WWW.KNIGA.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Онлайн материалы
 

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

«Медеубаева Ж.М. История формирования внешнеполитической доктрины Республики Казахстан (1991-2010 годы) Астана 2012 Рекомендована к печати решением Совета факультета ...»

-- [ Страница 2 ] --

Вторая, тайная, «повестка» предназначена для узкого круга посвященных. Это программа практического силового захвата власти и создания исламских халифатов на центральноазиатском пространстве путем свержения нынешних светских режимов и физического уничтожения их руководства. Наличие обоих уровней характеризует деятельность Партии Исламского Возрождения

– «Хизб ут-Тахрир», которая, начиная с 2002 г., особенно активно действует в Узбекистане и Киргизии, имеет десятки тысяч сторонников, широкую сеть нелегальных и легальных организаций и в настоящее время более влиятельна и опасна для властей, чем ИДУ.

«Хизб ут-Тахрир» проповедует объединение мусульман всего мира в единый халифат, считая западную демократию неприемлемой для последователей ислама. Хотя взгляды «тахрировцев» представляют собой разновидность радикального ислама, эту организацию не везде признают экстремистской. Власти не доказали причастность «Хизб ут-Тахрир» к терактам. Члены этой партии официально и публично осуждают насильственные методы борьбы, а халифат, по их мнению, может быть создан лишь тогда, когда к этому будет готово большинство мусульман.

Особенность распространения радикальных исламских течений в регионе связана тем, что большая часть из них находит питательную почву не столько за рубежом (в Афганистане, Пакистане или на Ближнем Востоке), сколько внутри самих центральноазиатских обществ. На фоне нарастающего социального кризиса, нищеты, безработицы и бесправия немалой части населения (особенно сельского) в отдельных республиках популярность партий радикального ислама быстро растет. Исламисты предлагают пособия, льготные кредиты на развитие мелкого и среднего бизнеса, различную социальную помощь и гарантии через сеть своих легальных структур.



Подобные социальные методы широко используются не только «Хизб утТахрир», но и другими местными радикальными движениями, в частности, организацией «Акрамийя», получившей широкую известность после трагических событий в мае 2005 г. в узбекском городе Андижане [169, с.34На территории Казахстана нет откровенно сепаратистских движений и организаций, которые могут реально угрожать территориальной целостности нашего государства или межнациональному согласию в обществе. Но все же проблемы терроризма, сепаратизма и экстремизма в стране существуют. Эти угрозы носят отнюдь не гипотетический характер, а вполне конкретный и реальный, особенно, имея в виду определенную глобализацию международного терроризма, порожденного взаимосвязанностью политических, социальных и экономических проблем регионов и международного сообщества в целом.

Сегодня отмечается проникновение на сопредельные территории центральноазиатских республик некоторых религиозно-экстремистских и радикальных политических элементов, призывающих к свержению существующей власти, установлению архаичных режимов, или автономизации некоторых районов страны.

Определенная часть религиозных общин подпадает под влияние миссионеров из зарубежных исламских центров, несущих идеи религиозной нетерпимости. Особенно это чувствуется в южных регионах страны. Так, на территории Южно-Казахстанской и Жамбылской областей зафиксирована агитационная деятельность зарубежного радикального движения «Таблиги Джамаат», создавшего подпольную сеть ячеек. Активизируется также и организация «Хизб-ут-Тахрир» [241, с.57].

6. Проблемы, связанные с большими миграционными потоками, которые представляют угрозу безопасности как странам-донорам, так и принимающим странам. Различия в уровне жизни и других социальных условиях между сопредельными странами стимулируют переселение на постоянное место жительства, временную миграцию трудового или торгового характера. Резкие изменения направлений, численности, организации миграционных потоков застали врасплох страны Центральной Азии и поставили перед ними ряд задач, требующих скорейшего решения.





Казахстан постепенно превращается в крупнейшего регионального импортера рабочей силы. С начала 2004 г. страна конкурирует с Россией как рынок труда, так как является второй страной после России по объемам импорта легальной иностранной рабочей силы на постсоветском пространстве [170, с.66].

Киргизстан ежегодно экспортирует 500-600 тысяч мигрантов (в основном в Казахстан и Российскую Федерацию) и принимает трудовых мигрантов из Узбекистана и Таджикистана. Киргизия также является страной транзита для мигрантов из Таджикистана и принимающей страной для иностранной рабочей силы из Турции и других стран дальнего зарубежья [242, с.42].

Узбекистан экспортирует от полумиллиона до миллиона мигрантов (по различным оценкам), которые работают в основном в России, Казахстане, немного – в странах дальнего зарубежья (в частности, в Южной Корее), и принимает небольшое количество мигрантов из Таджикистана, высококвалифицированную рабочую силу из стран дальнего зарубежья, в том числе очень немного – из Афганистана.

Таджикистан за последние годы стал типичной страной – экспортером рабочей силы. Трудовая миграция затрагивает более полумиллиона его граждан. Одной из характерных черт миграции из стран Центральной Азии, так же как и из других стран СНГ, является нелегальная занятость.

Расширение нелегальной занятости в странах приема, формирование структур, способов и правил эксплуатации нелегальных работниковмигрантов из Центральной Азии представляет нарастающую угрозу для республик. Борьба с криминальной миграцией, которая является частью организованной преступности – это первостепенная задача во всех странах региона.

7. Появление американских баз на территории центральноазиатских стран было результатом понимания общих для всех проблем. Однако реальное функционирование этих баз не соответствует согласованным задачам и становится предметом дополнительной конфликтогенности в регионе.

8. Мировой экономический кризис, начавшийся в 2008 году, обострил социально-экономическую ситуацию в регионе. Кризис во главу угла поставил экономическую безопасность и политика государств региона по преодолению кризиса стала основной составляющей всей системы безопасности в ЦАР.

9. На сегодняшний день доминирующим дестабилизирующим внешним фактором и угрозой для региональной системы безопасности попрежнему остается афганская проблема. После терактов 11 сентября 2001г. и ввода войск международной антитеррористической коалиции в Афганистан политика иностранных государств по отношению к этой стране стала более сбалансированной и предсказуемой.

В некотором смысле страна перестала быть пространством для внешнего вмешательства, какой она была с середины 1990-х гг., и игнорироваться сопредельным государствами, как это было в начале 1990-х гг. Не случайно Боннская конференция подтвердила независимость, национальный суверенитет и территориальную целостность Афганистана. К афганскому урегулированию и восстановлению подключились европейские страны и НАТО. Но программы восстановления Афганистана после разгрома талибов, способные стимулировать возрождение и поступательное развитие афганского общества в итоге прошедших восьми лет так и не реализовались.

Сегодня наркобизнес в Афганистане достиг таких размахов, что стал угрозой не только для близлежащих регионов, но и всей глобальной системы безопасности. По утверждению сотрудников ООН «еще ни одна страна в мире, кроме Китая середины 19-века, не производила столько наркотиков, сколько современный Афганистан». По официальным данным, более 90 процентов опиума, поступающего на мировой рынок, имеет афганское происхождение. Площадь посевов опийного мака в стране превосходит плантации коки в Колумбии, Перу и Боливии, вместе взятых. Только в 2008 году доходы афганских наркобаронов превысят 3 млрд. долл., что по некоторым оценкам, составляет половину ВВП Афганистана [240, с.11].

Финансовая, материальная помощь мирового сообщества Афганистану для восстановления и налаживания экономики пока еще остается неэффективной. В 2002-2006 годах объем донорской помощи Афганистану не превысил 13 млрд. долларов США (обязательства – 30 млрд. долл. США), из которых через Минфин Афганистана получил только около 3,7 млрд. долларов США. По экспертным оценкам, примерно 80 -85 % финансовой помощи поступает в Афганистан в виде товаров и услуг, причем в основном через неправительственные организации (НПО) и коммерческие структуры государств – доноров. Наряду с этим более 1,5 млрд. долларов США донорских средств пошло на так называемое техническое содействие, что подразумевает оплату труда иностранных экспертов и консультантов в афганских государственных учреждениях. По мнению афганского правительства, эффективность донорской помощи реально не превышает 15что в значительной степени объясняется коррумпированностью чиновников в международных структурах, распределяющих финансовые ресурсы, руководителей НПО, а также владельцев иностранных и местных коммерческих организаций, участвующих в реализации конкретных экономических проектов.

За счет поступившей за 5 лет через государственный трастовый фонд по реконструкции Афганистана донорской помощи был реализованы экономические восстановительные проекты на сумму, превышающую 2 млрд.

долларов США. По информации Афганского инвестиционного агентства (Afghanistan Investment Support Agency), в наполнении зарегистрированных в истекшем году инвестиционных контрактов на сумму 1,4 млрд. долларов США реальное финансирование осуществлено только на 0,8 млрд. долларов.

Примерно 36,5 % частных инвестиций вкладывается в сферу производства товарной продукции, 35,3 % - в строительство, 22,4 % - в сектор услуг, 5,8 % в сельское хозяйство. В итоге на сферу промышленности приходится лишь 18 % ВВП страны, тогда как на сельское хозяйство – 50 % ( в нем занято 75 % населения Афганистана) [243, c.34].

Доля иностранных частных инвестиций в афганскую экономику пока не превышает 30 % суммарного объема частных инвестиций, что связано с нестабильностью внутриполитической обстановки в Афганистане, бюрократическими проволочками и коррумпированностью чиновников, высокими тарифами и пошлинами. Наряду с этим в Афганистане до сих пор слабая нормативно-правовая база инвестиционной деятельности, отсутствует надлежащий механизм гарантирования сохранности частных капиталов.

Примерно 66%-ов расходов на государственные нужды Афганистана Министерству финансов Афганистана удалось покрыть за счет внутреннего налогового сбора, который оценивается в 550 млн. долларов США (320 млн. долларов США в предшествующем году). На реализацию программы по восстановлению и развитию Афганской экономики, финансируемой международным сообществом (бюджет развития), вместо намечавшихся 1,37 млн. долларов США реально поступили около 800 млн.

долларов США (58,4%). На этом фоне инвестиционная активность стран доноров в большей степени носит декларативный характер, и говорить о скорейшем восстановлении экономики Афганистана не приходится, очевидно, что на фоне полной разрухи восстановления нескольких центральных дорог, двух-трех электростанций и придания столице страны более облагороженного вида, дают достаточно высокие проценты роста. Но отсутствие системного подхода к решению экономических вопросов на долгие годы обеспечит Афганистану полную экономическую зависимость, низкий уровень жизни, и как следствие сохранения очагов не стабильности, наркобизнеса и терроризма.

Сегодня не требует доказательства тот факт, что решение любой политической задачи невозможно без формирования достаточной экономической базы.

Нынешняя ситуация в Афганистане характеризуется тенденцией затянувшегося процесса послевоенного урегулирования, а также растущей угрозой дальнейшего усугубления ситуации в стране. Основным фактором данной угрозы становится ныне очевидной не способность США и их союзников поддерживать стабильность на Афганской территории на фоне усиливающейся политической напряженности вокруг Ирана.

В этих условиях остается целый ряд проблем в афганском урегулировании и восстановлении экономики страны, что требует особого внимания мирового сообщества. Среди них, в первую очередь, необходимо выделить очередной заметный всплеск активности движения «Талибан», сумевшего восстановить силы и провести их перегруппировку, против сил международной антитеррористической коалиции во главе с НАТО и США.

Свидетельством этого стали самые высокие за последний год потери среди военнослужащих международных сил НАТО и афганской национальной армии в мае – июне текущего года, а также целая серия крупных терактов, включая попытку покушения на президента ИРА Х.Карзая в ходе военного парада в Кабуле в апреле 2008 года. Другим признаком активизации талибов за последние месяцы стало расширение их экстремистко-пропагандистской деятельности с южных и юго-восточных районов Афганистана на северные провинции страны, граничащие с государствами Центральной Азии. В 2009 году на севере и на границе с Пакистаном уже имели место военные действия.

Переизбрание А. Карзая президентом страны по результатом выборов 2009 года активизировало недовольных его политикой, что имело немалый резонанс в дестабилизации и так-то плачевной ситуации в Афганистане.

При этом, ситуация в Афганистане заметно осложняется ее тесной взаимосвязанностью с заметно обострившейся за последний год обстановкой в регионе афганско-пакистанского приграничья – т.н. зоне свободных пуштунских племен протяженностью окало 2,5 тыс. км. Более того, как отмечают многие зарубежные эксперты, данный приграничный регион за последние годы превратился в один из главных центров международного терроризма, где размещаются и откуда действуют многие тесно связанные с Аль-Кайдой террористические группировки, включая афганский и пакистанский Талибан (и Техрик-е Талибан ), а также исламское движение Узбекистана (ИДУ) [244, с.128].

Комплекс военно-политических и экономических проблем современного Афганистана в условиях их нерешенности обладает большим деструктивным потенциалом в отношении интересов международной безопасности. Особенно это касается безопасности государств, которые приходятся географическими соседями этой страны. Это относится и к государствам Центральной Азии, и к Казахстану в частности. Поэтому, Казахстан заинтересован в стабилизации ситуации в Афганистане, что могло бы стать серьезным фактором в обеспечении безопасности Центральной Азии.

В то же время масштабы и глубина «афганской проблематики» настолько велики, что ее решение напрямую связано с участием в этом процессе коллективных усилий мирового сообщества.

Многофакторность, уязвимость региональной системы означает ее многократную зависимость от глобальной системы международных отношений. Тем самым страны региона испытывают на себе вызовы глобальной системы, непогашенные региональной системой. Территория РК является самой большой в Центральной Азии. Немалые размеры территории страны имеют значение не только в символическом плане; богатство недр и ландшафта наполняют их ресурсным смыслом. Фактор обширности занимаемой территории налагает на страну ответственность за судьбу региона и выдвигает РК на передовые международных процессов в ЦАР.

Казахстан имеет выгодное местоположение в регионе. Страна граничит с тремя из четырех других центральноазиатских государств и является для них транзитной территорией на пути в Россию и Европу. Если Туркменистан имеет возможность сообщаться с Россией через Каспийское море, то Кыргызстан и Узбекистан, Таджикистан могут выходить на север только через казахстанские земли. Узбекский газ, хлопок поставляются в Россию через Казахстан (тоже самое можно сказать о туркменском газе, центр транзитной поставки которого находится в Узбекистане. От Казахстана в значительной степени зависит транзитные коридоры в ЦАР, также всей Евразии. Если будут реализованы планы развития транспортных путей между Европой и Средним Востоком, то транзитная значимость Казахстана, безусловно, еще больше возрастет. Но такие перспективы требуют от РК ликвидировать в ближайшем будущем неразвитость казахстанской транспортной инфраструктуры. В Казахстане нет ни одной автомобильной магистрали международного уровня, отвечающей мировым стандартам.

Железнодорожные маршруты по темпам и объемам перевозок оставляют желать лучшего. Морской флот на Каспийском море только встает на ноги.

Выгодное географическое расположение Казахстана в центре Евразии создает ему базу для роли регионального актора, также в некоторых форматах на всем континенте. При проецировании этого на интеграционные процессы получается, что роль катализатора интегрирования в регионе обеспечена Республике географически, пространственно [244, с.143].

Политика Казахстана в ЦАР исходит из понимания того, что интеграция поможет странам региона смягчить интервенционное воздействие окружающей среды и следовать той политике, которая была бы наиболее целесеобразно с точки зрения национальных интересов каждого государства.

Конечно, говорить об объединительных подвижках в рамках региона пока рано, тем не менее, консультации и достижение единогласия по узловым вопросам региональной или глобальной политики всегда необходимы.

