИНАЦИЯ АКТОРОВ В ЕС (НА ПРИМЕРЕ СЕВЕРНОЙ ЕВРОПЫ)         Специальность 23.00.02 – политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата политических...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации" Северо-Западный институт управления Рекомендовано для использования в учебном процессе...»

«Хазова Светлана Абдурахмановна СОВЛАДАЮЩЕЕ ПОВЕДЕНИЕ ОДАРЕННЫХ СТАРШЕКЛАССНИКОВ Специальное! г 1 0.00.01 пСнлаи иенхо.чш шт. психодш и я личное т. история ненлолошп АВТОРЕФЕРАТ ди...»








 
2017 www.kniga.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.