Руководители центральноазиатских государств, как ключевые фигуры в процессе принятия внешнеполитических решений, играют, несомненно, решающую роль в судьбе интеграционных процессов в рамках ЦАР. Их восприятие действительности и взаимоотношения друг с другом автоматически проецируются на все процессы международного характера в регионе. Поэтому, было бы желательным учащение встреч на верхах, в ходе которых постепенно прокладывается путь к взаимопониманию по основным вопросам межгосударственного сотрудничества.

1.4 Интересы крупных мировых акторов в Казахстане Повышенное внимание внешних сил к Казахстану обусловлено следующими обстоятельствами:

Последнее время существенно возросла значимость для мировой 1.

экономики энергоресурсов Каспийского моря, и в частности, его наиболее значительного по запасам казахстанского сектора. Освоение богатых месторождений нефти и газа в Казахстане позволит мировым державам не только получить экономическую выгоду в виде сверхприбыли и доступа к дополнительным источникам углеводородного сырья, но и создать рычаги давления на ОПЕК.

2. Каспийско-Центральноазиатский регион и, прежде всего, Казахстан как ключевое государство региона, сегодня приобретают в силу нефтяного фактора не только экономическую, но и геополитическую значимость, что во многом объясняет стремление мировых держав укрепить свои лидирующие позиции за счет присутствия в стране и регионе в целом.

3. Большой экономический интерес для мировых держав представляет транзитный (транспортно-коммуникационный) потенциал Казахстана, позволяющий ему стать мостом между Европой и Азией для осуществления торговых и грузовых потоков. Возможности развития международной транзитной торговли через территорию Казахстана расширяются с началом функционирования нового Шелкового пути – Транспортного коридора Европа- Кавказ - Азия, а также с расширением торговли России с Ираном, Пакистаном и Индией.

4. Казахстан представляет собой новый, достаточно перспективный рынок сбыта для американских, европейских, японских и китайских товаров.

Россия, в свою очередь, заинтересована в сохранении устоявшихся торговоэкономических связей с Казахстаном и в их динамичном развитии [177, с.7-8].

5. Непосредственное соседство Казахстана с Россией и Китаем, по отношению к которым западные державы, особенно, США питают далеко не дружеские чувства, а скорее подозрение в далеко идущих амбициях и соперничество, перманентно притягивает к стране самое пристальное внимание со стороны заинтересованных субъектов.

6. Угроза терроризма, религиозного экстремизма, наркотрафика привлекает внимание международного сообщества к Республике, близко расположенного Афганистану, превратившегося на сегодня в главного источника всех этих бед.

7. Активный интеграционизм Казахстана, деятельное участие страны в региональных объединительных организациях тоже вызывают интерес к Республике. Общеизвестно, что некоторые акторы мировой политики с раздражением наблюдают за деятельностью и эволюцией Шанхайской организации сотрудничества. В этом ключе закономерен повышенный интерес к участникам этой многообещающей организации.

8. Казахстан ушел в отрыв от остальных стран ЦАР по многим показателям состоятельности государства. Стране удалось создать экономическую систему, основанной пока на сырьевом секторе, которая обеспечивает необходимый уровень материально-ресурсной безопасности Республики. Политика государства в социальной, межнациональной сферах поддерживает стабильность и спокойствие в обществе. Консолидация правящей элиты поспособствовала бесперебойной, согласованной работе политических институтов. Эти эндогенные факторы создают потенциальные возможности для расширения экономического присутствия заинтересованных субъектов (особенно ТНК).

Главным агентом внешнего окружения для Казахстана, безусловно, является Россия Федерация, политика которой в РК эволюционировала от «бегства» на заре независимости до «возвращения» в начале нового века.

Политика северного соседа в отношении самой крупной страны Центральной Азии, всегда испытывающей к ней привязанность и открытую симпатию, состоит из трех этапов (как и вся центральноазиатская политика РФ):

этап охватывает период начала-середины 90-годов и связан с 1фактическим исключением ЦА из сферы приоритетов РФ на фоне иллюзорного стремления стать «составной частью» Запада;

этап пришелся на конец 90-годов и связан с критическим 2осмыслением Россией результатов всей своей внешней политики, в том числе и на центральноазиатском направлении;

этап, начавшийся с приходом в 2000 году к власти В. Путина и его 3команды, можно охарактеризовать как целенаправленное стремление вовлечь регион в сферу влияния Москвы для кардинального усиления международных позиций России [177, с.10]. Ярким достижением этого периода, наряду с реализацией ряда проектов, является создание Таможенного союза. И, возможно, с созданием «политического» Таможенного союза начинается новый этап в политике России в РК.

После развала СССР у большинства российских лидеров и населения существовала уверенность в том, что по мере демократизации страна успешно интегрируется в сообщество цивилизованных государств, объединяемых понятиями Запада или «общеевропейского дома». Ожидалась и массированная экономическая помощь в рамках нового «плана Маршалла».

Запад, в свою очередь, рассчитывал на быструю трансформацию России в развитую демократию с процветающей рыночной экономикой, занимающую солидарную с ним позицию по основным вопросам международной политики.

В системе внешнеполитических приоритетов России до конца 1993 г. на первом месте стоял «выход на зрелые партнерские, а в перспективе и на союзнические отношения со странами, которые мы условно называем Западом». Российскую внешнюю политику начала 1990-х гг. отличал очевидный американоцентризм. Даже мысль о существовании «единственной сверхдержавы» отвергалась. «Гегемония Соединенных Штатов, которой нас пугают, и разговоры о единственной сверхдержаве — все это стереотипы и зашоренность. Никакой единственной сверхдержавы нет», — подчеркивал министр иностранных дел РФ тех лет А.Козырев, выдвигая план стратегического союза с США, позднее трансформированный в идею стратегического партнерства [159, с.72]. Отношения с бывшими советскими республиками оказались в кильватере политики ориентации на Запад. В этой связи центральноазиатские республики, в том числе и Казахстан, рассматривались в то время в Москве как своеобразный «балласт», тормозящий процесс органичного включения России в западноевропейскую цивилизацию» [138, с.46].

1 апреля 1992 года Верховный Совет Российской Федерации объявил о том, что защита территориальной целостности и суверенитета

- собственное дело каждого государства. В 1993 году, по инициативе России, Казахстан был исключен из рублевой зоны и был вынужден вводить собственную валюту (тенге) одним из последних в СНГ. В этот период неоднократно раздавались заявления представителей российской политической элиты о необходимости ужесточения политики Кремля в отношении бывших союзных республик, и не в последнюю очередь - Казахстана. Акцентировалось негативное, по своей сути, внимание к проблеме русскоязычного населения, вопросам экономических взаимоотношений.

Уже в 1993 г. уязвимость политики Козырева стала очевидной.

Серьезнейший удар по ней был нанесен открывшейся перспективой расширения НАТО вопреки многочисленным заверениям, данным западными лидерами еще М. С. Горбачеву, что этого никогда не произойдет.

Односторонние уступки России по узловым вопросам мировой и региональной политики воспринимались Западом, в первую очередь, Америкой, как должное, не требующее ответных шагов со стороны западных партнеров. Американоцентризм не улучшал отношения с Западом, закрывал многие другие дипломатические направления — в том числе в Центральноазиатском регионе, в целом в Азии и мусульманском мире.

Вплоть до середины 90-х годов в действиях российской стороны превалировали силовые методы. В этот период в Москве преобладало мнение о том, что бурное освоение каспийской нефти бывшими советскими республиками не отвечает национальным интересам России. Некоторых членов российского правительства настораживала ситуация, при которой активную помощь прикаспийским государствам в разработке углеводородных месторождений оказывали крупнейшие западные компании.

Следствием всего этого стала предвзятая поначалу стратегия российского руководства на воспрепятствование освоению нефтегазовых запасов всеми государствами региона, включая саму Россию. Результатом такого подхода стали фактическая «потеря»

российской стороной Центральной Азии и ограничение доступа к важнейшим сырьевым ресурсам региона.

Начиная с конца 1993 года стали меняться приоритеты внешней политики России. В первом после выборов послании Федеральному Собранию Президент РФ заявил: «В 1994 году нам надо положить конец порочной практике односторонних уступок». Осенью на 49-й сессии ГА ООН Ельцин позволил себе впервые критические замечания в адрес Запада: «До сих пор равноправие, партнерство, взаимная выгода, сотрудничество в значительной степени остаются словами, которыми по-прежнему прикрываются государственные эгоизмы» [245].

Разочарование в результатах партнерства с Западом нашло отражение в принятии в сентябре 1995 г. Указом Президента «Стратегического курса России с государствами-участниками Содружества Независимых Государств», где утверждался приоритетный характер именно этого направления внешней политики. Главными целями становились создание жесткого интеграционного объединения, превращающегося во влиятельного субъекта мировой политики и экономики, сохранение пространства бывшего СССР в качестве зоны особых интересов России. В документе закреплен тезис том, что отношения с государствами СНГ - важный включения России в мировые политические и экономические структуры.

Это стало свидетельством того, что Россия вновь повернулась в сторону Центральной Азии. Но государства региона достаточно прохладно прореагировали на «пробуждение» России. Только казахстанское руководство было готово к такому развитию событий и предложило целый ряд инициатив по наращиванию темпов двустороннего сотрудничества. Стало наблюдаться оживление взаимодействия в нефтегазовой сфере по вопросам транспортировки казахстанской нефти на внешние рынки. Но данные взаимодействия были несистемными и со временем российская сторона стала использовать свою абсолютную монополию на транзит казахстанской нефти в качестве рычага воздействия на РК. Москва не скрывала своей заинтересованности в том, чтобы замкнуть поставки и транзит казахстанской нефти и всех гидрокарбонатов ЦАР на свою территорию, воспрепятствовать строительству трубопроводов в обход России и тем самым привязать себе Казахстан. В данный период имели место случаи квотирования Россией объемов экспорта казахстанской нефти через свою территорию [177, с.24].

Несмотря на просчеты в политике прошлых лет в отношении стран ЦАР российское влияние в Казахстане и регионе не ослабло. С приходом к В.В.

Путина к власти в российской политике в отношении Казахстана, как и других стран региона, произошли позитивные изменения. Можно сказать, что РФ стала более последовательной и гибкой в вопросах сотрудничества с Казахстаном и ЦАР в целом. Это было обусловлено возросшим пониманием в России стратегической важности региона и важной роли в нем Казахстана. Россия «вернулась» в регион на волне роста ее внешнеполитических ресурсов. Подьем экономики, повышение показателей по наиболее важным пунктам социально-экономического развития позволили аккумулировать внешнеполитические ресурсы страны.

Использование основного статичного внешнеполитического ресурса – наличие богатых месторождений гидрокарбонатов и роли «хозяина» узловых звеньев транспортировки нефти и газа на Запад создало условия для маневрирования в европейской и региональной политике. Энергетическая дипломатия стала козырем в руках российского внешнеполитического истеблишмента в продвижении национальных интересов государства.

В основе путинской политики в отношении Казахстана и Центральной Азии лежал прагматический расчет усиления своего влияния и создания дальнейших благоприятных условии для российского бизнеса через интеграционизм. В Послании федеральному Собранию 3 апреля 2001 года Путин подчеркивает: «Россия остается ядром интеграционных процессов в Содружестве» [66, с.12]. РФ окончательное закрепление в регионе видится в руководящей роли в многосторонних институтах, объединительных процессах различного формата. В этом ключе России импонируют инициативы Казахстана по продвижению интеграционных процессов Центральной Азии.

С избранием В. Медведева на президентский пост политика Путина в отношении Казахстана нашла дальнейшее продолжение. В последнее время Россия все сильнее притягивает в свою орбиту Казахстан и центральноазиатские республики. Российский бизнес прибрал в свои руки транспортировку углеводородов Центральной Азии. Все государства ЦАР экономически зависимы от северного соседа, фактически регион входит в информационное, экономическое пространство России.

По своим параметрам и геоэкономическому содержанию с далеко идущими политическими мотивами, темпам наращивания своего присутствия в РК китайский фактор следует за российским. В политике Китая в

Казахстане и ЦАР условно можно выделить три основных этапа:

- Первый этап охватывает начало 90-х годов ХХ-века, связан с осмыслением Китаем новых реалий в ЦА и вокруг нее, установлением дипломатических отношений, формированием атмосферы доверия и договорно-правовой базы, особенно, в контексте решения проблем, унаследованных от китайско-советского периода;

- Второй этап пришелся в основном на середину - конец 90-х годов, захватив, однако, и большую часть 2001 года (до событий 11 сентября), характеризуется формированием в ЦА с участием Пекина механизмов и институтов регионального взаимодействия, а также расширением экономического присутствия Китая;

- Третий этап, условно начавшийся после событий 11 сентября 2001 года и совпавший с приходом к власти в Китае политиков «четвертого поколения», продолжается по настоящее время. Данный этап характеризуется небывалым ранее ростом активности и наступательности политики КНР практически по всем направлениям сотрудничества с целью не допустить развития ситуации в регионе в невыгодном для Пекина плане.

В первой половине 90-х годов Китай не проявлял заметной активности в Центральноазиатском регионе. Установив дипломатические отношения с государствами ЦА в 1992 г., Пекин был заинтересован, прежде всего, в сохранении политической стабильности в своем Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР).

Однако проявившиеся в последующем политические реалии в Центральной Азии (нарастание угрозы исламского фундаментализма, борьба за углеводородные ресурсы региона, поиски государствами региона внешних партнеров и т.д.) побудили Пекин перейти к более активной политике [123, с.46].

В целом внешняя политика Китая со второй половины 90-х годов характеризуется стремлением усилить свое влияние в регионе ЦА по средствам расширения и интенсификации экономических связей. Основные аспекты экономической активности Китая в регионе касались в основном торговли и энергетической сферы. Важной составляющей стратегии обеспечения энергетической безопасности Китая является политика "выхода вовне", под которой, в частности, понимается участие в освоении зарубежных нефтяных месторождений с помощью китайских технологий и капитала. Эта политика обращена в первую очередь на сопредельные страны, так как "Россия, Казахстан и центральноазиатские государства владеют богатыми нефтегазовыми ресурсами, являются дружественно настроенными соседями и обладают относительной политической стабильностью, поэтому с точки зрения долгосрочной перспективы центр тяжести должен находиться там".

Выбор этих стран в качестве приоритетных для своих зарубежных инвестиций полностью соответствует геостратегическим интересам и устремлениям Пекина. Там рассчитывают, что политика активной финансовой и экономической экспансии в государствах Центральноазиатского региона позволит Китаю стать их главным инвестором и торговым партнёром и тем самым "создать благоприятное для себя международное окружение".

Интересы Китая в Центральной Азии определяются рядом факторов. Вопервых, Пекин стремится обеспечить политическую и социальную стабильность в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР), тесно связанном с этим регионом. Во-вторых, для КНР важно, чтобы ЦА была для него стабильным в стратегическом плане тылом. В-третьих, в Китае считают государства региона весьма серьёзными потенциальными поставщиками энергоресурсов и важными рынками сбыта для китайских товаров. Вчетвёртых, в Пекине понимают значение транзитных возможностей ЦА для транспортировки энергоносителей по сухопутным магистральным трубопроводам, что представляется лучшей гарантией собственной энергобезопасности.

Привлекательность "центральноазиатского вектора" энергетической стратегии КНР, по мнению китайских экспертов, определяют следующие факторы:

- взаимодополняемость интересов - странам Центральной Азии необходимы инвестиции для освоения своих нефтегазовых ресурсов и рынки сбыта, а Китай нуждается в диверсификации источников энергии;

- наличие общих границ, что позволяет транспортировать нефтегазовые ресурсы без посредников;

- содействие программе развития Северо-Запада КНР;

- обеспечение мирного окружения и расширение влияния на страны Центральной Азии, что немаловажно с точки зрения перспективных геополитических целей Пекина [218, с.102].

Основной упор в энергетическом сотрудничестве со странами Центральной Азии КНР делает на Казахстан. В последние годы Китай существенно укрепил свои позиции в нефтегазовом секторе Казахстана.

Динамику энергетической политики восточного соседа можно увидеть из следующих данных: В настоящее время в Казахстане в нефтегазовой сфере работают китайские компании КННК (Китайская национальная нефтяная компания) и Sinopec. КННК принадлежит 85,42 % акций в компании "KHHKАктобеМунайГаз", крупнейшими месторождениями которой являются Кенкияк и Жанажол. КННК принадлежит 85,42 % акций в компании "KHHKАктобеМунайГаз", Китай получил контроль и над месторождением Узень в Мангистауской области, извлекаемые запасы которого уже выработаны примерно на 50 %. В 2006 г. добыча сырой нефти "KHHK-АктобеМунайГаз" составила 5,9 млн т. КННК также принадлежит 50 % компании Buzachi Operating Ltd. (второй участник - "Лукойл оверсиз"), которая ведёт разработку месторождения Северные Бузачи площадью примерно 125 тыс. кв. км, извлекаемые запасы которого - 43 млн т, геологические 218 млн т.. В 2007 г.

добыча нефти на этом месторождении составила 35 тыс. баррелей в сутки. С конца 2005 г. КННК является акционером компании PetroKazakhstan (67 %), а совместно с национальной компанией "КазМунайГаз" владеет акциями Шымкентского нефтеперерабатывающего завода (ныне - НПЗ PetroKazakhstan ОН Products). Ещё один актив КННК находится в Кзыл-Ординской области это компания "KHHK-АйДанМунай", которая ведёт добычу на месторождениях Арысское и Блиновское, чьи доказанные извлекаемые ресурсы составляют 10,42 млн т. Компания Sinopec в 2004 г. стала владельцем активов американской First International Оil Соmрапу (FIOC) и получила контроль над перспективными участками в Прикаспийской низменности общей площадью более 30 тыс. кв. км, а также лицензии на разведку блоков Адайский, Сазанкурак, Атырауский, Восточно-Прикаспийский, Фёдоровский и Бегайдар. Партнёром Sinopec по Адайскому блоку (извлекаемые ресурсы млн т) выступает "Роснефть". На блоке Бегайдар Sinopec сотрудничает с ''Группой "Альянс", в которой ей принадлежит 80 %, на Фёдоровском - С венгерской MOL и компанией Exploration Venture Limited. Sinopec принадлежит 22,5 % акций в консорциуме по разработке ресурсов Фёдоровского, которые оцениваются в 200 млн. т. нефти и газового конденсата и 400 млрд куб. м газа [171, с.16-17].

Активность Китая в энергетической сфере Казахстана распространяется и на проблемы транспортировки казахстанских углеводородов. «Поднебесная» успешна и в реализации своих газовых проектов в РК. Присутствие Китая в энергодобывающем секторе Казахстана значительно расширилось, поскольку Пекин не только получает постепенно доступ к перспективнейшим каспийским месторождениям, но и прямой выход к нефтяным скважинам, разрабатываемым китайскими компаниями.

В 1991 г. администрации Буша (старшего) и Б. Клинтона (в начале его первого срока президентства) делали акцент на демократизацию стран региона. Американцы оказались неготовыми к распаду СССР и появлению на его территории новых независимых государств. У Вашингтона отсутствовала сколько-нибудь последовательная и целостная политика по отношению к странам региона. В этот период США ограничились дипломатическим признанием суверенитета новых государств региона и подтверждением бывших административных границ между советскими среднеазиатскими республиками в качестве международных. США проводили общую политическую линию в отношении всех постсоветских государств, включая центральноазиатские, поддерживая демократизацию их политической жизни и проведение рыночных преобразований.

В начальном этапе становления казахстанской государственности влияние американского фактора на формирование внешнеполитического поведения РК было доминирующим. Это было связано с тем обстоятельством, что Россия, на которую ориентировался Казахстан уже в новом, суверенном качестве, отказалась от роли эгиды для Республики. В сложном и непонятном тогда мире молодой независимой стране не оставалось выбора, кроме ориентира в своей внешней политике на США, которые заявили о себе как о лидере трансформирующейся системы международных отношений и которые в силу своего статуса супердержавы (и реализую свои национальные интересы) активнее всех интересовались положением дел в новом государстве. В 1992-1995 гг. центральное место в политике США в Казахстане заняла проблема ядерного оружия на территории Казахстана. Добившись желаемого результата со стороны Казахстана, американцы быстро свернули политический формат своих действий в РК. На первый план стали выходить экономические планы по развитию добычи нефти ее транспортировке (строительство нефтепроводов из зоны Каспийского моря). Но американцев не устраивал контекст; ситуация в регионе, особенно в Таджикистане и на соседствующем Кавказе не выглядела стабильной, а экономические проекты сталкивались со многими трудностями, прежде всего политического плана.

Поэтому, в своей политике в Казахстане и во всем ЦАР США было удобно следовать доктрине Тэлбота, по которой Вашингтон продолжал признавать особую роль России в данном регионе [212, p.13-17]. Но в 1996-2000 гг.

существенно охладились отношения между США и Россией. Активность Соединенных Штатов в регионе снизилась, значимых результатов проводившаяся ими политика демократизации и либерализации экономики, не дала. К 97- 98 годам привлекательность Казахстана в глазах американцев поблекла. США решили сконцентрировать свои усилия на развитии отношений с Узбекистаном как стратегическим региональным партнером и наиболее мощной, в том числе и в военном отношении, страной региона. В политических и академических кругах США изначально считали Узбекистан самой потенциальной страной региона, которая могла бы стать опорной точкой американской политики в ЦАР [231, p.147]. Узбекистан проводил весьма независимую от России внешнюю политику и пытался играть роль региональной державы, планомерно снижая свое участие в постсоветских региональных организациях типа СНГ и Договора о коллективной безопасности. Ташкент искал сильного внешнего партнера, которым, в идеале, как виделось узбекским политикам, мог стать Вашингтон. Однако развитие американско-узбекистанских отношений шло достаточно медленно и по весьма ограниченному кругу вопросов. Большему прогрессу в этой области мешали низкая в целом в этот период привлекательность региона для США, антидемократичность политического режима в Узбекистане и традиционное отношение к ЦАР как “заднему двору” России.

Интересы и цели США в 90-гг.в Казахстане, как и во всем регионе, могут быть сформулированы следующим образом:

- Не допустить ситуации, когда одна из держав или группа держав, таких как Россия и КНР, будут доминировать в регионе в степени, исключающей там американское присутствие;

- Предотвратить трансформацию Азии в базу для развертывания экстремистских исламских сил;

- Воспрепятствовать превращению Центральной Азии в коридор для нелегального распространения наркотиков;

- Обеспечить американским компаниям доступ к энергетическим ресурсам региона;

- Способствовать развитию в государствах ЦАР гражданского общества, власти закона и прозрачной рыночной экономики.

В практическом плане Соединенные Штаты осуществляли довольно скромную программу оказания военно-технической помощи, в первую очередь в целях борьбы с контрабандой оружия и наркотиков (по данным, приводившимся на слушаниях в том же подкомитете, около 50 млн. долл. в год), а также содействовали некоторым гражданским инициативам и развитию независимой прессы.

Нельзя обойти вниманием интерес США к энергетическим ресурсам Каспия и поддержку Соединенными Штатами альтернативных российскому проектов транспортировки нефти из региона. Следует, однако, учесть, что в тот период Каспий рассматривался американскими стратегами как регион, тяготеющий к Кавказу (в структуре законодательной и исполнительной власти США им занимались другие подразделения), и энергетический фактор не выходил на первое место в американской политике в Центральной Азии.

Существенные изменения в политике США в регионе произошли после прихода в Белый дом Дж. Буша-младшего. Новая администрация наметила весьма динамичный и прагматичный план действия в отношении Центральной Азии. Характерно, что некоторые страны региона - особенно Узбекистан и Киргизия - предчувствовали подобные перемены, и встретили результаты выборов в США с нескрываемым удовлетворением.

После событий 11 сентября 2001 г. изменилось понимание природы угроз национальной безопасности США и, соответственно, изменились оценки места Центральной Азии во внешней политике Соединенных Штатов. США кардинально расширили свое присутствие в регионе. Подходы США в отношении стран региона сменились полностью - помощник президента США по национальной безопасности К. Райc заговорила о “перемещении тектонических плит” в политике США в Центральной Азии; регион занял очень важное место в системе внешнеполитических приоритетов США. Во многом созерцательная позиция середины 1990-х годов сменилась политикой, которую ряд американских экспертов характеризовали как “агрессивный реализм” [246].

По понятным причинам основное внимание Вашингтона оказалось обращено на территории и ситуации, сделавшие возможными атаки на США.

Давняя обеспокоенность Соединенных Штатов “неудавшимися”, по выражению американских политологов, государствами и странами- “изгоями” получила новое осмысление.

США пришли к выводу, что само существование стран, где центральное правительство не контролирует свою территорию, торговлю оружием и наркотиками, не препятствует, или не может препятствовать, экстремистской деятельности, где население не имеет никаких жизненных перспектив и легко превращается в человеческий ресурс для террористов, составляет угрозу их национальной безопасности. В этом контексте Центральная Азия стала не только важным компонентом американской военной кампании по уничтожению террористической инфраструктуры в соседнем Афганистане, но и объектом приложения новой американской стратегии. Традиционная, во многом ставшая дежурной американская риторика о заинтересованности США в политической стабильности, демократизации и экономическом процветании Центральной Азии, приобрела вполне конкретный смысл. В политическом урегулировании в Афганистане после разгрома “Талибана” центральноазиатские страны играют особую роль. Этому существует множество причин. Среди главных можно отметить прозрачность среднеазиатских границ, достаточно свободное перемещение оружия и наркотиков по территории Афганистана и соседних с ним среднеазиатских государств, близость к талибам многих экстремистских сил в ЦАР типа Исламского движения Узбекистана и т.п. А поскольку географически этот регион видится американцам по-иному, чем это принято в России (как уже выше отмечалось, Афганистан и Пакистан США относят к ЦАР), то и многие процессы в регионе им представляются транснациональными [247, р.271-274].

После событий 11 сентября США стали активно укреплять политическое и военное сотрудничество с Казахстаном. Развертывание антитеррористической операции в Афганистане и обострение палестиноизраильского конфликта существенно осложнили отношения США с их традиционными союзниками на Ближнем Востоке. Саудовская Аравия не позволила американским ВВС использовать свои базы для боевых вылетов в Афганистан. В такие непростое для Америки время Астана первой среди стран СНГ дала согласие на использование воздушного пространства РК авиацией союзников. Это было подтверждено в ходе визита Н.Назарбаева в ФРГ в начале октября 2001 г., а затем в рамках консультаций с Вашингтоном. В дальнейшем, 10 июля 2002 г., РК и США подписали Меморандум о взаимопонимании между правительствами двух стран об условиях предоставления международного аэропорта Алматы в качестве запасного для военных самолетов США. Данный шаг не означал создание военных баз на территории республики, а оговаривал условия, при которых самолеты ВВС США могут использовать казахстанские аэродромы для экстренного приземления американской авиации. К ноябрю 2002 г., согласно данной договоренности, американская сторона 11 раз использовала право транзита через воздушное пространство Казахстана [248].

Показателем изменения американской политики в отношении РК стало решение Администрации США в лице Министерства торговли о снятии с Казахстана статуса страны с нерыночной экономикой в соответствии с антидемпинговым законом США в марте 2002 г. Решение было принято на основе анализа таких параметров, как конвертируемость национальной валюты, свободный уровень заработной платы, иностранные инвестиции, государственная собственность, контроль и т.д. В течение 2002 г.

рассматривался вопрос о снятии ограничений в торговле с Казахстаном, введенных поправкой к Торговому Акту (поправка Джексона-Вэника).

В 2003-04 гг. Казахстан интересовал Америку, в первую очередь, с точки зрения судьбы трубопровода БТД и продвижения демократии.

Американцы были недовольны недостаточной демократичностью внутриполитических процессов в РК. С 2005 года политика Соединенных Штатов в отношении Казахстана (и всего ЦАР) начала постепенно, но вполне осязаемо эволюционировать в сторону смягчения оценок и критики существующего режима. В июне 2005 года Вашингтон подтвердил курс на сохранение хороших отношений с Астаной. Госсекретарь США К. Райс предложила военную помощь Казахстану, как это мотивировалось, «на основании интересов национальной безопасности США, несмотря на многочисленные шаги назад в сфере обеспечения прав человека». Как заявила Райс, «американская помощь усиливает демократию», поэтому, Вашингтон будет продолжать осуществлять «полное взаимодействие» с Казахстаном.

Продолжающиеся кризисные явления в Украине, Грузии и Кыргызстане формировали неприятие в общественном мнении революционного пути смены власти. Более того, изменилась тональность в отношении «оранжевых революции» и в СМИ стран Запада; последовала переоценка выводов в отношении их геополитических и геоэкономических последствий в аналитических структурах западных стран. Наиболее показательно в этом плане изменение отношения США к проблеме развития демократических процессов в Центральной Азии. Признавая их безусловную ценность, США в лице госсекратаря К. Райс заявили о возможности каждого государства искать свои пути строительства демократии без внешнего вмешательства [115, с.313].

С 2006-2007 гг. для Соединенных Штатов Центральная Азия не является зоной, затрагивающей национальные интересы американского народа. Американцы концентрировали свои усилия преимущественно на поддержание дружеского или, по крайней мере, нейтрального настроя и относительной предсказуемости центральноазиатских государств.

В последние годы первой декады нового века американские интересы в Казахстане определяются исходя из следующих геостратегических целей США в ЦАР, основным компонентом которых явояются военные и геоэкономические аспекты присутствия в регионе:

- иметь в регионе силы быстрого реагирования, которые могут оказаться очень нужны в случае дальнейшего обострения ситуации в Афганистане и внутриполитической дестабилизации Пакистане и, возможно, в случае угрозы перерастания индо-пакистанского конфликта в ядерный;

- иметь в регионе инфраструктуру для активной политики в отношении Ирана и его ядерной программы, которая очень беспокоит США;

- проецировать американское военное присутствие на энергоресурсы Каспия, который, по некоторым оценкам, может оказаться так же богат нефтью и газом, как Персидский залив;

- присутствовать в складывающемся евроазиатском стратегическом транспортном узле (транспортный коридор Северная Европа - Индия, Западная Европа - Китай - Япония (”Великий шелковый путь”), газо- и нефтепроводы различных направлений; - контролировать экспансию КНР в ЦАП, а в некоторой степени - и дальнейший рост КНР. С 1993 г. КНР является нетто-импортером нефти, и географически наиболее доступные энергоресурсы, необходимые для продолжения экономического роста КНР, находятся как раз в Центральной Азии.

США приняли к сведению вынужденность «многовекторной политики» Казахстана (необходимость тесно кооперирироваться с Россией), и пока не видят для себя угроз или проблем. Команда Б.Обамы в настоящее время преимущественно занята внутренними делами, и сам факт того, что Казахстан не отходит внятного и дружественного курса в отношении США, воспринимается в США позитивно. На будущее Белый дом рассчитывает максимально использовать этот настрой в своих геополитических интересах.

По сравнению с первыми тремя факторами европейский фактор в Казахстане особой активностью не отличался. В политике Европейского Союза в Казахстане проглядываютя три этапа: Первый этап – с 1991 года по 1997 год. Первоначальный энтузиазм, с которым устанавливались дсусторонние и институциональные отношения, заканчивается с разочарованием европейцев в Казахстане. Второй этап – с 1997 года по 2002 год. Этот период политики можно охарактеризовать как застойный, или, в лучшем случае, вялотекущий. Третий этап – с 2002 по настоящее время. В силу международных процессов и актуализации энергетической проблемы европейская политика в Казахстане пересматривается с целью ее обновления и усиления.

С вхождением в международный лексикон геополитического обозначения «Центральная Азия» в начале нового, ХХ1 века Евросоюз пытается фокусировать внимание конкретному региону, имеющему свои неповторимые черты и требующему особого подхода из-за наличия богатых нефтегазовых и других ресурсов.

В Стратегии ЕС на 2002-2006 годы «Центральная Азия» выделяется как самостоятельный регион, правда, в тесной увязке с Каспийским регионом. В ней констатируется, что ЕС «проявляет интерес» к энергоресурсам региона [214, с.9]. Но сокращение российских поставок газа на Украину, высветившее энергетическую уязвимость ЕС, резкий отход России от Запада и использование ею своих энергоресурсов как рычага давления на соседние страны заставили Европу не просто «проявлять интерес» к ЦАР, а пересмотреть прежнее отношение к региону и его ресурсам.

Начиная с 2002 года в отношениях ЕС к Казахстану и другим Центральноазиатским государствам намечаются новые подходы, которые были обусловлены новейшими геополитическим реалиями в мире после событий 11-сентября 2001 года и состоянием мирового энергетического рынка в начале нового века. Задача диверсификации источников энергоносителей и получения определенной доли независимости от традиционных поставщиков нефти и газа заставила пересмотреть европейцев свою прежнюю политику относительно региона. Инертная политика ЕС в ЦАР, которая только вяло следовала за событиями в центре Евразии во второй половине 90-х годов и первые годы ХХ1 века, привела к тому, что США и Россия стали доминировать в регионе. Если интересы США в регионе большей степени охватывовали военно-политическую сферу, сферу безопасности, то РФ распространила свое влияние на экономику и торговлю. К 2004-05 годам Европа «с удивлением» обнаружила что, в экономических отношениях, торговле между ней и странами ЦА сооружен «российский мост» и обойти его уже невозможно. Германия первой подвергла критике центральноазиатскую политику ЕС. Министр иностранных дел Германии Ф.Штайнмайер заметил: «в нашем общем европейском прошлом я не вижу не одного этапа, когда существовал бы большой интерес к этому региону (ЦАР.

прим. автора)». По мнению германской стороны в большей части ЕС пассивно следует за событиями в регионе, вместо того, чтобы активно проводить свою политику и действовать на упреждение. ЕС не учитывает геополитические и геоэкономические изменения, появившиеся за последние 3-4 года и стремится всячески дистанцироваться от какой бы то ни было лидирующей роли в Центральной Азии [214, с.7]. В Германии имели место попытки подготовить Каспийский стабилизационный пакт (наподобие Балканского стабилизационного пакта), который проложил бы путь к решению экономических, социальных, этнических проблем прикаспийского региона, частью которого является ЦАР [142, с.80]. В 2007 году Германия заняла пост председателя совета ЕС и одной из основных задач в повестке дня ее председательства стал пересмотр и переформулирование политики Евросоюза в Центральной Азии. В июне того года Совету ЕС предстояло принять новый Стратегический документ по Центральной Азии. Как было заявлено в соответствующей программе, «В период председательства Германии особое внимание будет уделяться стратегически важному региону Центральной Азии.

ЕС планирует утвердить по отношению к Центральной Азии стратегию, определяющую его интересы и цели в регионе». Основными компонентами этой стратегии по мнению германской стороны должны были быть проблемы энергоснабжения и вопросы безопасности – две главные сферы интересов ЕС в регионе. Инициирование и принятие документа «Европейский Союз и Центральная Азия: стратегии нового партнерства» является заслугой Германии.

Суть данной стратегии состоит в формировании качественно нового партнерства между ЕС и странами ЦАР в условиях глобализации. Стратегия не только расширяет принцип сотрудничества, изначально лежавшего в основе взаимоотношений между ЕС и странами ЦАР, но и придает ему совершенно новое значение. «В начале ХХ1 столетия, в условиях всемирной глобализации пришло время для качественно нового партнерства между ЕС и странами Центральной Азии»- пишется в документе [61, с.7]. В Стратегии во главу угла поставлена защита прав человека и демократическое развитие, поэтому, основной сферой взаимодействия определено сотрудничество в области обеспечения прав человека и ответственного государственного управления, а также в области демократического и социального развития.

Реализация основных пунктов Стратегии ЕС, безусловно, поспособствовала бы решению многих проблем стран региона, особенно, в вопросах транспортировки нефтегазовых ресурсов, создания и усовершенствования транспортных коридоров, решения экологических проблем.

Влияние экзогенных факторов на формирование внешнеполитической доктрины РК представляется следующим образом:

1) В условиях нарастающей взаимозависимости между субъектами международных отношений в эпоху глобализации ни одна страна мира, независимо от ее ресурсного и силового потенциала, степени развития, не может не подвергаться влиянию внешних сил. Процесс глобализации, являющийся основным мегатрендом мирового развития, порождает импульсы, прямо или косвенно влияющие на характер внутренней и внешней политики отдельных государств. Дальнейший ход глобализации будет требовать от субъектов международных отношений открытости, большей либерализации экономических и политических систем, большей интегрированности в мировое сообщество. Для внешней политики государства это означает все повышающуюся степень корреляции с экзогенными требованиями.

2) На стыке веков внешняя политика и дипломатия, как реализаторы национальных интересов государства, больше других сфер стали подвергаться интервенционному воздействию окружающей международной среды. От характера глобальной системы международных отношений напрямую зависят сегодняшние реалии и перспективы страны в будущем. Поощряющие и поддерживающие или ограничивающие и сдерживающие субъектов возможности структуры глобальной системы обуславливаются характером самой системы. Транзитный характер нынешней глобальной системы международных отношений от однополярности к многополярности усложняют процесс определения приоритетов и доминантных направлений в международных взаимодействиях страны, выбора адекватного внешнеполитического курса, отвечающего национальным интересам страны.

3). Региональное окружение Казахстана является самым близким, потенциально опасным источником влияния для Республики. Проблемы, имеющиеся как внутри стран ЦАР, так и в межгосударственных отношениях, требуют пристального внимания к политике РК в регионе. Соседство с Афганистаном, горячей точкой всего мира, многократно усиливает подвергаемость Центральной Азии к внешним угрозам, что, в свою очередь, усложняет задачи политики Казахстана в регионе. 4) Политика ведущих держав, как США, Китай, Россия и ЕС в РК представляет собой фактор, определяющий внешнюю политику Казахстана. Интересы этих держав, усилившиеся в начала нового века, оказывали прямое воздействие на определение страной приоритетов в своей внешней политике.

2 Эндогенные факторы формирования внешнеполитической доктрины РК и их динамика в процессе развития казахстанского общества Традиционно считалось, что процессы, происходящие внутри государства, являются единственным источником формирования внешнеполитического поведения государства, т.е. внешняя политика представлялась продолжением, проекцией политики внутренней. Внешнее окружение служило в основном только фоном, оттеняющим действия государств за своими пределами и особо не влияло на выбор государством того или иного характера поведения в отношении своих соседей. С середины ХХ века, с усилением системных связей на международной арене влияние внешних факторов на определение внешнеполитических ориентиров государствами стало усиливаться. Глобализация ускорила отрыв внешней политики от внутренней и сделала ее автономной сферой со своими закономерностями, неподчиняющей внутригосударственным установкам. Но это не отрицает фундаментальность роли внутригосударственных (эндогенных) факторов в определении линии поведения государством на внешней арене. Факторы, связанные с территорией, месторасположением, народонаселением, материальными и институциональными параметрами общества, служат той основой, на которой базируется и с которыми коррелируется внешняя политика государства на современном этапе.

Эндогенные факторы могут быть сгруппированы следующим образом:

- физические;

- антропогенные;

- интерсубьектные.

К физическим факторам относятся величина территории, местоположение, наличие природных богатств, значимость для транспортных коммуникаций, благоприятное окружение. Экономическая ситуация в стране в рассматриваемый период, состояние инфраструктуры как особо важный физические факторы, требуют от государства создания благоприятных внешних условий для своего развития. Антропогенные факторы представлены численностью населения, его качественными характеристиками, ситуацией в социальной сфере, состоянием человеческих ресурсов общества. Показателями интерсубъектных факторов являются степень сплоченности и стабильности общества, представленного различными этническими, религиозными группами.

В процессе формирования и реализации внешнеполитического курса государства эндогенные факторы служат не только базисом, но и представляют собой ресурсы или арсенал, необходимый для проведения более или менее успешной внешней политики в ходе развития государственного потенциала. Наращивание внешнеполитических ресурсов дает возможность стране проводить тот внешнеполитический курс, который наиболее полно отвечает ее национальным интересам и позволяет быть актором международных отношений, а не пассивным субъектом чужих игр.

2.1 Физические факторы как базовые факторы формирования внешнеполитическое поведение РК.

Казахстан расположен на стыке двух континентов - Европы и Азии, двух частей света - Востока и Запада, что определяет геополитическую уникальность занимаемой страной территории. Недаром на широких просторах казахских земель издавна встречались культуры и религии, энергетические потоки которых устремлялись сюда, в «эпицентр мира», преодолевая моря и океаны, леса и пустыни. Межцивилизационное значение занимаемой территории определили нравы и характер казахов, сделав их открытыми и терпимыми к вторжениям внешнего мира, ко всему новому. В эпоху независимого развития, на заре становления казахстанской государственности эти факторы задали тон формированию внешнеполитического поведения молодой Республики.

Географический центр европейско-азиатского субконтинента находится именно в Казахстане (на пересечении 78 меридиана с 50 параллелью) - в эпицентре бывшего Семипалатинского атомного полигона.

Казахстан занимает площадь, равную 2724,9 тыс. кв. км. (1048,3 тыс. кв.

миль) и раскинулся к востоку от Каспийского моря и приволжских равнин до горного Алтая от предгорий Тянь- Шаня на юге и юго-востоке до ЗападноСибирской низменности на севере. Протяженность его территории с запада на восток превышает 3000 км (1150 миль), с юга на север - 1700 км (650 миль). Казахстан по занимаемой площади находится на девятом месте в мире, т.е. входит в первую десятку крупнейших по территории государств мира после России, Канады, Китая, США, Бразилии, Австралии, Индии и Аргентины. На просторах Казахстана одновременно вместились бы такие семь крупнейших государств Европы, как Франция, Испания, Швеция, Германия, Финляндия, Италия и Великобритания, или такие государства Азии, как Пакистан, Турция, Ирак, Япония и Вьетнам вместе взятые.

Только это может свидетельствовать об огромных потенциальных возможностях данного государства [249, с.13].

На востоке, севере и северо-западе Казахстан граничит с Россией (протяженность границы 6477 км.), на юге - с государствами Центральной Азии - Узбекистаном (2300 км.), Кыргызстаном (980 км) и Туркменистаном (380 км), а на юго-востоке - с Китаем (1460 км.). Общая протяженность границ Казахстана составляет почти 12,2 тыс. км., в том числе 600 км. по Каспийскому морю (на западе).

Казахстан находится в центре Евразийского материка, на почти равном расстоянии от Атлантического и Тихого океанов, а также значительно удален от Индийского океана. Такое глубокое материковое расположение в значительной мере определяет его природные условия.

Одно из главных богатств Казахстана - это его полезные ископаемые. По оценке ученых ведущих стран мира Казахстан занимает шестое место в мире по запасам природных ресурсов, хотя еще не может использовать это преимущество с наибольшим для себя эффектом. По подсчетам некоторых ученых разведанные недра Казахстана оцениваются примерно в 10 триллионов долларов США.

Республика располагает богатыми природными ресурсами, о чем свидетельствует то, что из известных элементов таблицы Менделеева в его недрах выявлены 99, разведаны 70, но пока извлекаются и используются 60 элементов. По оценке доктора Даниеля Фаина, специалиста по природным ресурсам и энергетике из Массачусетского технологического института (США), в год распада СССР (1991 год) 90% хромовой руды, 26% меди, 33% свинца и цинка, 38% вольфрама, которыми располагал в том году бывший СССР, оказались в Казахстане. Сюда следует добавить, что в бывшем СССР на долю нашей республики приходилось запасов баритов фосфоритов - 65%, молибдена - 29%, бокситов - 22%, асбеста - 20%, марганца - 13%, угля - 12% и т.д.

Казахстан - одна из богатейших стран мира по запасам нефти, газа, титана, магния, олова, урана, золота и других цветных металлов. В мировом масштабе Казахстан уже сейчас является крупнейшим производителем вольфрама, а по его запасам занимает первое место в мире, второе - по запасам хромовых и фосфорных руд, четвертое - свинца и молибдена, восьмое - по общим запасам железной руды (16,6 миллиардов тонн) после Бразилии, Австралии, Канады, США, Индии, России и Украины.

В Казахстане сегодня известно 14 перспективных бассейнов, расположенных практически по всей его территории, где пока разведаны только 160 месторождений нефти и газа, а извлекаемые запасы нефти составляют 2,7 миллиарда тонн. Однако далеко не все эти месторождения, не говоря о целых бассейнах, эксплуатируются, а в случае их умелого использования и эксплуатации Казахстан по своему нефтяному потенциалу не уступал бы Саудовской Аравии, Кувейту, Объединенным Арабским Эмиратам.

Съемки последних лет из космоса, а также наземные исследования позволяют предположить, что главные действующие в Западном Казахстане нефтяные месторождения у берегов Каспийского моря - Тенгиз, Прорва, Каламкас, Каражанбас - всего лишь "окраина" мощной нефтяной залежи, ядро которой находится в северной части Каспийского моря, где общие запасы оцениваются очень внушительными размерами - 3-3,5 миллиарда тонн нефти и 2-2,5 триллиона кубометров газа.

Таким образом, с учетом разведанных и предполагаемых запасов на суше, экспертные запасы нефти в стране составляют более 6,1 миллиарда тонн, запасы газа - б триллионов кубических метров.

В Казахстане находится значительная часть мировых запасов медных и полиметаллических руд, никеля, вольфрама, молибдена и многих других редких и редкоземельных металлов. Исключительно важное и мировое значение имеют залежи железных, марганцевых и хромитовых руд, по запасам которых Казахстан находится на одном из ведущих мест в мире.

В сегодняшнем Казахстане прогнозируются около 300 значительных месторождений золота, из которых 173 детально разведаны.

Среди них есть такие, которые дадут и алмазы ювелирного качества.

Страна сегодня добывает лишь 1% своих подземных запасов и это дает ему право быть на 6-м месте в мире [295, с.18-20].

На его территории разведаны более 100 угольных месторождений, крупнейшими из которых является Экибастузское месторождение, отличающееся большой мощностью буроугольных пластов, и Карагандинский угольный бассейн с запасами свыше 50 миллиардов тонн коксующихся углей. В самые лучшие годы работы указанные бассейны добывали лишь 131 миллион тонн каменного угля.

Богат Казахстан и запасами химического сырья: есть богатейшие залежи калийных и других солей, боратов, соединений брома, сульфатов, фосфоритов, самого разнообразного сырья для лакокрасочной промышленности. Колоссальные запасы серного колчедана в составе полиметаллических руд позволяют широко организовать производство серной кислоты и других химических продуктов, крайне важных для экономики. Неограниченные возможности имеются по производству почти всех видов продуктов нефтехимического синтеза (особенно этилена, полипропилена, каучука), синтетических моющих средств и мыла, кормового микробиологического белка, химических волокон и нитей, синтетических смол и пластических масс, цемента.

Казахстан располагает богатейшими сырьевыми ресурсами для стекольной и фарфорофаянсовой промышленности. Наиболее редкие драгоценные камни, самые разнообразные строительные и облицовочные материалы содержат в себе его недра и горы. Другими несметными богатствами Земли Казахской можно назвать минеральные, лечебные, промышленные и термальные воды, которые пока не находят широкого применения [137, с. 8-10].

Несмотря на удаленность от океанов, являясь как бы мостом между Европой и Азией, имея громадную территорию, что таит в себе исключительно высокий транспортный (транзитный) потенциал для других государств, Казахстан может формировать через свою территорию мировые сухопутные магистрали. Казахстан имеет выгодное местоположение в и центральноазиатском регионе. Страна граничит с тремя из четырех других центральноазиатских государств и является для них транзитной территорией на пути в Россию и Европу. Если Туркменистан имеет возможность сообщаться с Россией через Каспийское море, то Кыргызстан и Узбекистан, Таджикистан могут выходить на север только через казахстанские земли.

Узбекский газ, хлопок поставляются в Россию через Казахстан (тоже самое можно сказать о туркменском газе, центр транзитной поставки которого находится в Узбекистане. От Казахстана в значительной степени зависит транзитные коридоры в ЦАР, также всей Евразии. Если будут реализованы планы развития транспортных путей между Европой и Средним Востоком, то транзитная значимость Казахстана, безусловно, еще больше возрастет.

Но внутриконтинентальное положение Казахстана, удаленность от морских путей и международных транспортных артерий создают серьезные проблемы для его экономического развития. К тому же, в результате целенаправленной политики советского периода его транспортная и коммуникационная системы скорее соединяли Казахстан с Россией, чем различные по уровню развития и удаленные друг от друга на тысячи километров регионы самого Казахстана.

Инфраструктура Казахстана, в основном, была ориентирована на обслуживание экономики бывшего СССР: отсутствовал нефтепровод, соединяющий основные месторождения на западе Казахстана с крупными нефтеперерабатывающими заводами на северо-востоке и юге Республики; передаточные и распределительные электросети на севере и юге Казахстана не соединены, хотя его мотаная северная система подключена к российской сети (куда уходит значительная доля электроэнергии), а южная - к сетям Кыргызстана и Узбекистана (оттуда Казахстан получает также значительную долю потребляемой электроэнергии). Казахстан использовалься как промежуточная зона для большого потока природного газа из республик Центральной Азии в Россию, а свой природный газ без какой-либо переработки переправляет также в Россию, но не своим потребителям даже в том же западном регионе, где газ добывается. И поэтому главной задачей для Казахстана стала необходимость совершенствования внутриреспубликанских связей, а также модернизация большей части существующей инфраструктуры.

Известный американский специалист по Казахстану М.Б. Олкотт в своей книге «Казахстан: непройденный путь» пишет: «Процесс экономических преобразований в Казахстане — наглядный пример тех трудностей, которые приходится преодолевать на пути к рыночной экономике даже самому богатому ресурсами новому независимому государству.

Руководство страны получило в наследство ситуацию, дававшую реальные основания для оптимизма. Экономика носила диверсифицированный характер, а достаточно развитые обрабатывающая промышленность и сельское хозяйство открывали возможность для плавного перехода к независимости за счет удовлетворения материальных запросов населения в той степени, которая позволяла сохранить политическую стабильность» [211]. Но нужно учесть тот факт, что благоприятные стартовые возможности страны на заре независимости уже были основательно подпорчены последствиями распада СССР. Экономика Казахстана, как органическая часть единого народнохозяйственного комплекса Советского Союза, не смогла избежать коллапса из-за разрушения устоявшихся экономических связей, в первую очередь, с Российской Федерацией. «Бегство» России из Казахстана поставило страну на грань экономической и социальной катастрофы. Предприятия легкой и тяжелой промышленности не получали сырье и необходимые составляющие, поставляемые прежде из России, Украины, Белоруссии, прибалтийских республик. Они простаивали месяцами, годами, чтобы потом быть закрытыми как нерентабельные и приватизированными. А сырье, вырабатываемое в Казахстане, например, уголь или стальные листы, поставлять было некому и вследствие этого медленно и верно агонизировала горнодобывающая промышленность Республики. Россия «вытолкала» Казахстан из рублевой зоны, окончательно разрубив тем самым все сплетения и узлы, на которых держалась зависимая от внешних связей экономическая система страны.

В результате дезорганизации и разрыва сложившихся за многие десятилетия хозяйственных связей между предприятиями стран СНГ, в связи с кризисными явлениями в экономике, обусловленными сложностью ее перевода на рыночные отношения, объемы промышленного и сельскохозяйственного производства, равно как и других сфер экономики, в Казахстане (как и в других республиках бывшего СССР) за 1992-1995 гг.

резко сократились. По оценке отдельных ведущих специалистов, спад производства в 1992 году против относительно устойчивого его уровня в 1990 году составил 14,6%, в 1993 году - 28%, в 1994 году - 48%, в 1995 году с.5-17]. А в 1996 году Республика достигла дня экономического спада и ухудшения социального положения населения. Все помнят суровую зиму 1996-97 гг., когда не только на окраинах, но и в крупных городах население сидело без света, газа и тепла, а заработная плата не выплачивалась месяцами. Промышленность лежала «на боку». Ее доля в структуре ВВП упала в 1996–1997 годах до минимального показателя – 21 процента. Сложной оставалась и социальная ситуация в стране. Задолженность предприятий по выплате заработной платы достигла в 1997 году 51,5 млн. тенге, что являлось пиковым показателем для 90-х годов. При этом более трех четвертей этой задолженности являлись просроченными. Уровень среднемесячной заработной платы на то время составлял всего 108 долларов. В стране нарастала безработица, достигшая пика к 1997 году, когда число безработных практически приблизилось к 1 млн. человек [351]. Рост иностранных инвестиций и повышение цен на нефть обусловили некоторое улучшение ситуации в следующем году, однако доля ВВП на душу населения, достигнув высшей отметки 1423 долл. в 1998 г., резко пошла на убыль в 1999 г., снизившись до 1058 долл., что стало отражением общей тенденции спада в глобальной экономике. В 2000 г. в динамике этого показателя наметился небольшой рост [251].

В 90-е годы в республике более чем в два раза сократились площади посевов основных сельскохозяйственных культур: с 35,2 млн га в 1990 году до 15,3 млн га в 1999, в том числе под зерновые культуры – с 23,4 до 11,4 млн га.

[251]. Сокращение физических объемов производства, а также почти пятикратное отставание роста цен производства в сельском хозяйстве в сравнении с ростом цен в промышленности (по отношению к 1990 году) ведет к тому, что в аграрном секторе создаются более низкие объемы валовой добавленной стоимости, чем в промышленности. Это наиболее ощутимо сказывалось на возможностях экономического и социального развития сельскохозяйственных регионов.

Республика интенсивно искала пути выхода из создавшегося глубокого экономического и социального кризиса путем оздоровления прежде всего своих базовых отраслей экономики. С 1992 года в Казахстане начата, а с конца 1993 года более активно ведется работа по реформированию его экономики на путях рыночных отношений. Именно за эти годы активизировался процесс формирования многоукладной экономики. К концу 1995 года в республике действовали 91,3 тыс.

хозяйствующих субъектов, 73,4 тыс. из которых представляли негосударственный сектор экономики. Удельный вес продукции промышленности, произведенной в 1995 году предприятиями негосударственного сектора экономики, составил 30,4%; в сельском хозяйстве доля объема валовой продукции составляет 38,9%. В республике развивается предпринимательство, средний и малый бизнес: к началу 1996 года работали 21,3 тыс. предприятий и организаций, представляющих их, где было занято 147,2 тыс. человек [80, р. 61]. Наряду с другими факторами, этому способствует продолжающийся процесс разгосударствления и приватизации. Приватизация проводилась в несколько этапов: приватизация жилья на основе жилищных купонов (1991-1992 гг.), массовая приватизация на основе ваучеров (1993-1995 гг.) и, наконец, после принятия правительством новой полной программы приватизации, приватизация отдельных производственных объектов (1996-1998 гг.). Только в 1993-1995 гг., в рамках малой приватизации, продано 9 тыс. различных объектов, а по программе массовой приватизации, которая ныне практически завершилась, на аукционах продано еще 2 тыс. предприятий (в основном в сфере обслуживания); из 2120 совхозов и других более-менее крупных сельхозпредприятий 93% также подверглись разгосударствлению и приватизации. В результате приватизации и формирования негосударственного (рыночного) сектора экономики, класса собственников, в частные руки уже перешло около 60% уставных фондов приватизированных предприятий. К 1999 г. в частном секторе оказалось занято 60% рабочей силы [80, р.31]. На июль 1999 г. было приватизировано 75,6% экономики, в том числе 80,2% малых, 40,8% средних и 52% крупных предприятий [80, р.164].

Одной из мер, направленных на оздоровление экономики, становится передача крупных промышленных предприятий в контрактное управление отечественным и иностранным фирмам. Компании продавались (или передавались в управление) индивидуальным инвесторам в рамках специально заключавшихся соглашений. Требовавшийся для их приобретения капитал имелся у ограниченного круга лиц, поскольку у большинства этих предприятий были обширные долги и убыточное имущество (детские сады, поликлиники и жилые дома для работников и т. д.). Поэтому правительство с готовностью предоставляло своего рода концессии (называя это «контрактами на управление»), по условиям которых оно само или контролируемые им компании находили иностранных партнеров для модернизации или реконструкции существующих предприятий и продавали их активы, не возлагая на себя всей полноты ответственности за их долги. Иностранные партнеры получали первоочередное право на приобретение акций из контролировавшихся государством пакетов, и правительство надеялось, что они воспользуются этим правом, если с подобных предприятий будут сняты различные обязательства в сфере социального обеспечения и они станут прибыльными.

Контракты на управление стали использоваться еще на втором этапе приватизации, и с декабря 1994 г. по август 1996 г. правительство предложило 42 таких контракта. Многие из них имели сомнительный характер, тем не менее, Казахстан получил десятки миллионов долларов, которые в противном случае так и не были бы вложены. Речь идет среди прочего и о нескольких контрактах, заключенных с дочерними компаниями «Trans-World Metal Corporation» (и ее филиалами «Japan Chrome», «Ivedon International» и «White Swan of England») — группой главным образом российских коммерческих компаний, которые заняли стратегические позиции на крупнейших предприятиях Казахстана по производству металла, в том числе на алюминиевом заводе в Павлодаре и заводе по производству ферросплавов в Аксу [252, р.194-200].

На основе мирового опыта главной панацеей для преодоления экономической стагнации виделось привлечение иностранных инвестиций в Республику. Руководство страны с самого начало понимало, что без внешней поддержки поднять экономику из стагнирующего состояния будет практически невозможно. Активное установление двусторонних отношений с немалым количеством стран различных весовых категорий, заявленные миру принципы открытости и разносторонности во внешних связях, дружеский настрой должны были служить делу привлечения внимания мирового сообщества к новой независимой стране. Республика надеялась, в первую очередь, на инвестиции со стороны США и западных стран. Это определило приоритетность американского вектора во внешнеполитических ориентирах на начальном этапе развития казахстанского государства. На втором месте находились развитые азиатские страны, как Япония и Южная Корея. Так же ожидалось поступление немалых инвестиций из Турции, арабских государств.

Политика привлечения инвестиций в ключевые сферы производства была достаточно успешной. С 1993 по 1999 гг. Казахстан получил 9,29 млрд.

долл. в виде прямых иностранных инвестиций, при этом около 53% этой суммы ушло в нефтяную и газовую отрасли, значительная часть остальных средств поступила в производство стали, цветную металлургию, энергетику и ряд других отраслей. В 1999 г. объем поступивших в страну прямых инвестиций составил 1,36 млрд долл., при этом 84% ушло в нефтяную и газовую отрасли и 4% — в металлургическую промышленность [78].

В феврале 1997г. был принят Закон о государственной поддержке прямых инвестиций. Среди прочего этот закон предусматривал правовые гарантии и определенные льготы и преференции для инвесторов. В эти годы правительство также начало предоставлять право на разработку стратегических природных ресурсов на основе тендеров, организуемых международными финансовыми экспертами, что стало еще одной мерой, предпринятой Казахстаном по совету со стороны. И хотя правовая база в Казахстане стала более благоприятной для иностранных инвестиций по сравнению с Россией, укрепление доверия инвесторов по-прежнему являлось актуальной задачей. Правительство попыталось решить ее с помощью программы «финансовых супермаркетов» для иностранных инвесторов и с этой целью в ноябре 1996 г. создало Государственный инвестиционный комитет. Ему были поручены организация тендеров и надзор за соглашениями об инвестиционных условиях (налогах, налоговых льготах и роялти), заключаемыми с иностранными компаниями. Меры по упорядочению инвестиционного процесса были решительно поддержаны большинством международных экспертов, следивших за экономическим развитием Казахстана или консультировавших его. Эти изменения процедурного характера привели к заметному сокращению случаев бюрократической волокиты, с которыми сталкивались иностранные инвесторы.

Решение Казахстана вести разработку своих нефтяных ресурсов путем создания международных консорциумов привлекло большинство крупнейших нефтяных компаний мира [70]. Принятый 28 июня закон о нефти и газе упростил доступ иностранных компаний к нефтяному сектору. Именно это стало основной причиной того, что с 1997 по 2000 гг. производство сырой нефти в Казахстане выросло с 495 до 569 тыс. баррелей в день [70].

Повышение мировых цен на нефть делало экспорт нефти более выгодным, чем ее переработку, поэтому, компании, получившие доступ к казахстанской нефти, не думали больше ни о чем, кроме ее перепродажи на внешние рынки по мировым ценам.

Стабилизация экономического развития, наметившаяся во второй половине 90-х гг. была приостановлена в 1998 году финансовым кризисом.

Тем не менее, к концу 90-х гг. Казахстану удалось преодолеть кризисную ситуацию, о чем ярко свидетельствуют приведенные в таблице индикаторы макроэкономического развития, и создать предпосылки для начавшегося после 2000-го года оживления экономики. В этот этап развития происходил переход от тенденции постоянного снижения практически всех экономических показателей к стабильному экономическому росту. Уровень базисного подушевого ВВП был «восстановлен» в 2002 году, а в 2003 году ВВП Казахстана достиг и превысил показатель 1991 года на 6,3%. Средний прирост ВВП в восстановительный период (1999-2002 гг.) составил 9,0%, уровня ВВП на душу населения – 9,3%, промышленного производства – 10,6%, а в поствосстановительный (2003-2007 гг.) данные показатели равнялись значениям в 9,6%, 8,7% и 7,3%, соотвественно [74, с.52-54].

Следует также отметить нарастание сырьевой направленности экономики страны. Так, если в 1990 году только 0,5% ВВП было связано с нефтегазовым сектором, то в 2003 году уже около 14,3%. С нефтегазовым комплексом связано 36% промышленного производства, 39% строительства, 11% транспорта и 3,2% операций с недвижимым имуществом [251].

Принципом комплексного экономического развития Казахстана стал принцип «step by step» - «шаг за шагом». Сырьевой сектор дает толчок для развития иных сфер – промышленной, аграрной, производственной. Он же при возникновении каких-то трудностей поддерживает их в плане финансирования. Основной же акцент ставится на развитие одной определенной отрасли в течение определенного периода времени. Такой подход был взят за основу подготовительного этапа реализации Стратегии «Казахстан-2030» в 1998—2000 гг., который стал основой современного экономического роста Республики. В эти годы в Казахстане был заложен базис для воплощения в жизнь всех постулатов и положений этой стратегической программы. При этом главной целью этого периода стало посткризисное развитие экономики, основанное на ускоренных темпах освоения месторождений нефти и газа как основы возрождения отраслей ненефтяного сектора и повышения доходной части государственного бюджета [1, с.27]. В результате был обеспечен интенсивный рост нефтедобывающей отрасли. Это привело к тому, что в настоящее время на долю Казахстана приходится 1,6% от общемировой добычи тонн нефти и газового конденсата.

Среди стран Европы и Евразии Казахстан по производству «черного золота»

занимает 4-е место после России (12,1% от общемировой добычи), Норвегии (3,5 %) и Великобритании (2,2%). По сравнению с 1985 г. объем добычи углеводородного сырья в Казахстане увеличился на 287,7%% (таблица 1). Для сравнения: в странах Европы и Евразии, куда входят все нефтегазодобывающие страны Европы и СНГ, он возрос на 104,7%, в России — 86,7% от уровня 1985 г.

В 2006 г. объем добычи нефти и газового конденсата в Республике составил 65,6 млн. т. Бурное развитие нефтяной отрасли обеспечило выход Республики Казахстан из экономического кризиса 1990-х гг. и высокие темпы социально-экономического развития. Так, в 1999 г. рост ВВП составил 2,7%, в 2000 г. — 9,8%. Начиная с 2000 г. Казахстан уверенно встал на путь интенсивного роста экономики, который пришелся на второй этап реализации Стратегии [135, с. 18-25].

Положение на мировом энергетическом рынке, повышение цен на нефть позволили Казахстану сравнительно за короткие сроки поднять и поставить на ноги экономику, также обеспечить рост ее основных показателей в 2003-07 годах. В 2006 году, как и в предыдущие годы, сохранялись достаточно высокие и устойчивые темпы роста экономики.

Причем в 2006 году экономика развивалась более ускоренными темпами, чем в 2005 году. Действительно, ВВП в 2006 году по сравнению с 2005 годом увеличился на 9,4%, аккумулятивный экономический рост, произошедший после финансового кризиса 1998 года, составил 63,9%. Рост объемов промышленного производства в 2006 году по сравнению с 2005 годом составил 7%. Наиболее ускоренные темпы развития в реальном секторе демонстрировала обрабатывающая промышленность, где рост производства составил 7,3%. Объем производства в горнодобывающей промышленности вырос на 7%. Прирост объема валовой продукции сельского хозяйства в 2006 году к 2005 году составил 7%. Существенный вклад в рост экономики внесли строительство и услуги. За 2006 год объем строительных работ увеличился по сравнению с 2005 годом в 1,2 раза. Услуги транспорта в 2006 году возросли по сравнению с 2005 годом на 5%, услуги связи - на 20,4%. Наблюдалась высокая динамика инвестиций в основной капитал. В 2006 году относительно 2005 года объем инвестиций в основной капитал увеличился на 10,6%.

Существенно выросли показатели внешней торговли. За январь-декабрь 2006 года экспорт товаров достиг 38,3 млрд.долл. США и увеличился по сравнению с январем-декабрем 2005 года на 37,3%, импорт составил 23,7 млрд.долл.США и возрос на 36,4%. Положительное сальдо торгового баланса составило 14,6 млрд.долл.США. Одним из наиболее динамично развивающихся секторов экономики являлся финансовый сектор, обеспечивающий эффективное перераспределение потоков капитала в соответствии с предложением и спросом отраслей и субъектов экономики. Кредитный рынок в 2006 году оставался одним из самых динамично развивающихся сегментов финансового рынка и характеризовался ускоренным ростом банковского кредитования экономики. Общий объем основного долга по кредитам банков экономике за 12 месяцев 2006 года увеличился на 82,7% и составил 4735,7 млрд. тенге.

Кредиты в национальной валюте за 12 месяцев 2006 года выросли на 95,9% и составили 2460 млрд. тенге, а кредиты в иностранной валюте - на 70,3%, составив 2275,6 млрд. тенге. В результате удельный вес тенговых кредитов по сравнению с декабрем 2005 года повысился с 48,5% до 51,9%. [77].

За 2003-2007 годы в Казахстане сложились исключительно хорошие экономические условия. Республику признали одним из лидеров по макроэкономическим параметрам роста не только среди государств СНГ, но и среди стран, в которых осуществляется системная трансформация экономических систем. Но руководство страны понимало, на чем держатся достигнутые в эти годы экономические достижения и что на фоне глобализации мировой экономической системы экономика Казахстана сталкивается с рядом проблем. К основным проблемам относятся: сырьевая направленность, незначительная интеграция с мировой экономикой, слабая межотраслевая и межрегиональная экономическая интеграция внутри страны, невысокий потребительский спрос на товары и услуги на внутреннем рынке (малая экономика), неразвитость производственной и социальной инфраструктуры, общая техническая и технологическая отсталость предприятий, отсутствие действенной связи науки с производством, низкие расходы на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, несоответствие менеджмента задачам адаптации экономики к процессам глобализации и переходу к сервисно-технологической экономике. Для выправления подобной ситуации в стране в соответствии с поручениями Президента Республики Казахстан, данными в Послании народу Казахстана "О положении в стране и об основных направлениях внутренней и внешней политики на 2002 год" и на десятом Форуме предпринимателей Казахстана была разработана Стратегия индустриально-инновационного развития Республики Казахстан на 2003-2015 годы. Стратегия сформировала государственную экономическую политику Казахстана на период до 2015 года и нацелена была на достижение устойчивого развития страны путем диверсификации отраслей экономики и отхода от сырьевой направленности развития. Как определено в Стратегии главным предметом государственной индустриально-инновационной политики является производство конкурентоспособных и экспортоориентированных товаров, работ и услуг в обрабатывающей промышленности и сфере услуг. Успешная реализация Стратегии должна способствовать проведению качественных изменений в структуре экономики, которые приведут к ее устойчивому росту, основанному на эффективном использовании человеческого, произведенного и природного капитала, выходу Казахстана на новый уровень социального развития и устройства общества [15].

В своем выступлении «Казахстанский путь: от стабильности — через модернизацию — к процветанию» на торжественном собрании, посвященном 15-летию независимости страны Президент РК Н.Назарбаев подытоживая ход развития казахстанской экономики, выделил три этапа: «Первый (1991—1995 годы), когда мы демонтировали советскую систему и занялись созданием основ государственности. Второй этап (1996—2000 годы) был связан с реализацией глубинных структурных преобразований экономики и политической системы. Третий этап (2001—2006 годы) — время экономического роста. Таким образом, за прошедшие 15 лет в Казахстане проведена крупномасштабная модернизация нашего общества» [253].

Выгодное месторасположение Казахстана между развитыми государствами Востока и Запада, отсутствие собственного выхода к океану настоятельно требуют развития транзитно-транспортных коридоров. В этих целях в 2001 г. были разработаны и приняты Концепция государственной транспортной политики на период до 2008 г. и Концепция развития международных транспортных коридоров РК. В рамках выбранного курса развития были разработаны и реализовались отраслевые программы развития, в том числе Программа развития транзитно-транспортного потенциала Республики Казахстан на 2004—2006 гг.

В последние годы, в соответствии с этими программами, были проложены десятки авто- и железнодорожных магистралей, которые стали составными частями транспортного коридора «Север-Юг» и программы возрождения «Шелкового пути» — TRASEKA. Большую роль в развитии транзитно-транспортного потенциала республики занимает создание инфраструктуры вдоль транспортных коридоров, где главную долю занимает связь. Вдоль транспортных коридоров «Север-Юг», «Восток-Запад» за прошедшие 10 лет были проложены магистрали волоконно-оптических линий связи. В конце 2005 г. был запущен казахстанский спутник связи и вещания KazSat. Функционирование спутника стало хорошей базой для развития систем телевизионного вещания и фиксированной спутниковой связи [254].

В 2009 году началась реализация масштабного проекта – строительства автодороги «Западный Казахстан – Западный Китай»

протяженностью около девяти тысяч километров, при этом 1/3 пути проходит через территорию Казахстана.

Мировой экономический кризис, дошедший до Казахстана осенью 2008 года, прервал экономический рост страны и стал серьезным испытанием для экономики молодой Республики. Если в первом полугодии 2008 года реальный рост валового внутреннего продукта составлял 5,7%, то во втором полугодии – уже 1,4%. В целом реальный рост валового внутреннего продукта в 2008 году составил 3,3%. Значительное снижение номинального роста валового регионального продукта наблюдалось в Акмолинской, Алматинской, Восточно-Казахстанской, Жамбылской, Костанайской, Северо-Казахстанской, Южно-Казахстанской областях. Тенденции социально-экономического развития страны с начала 2009 года свидетельствуют об усилении негативного влияния мирового кризиса. В первом квартале 2009 года реальный объем валового внутренного продукта по оценке снизился на 2,0% [19].

Кризис отодвинул на задний план намеченные цели и задачи по обновлению экономической системы, переходу от экономики сырьевой направленности к ненефтяной экономике. Но как говорил Глава государства любой кризис, в первую очередь, новые возможности. Возможно, кризис спас страну от «голландской болезни», покончив эйфорией эпохи высоких цен на нефть.

Президент РК Н.Назарбаев в своей статье под названием «Ключи от кризиса», опубликованного 2 февраля 2009 года в «Российской газете», кризис кардинально меняет мировой порядок и мировую экономическую систему.

Существующий мировой порядок, основанный на ассиметричных отношениях между неравными субъектами международных отношениях и мировой экономики во всех сферах, сегодня изжил себя. Президент подчеркнул, что необходимо "сосредоточиться на определении глубинных дефектов системы, породивших столь мощные мировые катаклизмы, а главное - на поиске путей их полного устранения". "Мы находимся на рубеже создания радикально новой, по-иному построенной, модели мировой экономики, политики и глобальной безопасности", - отметил Н.Назарбаев в своей статье. "Валюта Нового мира должна существовать на базе всемирного закона о мировой валюте, подписанного главами большинства стран мира и ратифицированного большинством парламентов мира. При этом ясно, что в качестве мировой валюты непродуктивно использовать национальную валюту любого государства мира", - считает автор идеи, при этом полагая, что этот закон мог бы "четко и однозначно" определять "принципиально наднациональный межгосударственный статус" новой мировой валюты и "принципы ее эмиссии специально созданным всемирным Эмиссионным центром". "Такая система могла бы стать основой первой в истории человечества абсолютно законной и легитимной мировой валюты", - подчеркнул Н.Назарбаев [49]. Для поэтапной реализации своей идеи на практике глава Казахстана предлагает использовать существующую площадку межгосударственных объединений в региональных форматах.

Меры государства по преодолению проявлений и последствий мирового кризиса были просистематизированы в антикризисной программе, принятой в конце ноября 2008 года правительством Казахстана. В начале 2009 года правительство утвердило план ее реализации. Антикризисная программа состоит из пяти направлений. По Программе на реализацию антикризисных мероприятий будет направлено не менее 2,2 трлн тенге, (более 18,3 млрд долл). Это порядка 20 процентов ВВП страны. На обеспечение устойчивости финансового сектора планируется направить 4 млрд. долл; на стабилизацию рынка недвижимости - 3 млрд. долл; на поддержку малого и среднего бизнеса, развитие агропромышленного комплекса и реализацию инновационных, инфраструктурных, индустриальных проектов - по 1 млрд.

долл. “Этот план действий правительства, Нацбанка и Агентства по финнадзору позволит нам не допустить, как случилось в некоторых странах, резкого ухудшения ситуации, даст возможность Казахстану пережить мировой кризис с обновленной, более сильной и конкурентоспособной экономикой”, сказал о Программе премьер-министр РК К. Масимов [10].

Размышления и реальные предложения Президента РК по построению качественно новой мировой экономической системы, где всем странам было бы комфортно во всех аспектах, продолжены им и в последующих трудах. В сентябре 2009 года на III цивилизационном форуме "Будущее цивилизаций и стратегия цивилизационного партнерства" презентована книга Президента РК Нурсултана Назарбаева "Стратегия радикального обновления глобального сообщества и партнерство цивилизаций". Она является продолжением научных исследований проблем постиндустриального развития общества, начатых в предыдущей книге Главы государства "Стратегия становления постиндустриального общества и партнерство цивилизаций".

В книге ранее разработанные автором основы стратегии партнерства цивилизаций применены к решению таких глобальных проблем постиндустриального общества и современной глобализации, как энергоэкологическая безопасность, неравномерность технологического развития, несовершенство экономических отношений. На основе научного глобального прогноза "Будущее цивилизаций на период до 2050 года", разрабатываемого российскими и казахстанскими учеными, Н. Назарбаев формулирует стратегию эффективного решения указанных выше трех проблем на принципах радикального обновления глобального сообщества и партнерства цивилизаций. Эту стратегию автор предлагает рассмотреть на очередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН с последующим обсуждением ее на Всемирном саммите по устойчивому развитию, который Глава государства предлагает провести в 2012 году в столице Казахстана - Астане.

Книга вышла в такой период, когда мировому сообществу стало совершенно ясно, что дальнейшее развитие будет идти на базе взаимодействия локальных полюсов экономического и политического развития. Исходя из этого Н.Назарбаев остро поставил вопрос о необходимости введения новых механизмов финансового регулирования под эгидой ООН [48].

2.2 Антропогенные факторы формирования внешней политики Казахстана Расположившись на огромной территории, Казахстан является одной из малонаселенных стран мира - 6,1 человека в расчете на 1 квадратный километр. По результатам переписи 2009 года здесь проживают всего лишь 16009,6 тыс. человек (на 1 октября 2010 года по оперативным данным с учетом переписи населения 2009 года составила 16372 тыс. человек), из которых почти 48 процентов составляют казахи, 34 - русские. В дополнение к указанным двум основным этническим группам в Казахстане проживают представители еще 120 национальностей и народностей, включая более 800 тысяч украинцев, 500 тысяч немцев, 400 тысяч узбеков, более 300 тысяч татар.

В результате данных процессов динамика этнодемографического состава населения Казахстана за 1989-1999 годы показывает изменения в этнических пропорциях: казахи увеличили удельный вес с 40,1 % до 53,4%, другие этносы, наоборот- уменьшили: русские - с 37,4% до 30,0%, украинцы - с 5,4% до 3,7%, немцы - с 5,8% до 2,4%, татары - с 2,0% до 1,7%, белорусы - с 1,1% до 0,7% [76, с.11]. Вместе с тем прогрессирует численность и удельный вес турок и азербайджанцев, курдов и дунган. Титульная нация Республики Казахстан - казахи занимают 70-е место среди двух тысяч этносов (наций и народностей) мира (более 11,5 млн. человек). Сейчас в Казахстане проживают около 8 миллионов казахов.

По классификации демографов ООН, при соотношении ниже 4% населения 65 лет и старше оно считается молодым; при 4-7% - на грани старости; более 7% - постаревшим. Исходя из международной классификации, Казахстан находится на начальной стадии демографического старения [256]. В целом, современная демографическая ситуация в Казахстане характеризуется стареющим населением, высокой смертностью населения, низкой продолжительностью жизни и рядом других проблем.

Демографическая проблема в стране первый раз была поставлена на повестку дня в 1999 году, когда стали известны результаты проведенной тогда переписи. Резкое ухудшение социально-экономического положения в Казахстане в начале 90- годов, затянувшаяся стагнация экономики и миграционные процессы сильно изменили демографическую ситуацию в Республике. За 1991-1998 годы численность населения сократилась на 1,5 миллион человек и к началу 1999 года она составила 14,96 млн. человек [75, с.81]. Решающую роль в снижении численности населения сыграла миграция. Приток в страну мигрантов из Монголии, Китая, центральноазиатских республик остается количественно неэквивалентным оттоку из страны русских, немцев, украинцев и т.д.

Естественный прирост населения существенно снизился из-за сокращения рождаемости и высокой смертности среди новорожденных. Согласно данным бюро народонаселения за последние годы показатели рождаемости в Казахстане были ниже, чем у его центральноазиатских соседей [72, р.17].

Так же с ухудшением социального положения, условий жизни и медицинского обслуживания населения повысился уровень смертности.

Правительством РК принимались меры по выправлению плачевной демографической ситуации. В 2002-03 годах в Казахстане впервые за последние десять лет было отмечено увеличение численности населения.

Показатели прироста составили мизерную величину – 0,1 процент или 16 тысяч человек. Данные за последние два года по показателям прироста численности населения говорят о повышении рождаемости. По данным Агентства по статистике РК, численность населения Казахстана на первое октября 2007 года составила 15 млн. 527 тыс. 700 человек [255]. Численность населения страны на 1 июля 2008г. составила 15676,9 тыс. человек, в том числе городского - 8344,5 тыс. (53,2%), сельского - 7332,4 тыс. человек (46,8%). По сравнению с началом года она увеличилась на 105,4 тыс. человека, или на 0,7%. Естественный прирост населения республики в январе-июне т.г.

составил 95410 человек (в январе-июне 2007г. - 76530 человек). Общий коэффициент естественного прироста на 1000 жителей на 1 июля т.г. составил 11,3 (10,1) человек [255].

По мнению казахстанских демографов, несмотря на повышения уровня жизни и благосостояния народа, население Казахстана растет низкими темпами. Известный казахстанский демограф М.Татимов в 2005 году выдвинул идею о третьей волне демографического взрыва в Казахстане, основываясь только на таком факторе, как повышение рождаемости [258]. Но как считают специалисты бэби-бум, начавшийся с 2002 года, не является показателем демографического роста, а представляет собой кратковременный всплеск рождаемости [259]. Из мировой практики известно, что государства, делающие упор на повышение рождаемости в своей демографический политике, попадают в «демографическую ловушку», которая в краткосрочном плане дает положительную динамику роста, а в долгосрочном застой, ведь воспитание, обучение и забота о физическом и нравственном здоровье ребенка до взросления требует немало затрат. Если смертность среди взрослого трудоспособного населения не снижается из-за неблагополучной среды обитания и условий труда, недостаточного социального обеспечения, то перспективы демографического положения страны вряд ли будут позитивными.

В настоящее время по основным политическим, экономическим и социальным показателям Казахстан является лидирующим государством центральноазиатского региона, а между тем, Республике при нынешнем количестве ее жителей будет трудно решать сложные и масштабные задачи, связанные с его дальнейшим поступательным развитием. В этой связи большое значение приобретают вопросы демографической политики, связанные с необходимостью принятия мер по стимулированию демографического роста в Казахстане.

Безусловно, принимаемые государством меры, направленные на стимулирование прироста населения, оказывают позитивное воздействие на развитие демографической ситуации в Казахстане. Однако, несмотря на наметившуюся в последние несколько лет тенденцию к увеличению численности населения страны (согласно последним статистическим данным она составляет 15 млн. 219 тыс. человек), демографическая ситуация остается сложной.

Задачи экономического развития Казахстана, а также объективные геополитические реалии наглядно демонстрируют необходимость увеличения численности населения республики в среднесрочной и долгосрочной перспективе. В этой связи следует отметить, что, к сожалению, темпы роста численности населения Казахстана не идут ни в какое сравнение с темпами демографического развития человечества в целом. К примеру, количество людей на Земле в 1987-1999 гг. увеличилось на целый миллиард, а численность населения Казахстана за сопоставимый период сократилась почти на 1,6 млн.

Тревожные оценки в отношении демографических перспектив Казахстана приводит ООН, по прогнозам которой население нашей республики в 2025 г. составит 15 млн. 388 тыс., а к 2050 г. сократится до 13 млн. 940 тыс. человек, тогда как у наших соседей по региону (Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан и Туркменистан) развитие ситуации предполагается в диаметрально противоположном направлении.

В соответствии с прогнозами ООН в 2050 г. в Казахстане будет проживать всего 13,9 млн. против 62 млн. человек в остальных 4 странах Центральной Азии. Это при том, что территория Казахстана гораздо больше территории упомянутых центральноазиатских государств вместе взятых, а объем экономики Казахстана почти вдвое превышает их совокупный объем. В свете вышесказанного представляется более чем оправданной постановка Главой государства задачи по увеличению численности населения Казахстана до 17 млн. человек в течение ближайших десяти лет. В противном случае мы будем вынуждены привлекать рабочую силу из-за пределов страны.

Несомненно, для того, чтобы довести численность населения страны до 17 млн. в столь короткие сроки нужно принять какие-то кардинальные меры, иначе естественным образом в течение 9-10 лет количество казахстанцев едва ли увеличится на целых 2 млн. человек [260].

В 2009 году была разработана Концепция демографической политики и укрепления семьи РК на 2010-2020 годы определяет основные принципы, цели, задачи, механизмы реализации и направления действий по улучшению демографической ситуации в стране. Она разработана в соответствие с Конституцией РК; Стратегией гендерного равенства в РК на 2006-2016 годы;

общепризнанными принципами и нормами международного права в области политики народонаселения и т.д. По Концепции целью демографической политики и укрепления семьи на 2010-2020 годы являются поддержание уровня рождаемости, снижение смертности населения и увеличение продолжительности здоровой жизни. Концепция характеризирует современную демографическую ситуацию в Казахстане «старением»

рожениц, стареющим населением, высокой смертностью населения, низкой продолжительностью жизни и рядом других проблем. Ожидаемыми результатами реализации Концепции являются увеличение числа и процента семей, имеющих трех и более детей; снижение материнской смертности к 2020 году до 15 случаев на 100 тысяч родившихся живыми (в 2008 - 33,7 случаев), снижение младенческой смертности - до 12 случаев на 1000 родившихся (в 2008 - 20,9 случаев), сокращение разницы в продолжительности жизни женщин и мужчин с 10,5 лет в 2008 году до 8 лет к 2020 году, увеличение реального размера семейных пособий, наличие государственной жилищной политики для молодых семей, достижение соответствия статуса инвалидов в Казахстане международным стандартам и правилам по обеспечению равных возможностей инвалидов, поддержание миграционного прироста, в том числе за счет реализации программы привлечения соотечественников [261]. Для решения задач, поставленных в проекте, предусматривается увеличение расходов на улучшение демографической ситуации в стране. В том числе на государственную поддержку семей с детьми, охрану здоровья населения и регулирование миграционных процессов.

Таким образом, вопросы демографической политики государства приобретают большую значимость и приоритетный характер, требуя решительных действий по выходу из сложившейся демографической ситуации, которая в будущем может оказаться серьезным препятствием на пути поступательного развития общества. Вместе с тем, низкие количественные характеристики населения страны не дадут возможность аккумулировать внешнеполитические ресурсы, которые необходимы для проведения внешней политики, отвечающей национальным интересам РК.

Уязвимость Казахстана в плане демографии должна компенсироваться качественными показателями человеческих ресурсов в целом.

Государственная политика по улучшению демографической ситуации в стране должна быть нацелена, в первую очередь, на модернизацию социальной сферы, аккумулирование и усовершенствование человеческих ресурсов как краеугольного камня общественного развития.

На основе теории человеческого капитала в сфере международного экономического сотрудничества возникло самостоятельное направление, известное как «содействие развитию человеческих ресурсов», под которым подразумевается содействие максимизации человеческого капитала и его эффективному использованию в целях экономического и социального развития [132, с.8]. При этом спектр проблем, включенных в «развитие человеческих ресурсов», значительно расширился. Сюда входят демографические проблемы, вопросы занятости, здравоохранения, питания, урбанизации, жилья, образования, подготовки кадров и т.д.

Согласно теории «человеческого капитала» накопление его может осуществляться в различных формах: развитие способностей и навыков во время школьного и послешкольного обучения, приобретение знаний и умений в ходе профессиональной деятельности, предшествующее и сопутствующее семейное воспитание; забота о здоровье, миграция, приобретение информации о функционировании экономики, рынка труда и другие.

Таким образом, теория «человеческого капитала», перенося акцент на человеческий капитал как важнейшее средство обеспечения развития в современных условиях, ставит в фокусе теории развития не товары, а человека, который становится одновременно как объектом политики, так и важным инструментом своего собственного развития.

На формирование категории «человеческое развитие» оказалa свое влияние другая социально-экономическая категория «качество жизни». В монографии Т.М. Рогачевой «под качеством жизни понимается определенное сочетание экономических, социальных, природно-экологических и других условии жизнедеятельности человека, оказывающих существенное воздействие на благосостояние населения и социальное самочувствие индивидов» [133, с.3]. Высокое качество жизни с точки зрения реализации прав человека на определенные потребности должно быть обеспечено через наиболее полное удовлетворение всех потребностей человека. В то же время качество жизни рассматривается «как важнейший фактор формирования человеческого капитала - источник и основное условие экономического роста», то есть оно может рассматриваться и с точки зрения теории человеческого капитала.

Измерение уровня качества жизни осуществляется на основе целостной системы показателей, отражающих отдельные стороны жизни. В 70-х годах ХХ века Дж. Форрестер предложил измерять качество жизни по пяти глобальным параметрам: численность населения, количество накопленного капитала, доля капитала в сельском хозяйстве, количество имеющихся природных ресурсов и загрязнение среды обитания [134, с.160В настоящее время в практике международных сопоставлений качества жизни, проводимых ООН, для измерения качества жизни на уровне стран используется около 150 объективных макропоказателей, отражающих экологические пара метры среды обитания, демографические, экономические, правовые acпекты, уровень развития здравоохранения, образования, культуры и т.д.

Концепция человеческого развития отводит человеку центральное место не только традиционно в духовной сфере общественной жизни, но и в кругообороте общественного воспроизводства. Человек становится как исходным, так и конечным пунктом социально-экономического развития.

Социальные (человеческие) аспекты этого развития становятся его целью, а экономические - его условием.

Из вышеизложенного следует государства, ставящие перед собой цель достичь современного уровня развития, должны нацелить все аспекты своей внутренней и внешней политики на проблемы развития человеческих ресурсов. Мировой опыт показывает, что в эпоху глобализации физические параметры мощи государств теряют свое былое значение, уступая первенство человеческим ресурсам. А внешняя политика напрямую обуславливается состоянием антропогенных факторов, сила или уязвимость которых определяют характер, эффективность внешнеполитических шагов государства.

Спад экономики, разрушение основ промышленности и сельского хозяйства в начале 90-годов привели к резкому ухудшению социального положения основной массы населения Казахстана. Начало переходного периода привело к появлению в Республике безработицы. В 1994–1999 годах численность безработных была в пределах от 0,5 до 1 млн. человек, а уровень безработицы составлял от 8 до 14%. Задолженность предприятий по выплате заработной платы достигла в 1997 году 51,5 млн. тенге, что являлось пиковым показателем для 90-х годов. При этом более трех четвертей этой задолженности являлись просроченными. Уровень среднемесячной заработной платы на то время составлял всего 108 долларов.

Ухудшение экономической ситуации привело к появлению в стране бедности. В 1998 году 39% населения имело доходы ниже величины прожиточного минимума, которые были использованы им на потребление.

Дифференциация населения по доходам также нарастала. Так, коэффициент фондов – соотношение доходов 10% наиболее богатых людей республики с доходами 10% наиболее бедных увеличился (коэффициент Джинни) к 1998 году до 11,3 раза, а коэффициент Джинни 2, исчисленный на децильном распределении доходов населения, до 0,376. [134, с.160-167].

Государственная политика по стабилизации экономической ситуации, проводившаяся с начала 90-годов, естественно, способствовала постепенному снижению напряженности в социальной сфере. Но был необходим комплексный подход, рассматривающий экономический, социальный, политический и интерсубьектний аспекты стабилизации и дальнейшего развития общества в тесной взаимосвязи, целостности. Такая холистическая политика стала возможной принятием государственной программы Стратегия «Казахстан-2030». Целью реализации Стратегии стало построение независимого, стабильно процветающего Казахстана, за основу было взято развитие национального единства, социальной справедливости и благосостояния всего народа. Этой цели подчинены семь долгосрочных приоритетов стратегической программы: 1) развитие и укрепление системы национальной безопасности; 2) обеспечение внутриполитической стабильности и консолидации общества; 3) экономический рост и процветание; 4) обеспечение здоровья, образования и благополучия граждан Казахстана; 5) эффективное использование и развитие энергетических ресурсов; 6) развитие инфраструктуры, в особенности транспорта и связи; 7) создание профессиональной государственной власти [1, с.7].

Особенностью современного рынка труда Казахстана является наличие самостоятельно занятого населения, численность которого ежегодно претерпевает изменения. Если в 1991 году в структуре занятого населения 95,8% составляли работающие по найму на предприятиях и организациях и лишь 4,2% относились к категории самостоятельно занятых, то в 1999 году эти показатели составили, соответственно, 54,9% и 45,1%. В 2004 году доля самостоятельного населения в структуре занятого составляла почти 38%, или 2,7 млн человек, среди них 2,4 млн – самостоятельные работники. Это лица, размер вознаграждения которых напрямую зависит от полученного дохода, при этом собственное потребление рассматривается как часть дохода. Среди жителей села их 1,7 млн, или 55% от всех занятых.

Начиная с 2000 года, в связи с ростом производства и появлением новых рабочих мест наметилась тенденция снижения безработицы. В 2004 году уровень безработицы составил 8,4%. В целом в 2004 году, по сравнению с 1991 годом, число занятых сократилось на 7% и составило 7,2 млн человек.

Среди занятого населения почти две пятых являются самостоятельно занятыми. При этом большая часть данной категории является самостоятельными работниками, которые заняты в сельском хозяйстве и которые имеют низкий и нестабильный источник доходов.

Стабилизация и рост казахстанской экономики начиная с 2000 года привели к повышению благосостояния народа Казахстана, что можно проследить по следующим данным: Доля бедного населения заметно сокращалась, снизившись в 2004 году, по предварительным оценкам, до 15%.

Если в 1998 г. ВВП на душу населения составлял $1412, то в 2006 г. — $5046, что, в свою очередь, в 1,3 раза больше, чем в 2005 г. А в текущем году, по прогнозам специалистов, ВВП на душу населения составит около $7000. Так, по данным Всемирного банка, в прошедшем году ВВП Казахстана, исчисленный по паритету покупательной способности, составил $9017,3 млн.

Анализ данных показывает, что данный показатель за период с 1997 года по 2007 в Казахстане увеличился в 2,7 раза. За этот период средние душевые доходы казахстанцев выросли более чем в 5 раз, среднемесячная зарплата — в 6 раз, минимальная зарплата — в 25 раз, пенсии — в 4,6 раза. К 2004 году показатели коэффициента Джинни заметно сократились, составляя по предварительным данным, соответственно, 7 раз и 0,3 [251].

Для эффективной реализации приоритетов Стратегии необходимо развивать в нашей стране «экономику знаний» в разрезе развития информационной культуры и общества. Этого невозможно достичь без уделения должного внимания развитию человеческих ресурсов, которое базируется на качественных системах образования и здравоохранения.

Развитие последних в последнее время происходит с повышением темпов из года в год на основе специальных государственных программ, принятых на период 2005—2010 гг. Так, например, государственное финансирование отрасли здравоохранения в 1997 году составило 4,7% от ВВП. Бюджетные ассигнования сферы образования достигли в том году 3,5% от ВВП, что, например, соответствует уровню государственного финансирования Германии и Финляндии [135, с.18-25].

В рамках реализации Стратегии «Казахстан-2030» были предприняты правовые и административные меры по модернизации системы высшего образования, обновлению его содержания, децентрализации управления и финансирования системы образования, увеличению бюджета учебных заведений. В последующие годы в систему образования и науки начали вводиться международные стандарты для подготовки квалифицированных и конкурентоспособных на мировом рынке труда специалистов. Для полноценной реализации Стратегии развития Казахстана необходимо было реформировать систему государственной службы, принципы ее работы, создать корпус профессиональных государственных служащих. В 1999 году был принят новый закон «О государственной службе», который заложил основы оптимизации и повышения качества государственного управления.

Другими шагами в этом направлении стало создание в сентябре 1998 г.

Агентства Республики Казахстан по делам государственной службы, утверждение 11 октября 2004 г. Правил переподготовки и повышения квалификации государственных служащих и введение тест-экзамена для претендентов на работу в государственных органах. Все эти акты стали механизмом развития «прозрачности» формирования органов государственной власти, повышения их профессионализма.

При этом важно упомянуть о продуманной государственной политике в области формирования кадрового задела как в сфере государственного управления, так и для высокотехнологичных и наукоемких производств будущего. Глава государства не раз упоминал о том, что квалифицированные государственные кадры — это инвестиции в безопасное и стабильное будущее Казахстана. В связи с этим государственная кадровая политика и политика, направленная на подготовку профессиональных кадров, отвечающих высокому уровню подготовки, стала основным приоритетом государственной политики. Свое воплощение данный шаг нашел в проводимой Президентом страны политике. Государство за счет всевозможных грантов, кредитов, научных стипендий и прочих льготных субсидий осуществляет поддержку граждан в сфере образования. При этом Республика всемерно способствует получению образования казахстанскими учащимися за рубежом. С этой целью руководством страны в середине 1990-х гг. была учреждена специальная государственная программа «Болаша», благодаря которой тысячи молодых казахстанцев получили и получают престижное образование в ведущих зарубежных вузах. При этом с 2006 года ежегодное количество грантов увеличено с нескольких сот до трех тысяч [136, с.14].

Мировой экономический кризис существенно повлиял на социальное положение населения РК, процесс повышения качества человеческих ресурсов. Самым негативным проявлением кризиса стало сокращение рабочих мест, даже на предприятиях таких промышленных гигантов, как «Казахмыс», «Испат-Кармет». Уровень безработицы только за первый квартал 2009 года вырос с 6,7% до 7%. Рост безработицы произошел в основном в регионах с большим падением роста валового регионального продукта, как Акмолинская, Алматинская, Восточно-Казахстанская, Жамбылская, Костанайская, СевероКазахстанская, Южно-Казахстанская области [19].

Вследствие ипотечного кризиса во всем мире встало строительство, на котором держалась львиная доля экономического роста предыдущих лет.

Вкупе с законодательной несовершенностью строительного рынка это привело к угрозе потери и денег и квартир дольщиков, что породило ощутимый резонанс в обществе. Кризис отдалил сроки завершения формирования в Казахстане среднего класса, который, по сути, является основной опорой социально-экономического роста и стабильности во всех странах современного мира.

Для обеспечения занятость и недопущения существенного роста уровня безработицы, создания условия для устойчивого посткризисного развития правительством РК разработан план действий по реализации Послания главы государства народу Казахстана от 6 марта 2009 года ("Дорожная карта"). "Дорожная карта" нацелена на создание постоянных рабочих мест за счет развития малого и среднего бизнеса в регионах республики. По этой программе на стабилизацию рынка недвижимости правительство направит 360 млрд. тенге государственных средств, или порядка $3 млрд., которые пойдут на стимулирование рынка недвижимости и ипотеки, создание условий для завершения ведущегося строительства жилья в Астане и Алматы, оптимизацию государственной жилищной программы.

Наряду с этим 120 млрд. тенге, или $1 млрд., направляется на поддержку субъектов малого и среднего бизнеса, в частности, на меры по снижению административного вмешательства и финансовую поддержку, независимо от их отраслевой принадлежности [262].

Реализация Дорожной карты позволила в кризисный период сохранить трудовой потенциал человеческого капитала, необходимый для посткризисного развития в условиях дальнейшей диверсификации экономики.

2.3 Интерсубъектные факторы формирования внешней политики в контексте модернизации казахстанского общества Как подчеркивает английский специалист Э. Смит, формирование национальной идентичности явилось основным элементом процессов легитимизации социального и политического порядка. Назначение национальной идеологии состоит в формировании связей солидарности между индивидами и социальными классами, в мобилизации с этой целью общих ценностей и культурных традиций. Национальные доктрины производят мифы, символы, апеллирующие к рациональности идеологии, призванные служить оправданию и укреплению государства. Они предлагают каждому индивиду как личную, так и социальную идентичность, позволяющую ему отличать себя от остального мира и от других культур. Их распространению в той или иной мере способствуют все правительства, заинтересованные в закреплении национальных особенностей, легитимизирующих государственный суверенитет [223, 234].

Президент Казахстана Н.А. Назарбаев в своей книге «В потоке истории» отмечает рост национального самосознания казахского этноса и обосновывает необходимость поиска и нахождения Казахстаном своей уникальной модели национальной идентификации населения страны. В этой связи он выделяется два уровня идентичности общества. Первый уровень связан с формированием народа Казахстана как гражданской и политической общности. Основной сутью идентичности этого уровня является гражданское и политическое единство всего многообразия населения страны, основанное на единых политических ценностях, идентификации своей гражданской и политической судьбы с независимым государством. Второй уровень связан с национальной идентичностью казахов. При этом в политике государства решение проблемы внутренней национальной идентичности казахской нации тесно связано с созданием в стране единой гражданской идентичности всего казахстанского народа [46, с.18].

Формирование национальной идентичности является основным условием нормального течения и конечной целью интерсубъектных отношений в Казахстане. Осуществляемая в стране стратегия сохранения и укрепления гражданского мира, межэтнического и межконфессионального согласия представляют собой стремление государства достичь высокого уровня интерсубъектных отношений в стране и подчинена интересам обеспечения социальной базы политической, экономической модернизации страны, укрепления государственности. Единожды выбрав свое собственное направление развития, как сказал Президент Н.А. Назарбаев в своем Послании народу Казахстана 6 февраля 2008 г., «мы будем и дальше идти по пути совершенствования казахстанской модели политического и государственного устройства, сочетая общепризнанные закономерности демократического развития и традиции нашего общества» [263]. Данный принцип последовательно реализуется в рамках политического курса в сфере межэтнических отношений, объявленного Президентом Казахстана в декабре 1991 года, по созданию в республике высокоразвитой полиэтнической цивилизации, в которой будут свободно чувствовать себя все входящие в нее нации и народности. Данная установка, в целом, характеризует политику реформирования, проводимую Президентом Казахстана Н.А. Назарбаевым с первых дней независимости нашей страны. Эта мировоззренческая установка является тем основанием, которое определяет политические, культурные и духовно-нравственные приоритеты и ценностные ориентации казахстанского общества.

Внутриполитическая стабильность стала самым большим достижением Республики Казахстан за годы независимости, ее сохранение является основным приоритетом Стратегии развития Казахстана до 2030 года.

Осуществление этого конституирующего приоритета стало возможным только в совокупности следующих условий: равенство возможностей для всех граждан страны; устранение этнических разногласий и равенство прав для всех этнических групп. Также в Казахстане принят ряд важных законов (Закон «О национальных меньшинствах», Закон «О языках»), направленных на углубление межкультурного взаимодействия, межэтнического согласия и стабильности.

На современном этапе идеология равноправия и равных возможностей вне зависимости от национальной принадлежности по-прежнему остается основой стабильного развития казахстанского государства. Успехи, которые сегодня демонстрирует Республика, а также способность властей успешно решать проблемы, в больше мере обусловлены тем, что им удалось сконцентрироваться на основных вопросах политической и экономической стабильности на начальном периоде развития. В числе этих вопросов основным стало обеспечение межэтнической стабильности, суть которой заключается в неконфликтном функционировании сферы межнациональных отношений.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |
Похожие работы:

«Служба крови Республики Крым. История. Достижения. Перспективы. Главный врач Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым "Центр крови" заслуженный врач Республики Крым Чемоданов И.Г. Развитие службы крови Кр...»

«ИЗ ИСТОРИИ ПРАВОВОЙ МЫСЛИ А.И. ЧУЧАЕВ* JUS PUNIENDI1 (ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК) Ключевые слова: наказание, цели наказания, теории обоснования наказания, право на наказание, сущность наказания Проблема уголовного нак...»

«ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ Актуальность исследования. Переходный период в истории русской литературы первой трети ХХ века представляется одним из самых сложных и многогранных этапов в развитии отечественной культуры. Изменение аксиологической парадигмы,...»

«КУЛАКОВ Олег Михайлович МИГРАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА И НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА: политико-правовое исследование Специальность 12.00.01 – теория и история права и государства; история учений о праве и государстве АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой сте...»

«Г. А. КУЛАГИНА ПЕНСИИ РАБОЧИХ УРАЛЬСКИХ КАЗЕНН Ы Х ЗАВОДОВ В 50-х ГОДАХ XIX ВЕКА В русской буржуазной исторической литературе, относящ ейся к истории промышленности и рабочего класса России, имеется общая характеристика правового полож ения рабочих дореформен­ ного периода и отдельн...»

«РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ (19) (11) (13) RU 2 538 886 C2 (51) МПК B63H 9/10 (2006.01) ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (12) ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ПАТЕНТУ 2013105156/11, 07.02.2013 (21)(22) Заявка: (72) Автор(ы): Игнатов Николай Николаевич (RU) (24) Дата начала отсчет...»

«ISSN 1994-0351. Интернет-вестник ВолгГАСУ. Сер.: Политематическая. 2012. Вып. 3 (23). www.vestnik.vgasu.ru _ УДК 9+908 А. А. Мурашев ГРАФ А. И. МУСИН-ПУШКИН И ЕГО ДОМ НА РАЗГУЛЯЕ (АРХЕОГРАФИЧЕСКАЯ КОЛЛЕКЦИЯ...»

«ТУНИК ГАЛИНА АЛЕКСАНДРОВНА СОВРЕМЕННАЯ РОССИЙСКАЯ ГЕРАЛЬДИКА КАК ФАКТОР ОТРАЖЕНИЯ СПЕЦИФИКИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА: ИСТОРИКО-ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ Специальность 23.00.02 политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии АВТОРЕФЕРАТ диссертац...»

«Горные путешествия по Западному Кавказу Авторы: Владимир Васильевич Арсенин Николай Денисович Бондарев Эдуард Дмитриевич Сергиевский Издательство Физкультура и спорт, Москва, 1976 г. В книг...»

«Презентация №:213 Тульский военно-исторический музей филиал ГУК ТО Объединение Историко-краеведческий и художественный музей Презентация по номинации: Лучший проект по презентации и интерпретации материального и нематериального культурного наследия Наименование проекта: Туляк крепость на колесах. Музеефикация памятника военной истории ИНТЕРМУЗЕЙ 2016 1 П...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" (НИУ "БелГУ) УТВЕРЖДАЮ Директор института межкультурной коммуникации и международных отношений Прохорова О.Н. 18.06.2015 РАБОЧАЯ ПРОГРАММА...»

«Theory and history of culture 25 УДК 008 Publishing House ANALITIKA RODIS ( analitikarodis@yandex.ru ) http://publishing-vak.ru/ Взаимозависимость глобальной культуры и глобальной истории как культурно-историческая проблема Арташкина Тамара Андреевна Доктор философских наук, доцент, профес...»

«Леонтий Иосифович Раковский Суворов и Кутузов (сборник) Серия "Лица. Эпизоды. Факты" http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8379375 Леонтий Раковский. Суворов. Кутузов: АСТ; Москва; 2014 ISBN 978-5-17-086557-4 Аннотация В...»

«332 ПЕРЕЯСЛАВСКАЯ РАДА: ЕЁ ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ Слід зазначити, що обидві країни задля продуктивного співробітництва мають забезпечити сприятливі умови співпраці підприємств, стимулювати учасників спільних підприємств, які впроваджують інновації, забезпечити п...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "ОРЕНБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" Кафедра "Теории и истории государства и права" МЕТ...»

«Душа же продолжает алкать цельности, полноценной, всеединой, былой. Душа болит тоскою по ней, болит от недосягаемости ее. И боль эта детская: внутрен­ нее дитя болит во взрослом. В утробе все мы мудрецы тема, которую мы най­ дем и в Ведах, и у Платон...»

«Вожди и массы. СМИ "ИНТЕЛЛИГЕНТ" Page 1 of 7 " ДИСКУРС " ТЕМА: Вожди и массы ВОЖДИ И МАССЫ ХХ век привычно и давно ассоциируется у нас с появлением на сцене истории такого количества людей, что они получают специальный термин — массы. Век э...»

«1 Библиографическая запись: Няголова М.Д. Д.Т. Кацаров – болгарское имя в истории европейской педологии // Парадигма: электронный научный журнал. 2016. № 2. С. 668-701. М. Д. Няголова Великотърновский университет имени Святых Кирилла и Мефо...»

«Эдвард Станиславович Радзинский Наполеон. Мемуары корсиканца Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6978776 Наполеон. Мемуары корсиканца / Радзинский Э. С.: АСТ; Москва; 2014 ISBN 978-5-17-082272-0 Аннотация В историческом романе Эдварда Радзинского поверженный императ...»

«Муковисцидоз (МВ) mucus — слизь, viscidus — вязкий) — частое наследственное моногенное заболевание, обусловленное мутацией гена CFTR (cystic fibrosis transmembrane regulator трансмембранный регулятор проводимости ионов Na и Cl), c аутосомнорецессивным типом насле...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Псковский государственный педагогический институт им. С.М. Кирова кафедра истории МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИИ ДЛЯ СТУДЕНТОВ I КУРСОВ НЕСПЕЦИАЛЬНЫХ ФАКУЛЬТЕТОВ Псков 2004 ББ...»

«Алим Иванович Войцеховский Тунгусский метеорит http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=157151 Алим Войцеховский. Тунгусский метеорит: Вече; М.; 2005 ISBN 5-9533-0523-0 Аннотация В книге содержится обширный фактический материал о Тунгусском метеорите: популярное изл...»

«Опубликовано во Всероссийском журнале "Книжки, нотки и игрушки для Катюшки и Андрюшки" №2, 2017г. Стр.20-21 Никому не верю! Праздник, посвящённый 1 апреля для детей 1-6 классов. Предлагает Аполлонова Галина Васильевна преподаватель высшей квалификации, Заслуженный работник к...»








 
2017 www.kniga.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.