WWW.KNIGA.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Онлайн материалы
 

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

«Медеубаева Ж.М. История формирования внешнеполитической доктрины Республики Казахстан (1991-2010 годы) Астана 2012 Рекомендована к печати решением Совета факультета ...»

-- [ Страница 4 ] --

Геостратегия Республики определяется, прежде всего, теми изменениями, которые проистекают в современном мире. Одним из главных ее направлений является обеспечение безопасности как одна из самых актуальных проблем современности. В условиях глобализации эскалация напряженности в любом уголке планеты неминуемо сказывается на всей системе международных отношений, поэтому мировое сообщество и, Казахстан в частности, всеми силами стремятся к мирному урегулированию существующих противоречий. По мнению Б. К. Султанова, при анализе геополитических условий обеспечения безопасности РК необходимо учитывать следующие факторы: Во-первых, нет ни одного государства, которое бы угрожало безопасности и национальным интересам РК. Во-вторых, РК смогла урегулировать территориально-пограничные вопросы по всему периметру своей государственной границы. Кроме того, РК имеет тесные партнерские отношения как со своими соседями, так и с ведущими мировыми державами [112, с.36]. Ж. А. Байсалбаева рассматривая вопрос геополитических условий обеспечения безопасности в свете внешнеполитического курса США, направленного на борьбу с международным терроризмом и ставящего под сомнение принцип невмешательства во внутренние дела государств, приходит к выводу, что геополитическая маневренность всех центральноазиатских государств, в том числе и Казахстана, будет ограничена, как результат столкновения геополитических интересов великих держав в регионе [302, с. 27].

В целом, рассуждения казахстанских исследователей о причинах многовекторности во внешней политике РК сводятся к выделению следующих факторов:



1. Расположение РК на обширной территории между двумя крупными державами, как РФ и КНР;

2. Незащищенные границы и нерешенные пограничные проблемы;

3. Отсутствие прямого выхода к мировым морским коммуникациям, доступ к которым возможен лишь через территории сопредельных государств;

4. Давление мировых центров сил и региональных держав;

5. Богатейшие природные ресурсы, на которые присматривались близкие и дальние соседи;

6. Относительно малый объем казахстанской экономики по сравнению с размерами территории;

7. Военная слабость;

8. Рассредоточенность (дисперсность) населения.

Также как причиной, так и самой логикой проведения многовекторной политики служит цивилизационный фактор, который в последние десятилетия требует к себе пристального внимания со стороны государств. Казахстан в силу своего месторасположения вовлекается в обширные взаимодействия с различными субъектами международных отношений, которые представляют многообразные социумы, обладающие индивидуальным культурологическим содержанием. В наиболее общей форме основные акторы международных отношений соотносятся с духовными наследиями так называемых Востока и Запада.

Только построение соответствующей теоретической модели межцивилизационных отношений, что подразумевает под собой систематизацию основных аспектов контактов различных цивилизаций, поможет в проведении многовекторной внешней политики.

Среди этих ключевых моментов выделяются 4 направления – вектора, по которым происходит развитие внешнеполитического сотрудничества Казахстана:

- реляции Исламской цивилизации (в историографическом аспекте Мусульманская Золотая Орда, в состав которой входила территория нынешнего Казахстана и в качестве Казахского ханства выделившаяся как предтеча нашей государственности) и Православной цивилизации (Российское государство);





- отношения Исламской и Китайской цивилизаций (с точки зрения культурологии и через призму таких древних феноменов, как номадизм, оказавший ощутимое влияние на развитие Китая);

- взаимодействие Исламской и Западной цивилизаций (Европейский Союз, США) и его влияние на процессы модернизации казахстанского социума;

- Мусульманский вектор (страны Мусульманского сообщества демонстрируют динамизм во внешней политике, рост экономической активности) [32, с. 16-18].

При этом следует учитывать, что отсутствуют как жесткое разделение между цивилизациями, так и единство внутри цивилизаций. Хотя в современном мире во все большей степени действуют межцивилизационные и нецивилизационные по природе механизмы, ядро культуры, цивилизации остается, так как представляет собой тот мир ценностей, который делает человека самим собой [32, с. 280-284]. Полиэтнический состав Казахстана, многовекторная дипломатия предполагают полномасштабные миротворческие акции, способные обеспечить конструктивные отношения как с Западом, так и с Востоком. К числу подобных мероприятий относятся Съезды лидеров мировых и традиционных религий, мусульмано-иудейский диалог, диалог между мусульманских и западных держав на уровне министров иностранных дел [303, с. 16]. Утверждение позиций Республики как центра межкультурного и межконфессионального согласия является одним из приоритетных направлений государственной политики.

Многовекторная внешнеполитическая стратегия Казахстана предусматривает развитие отношений позитивного характера с государствами, представляющими основные направления глобального геополитического процесса. К числу этих направлений (векторов) следует отнести такие геополитические феномены, как Восток, Запад, Север и Юг. Необходимо отметить, что данные феномены наполняются конкретным геополитическим содержанием. В частности, к Западу относятся северо-американские государства (США и Канада) и их евроатлантические союзники, представленные странами Евросоюза. В геополитическом контексте Север традиционно соотносится с Россией, в то же время под Востоком подразумеваются Китай и другие дальневосточные страны (Япония, Республика Корея и другие). В классической геополитической науке Юг включает в себя мусульманские государства, Индию и другие государства, не относящиеся к Западу, Востоку и Северу. Развитие дружеских связей с государствами, соотносящимися с такими геополитическими феноменами, как Восток, Запад, Север и Юг определяет содержание многовекторной внешней политики. Таким образом, геополитика остается доминантой в формировании и реализации многовекторного внешнеполитического курса РК. Именно с этих позиций была предложена адаптированная Концепция внешней политики Республики, одобренная Советом Безопасности 15 марта 2001 года. Политика подержания ровных отношений со всеми странами мира претерпела некоторые изменения. «Внешняя политика Казахстана остается многовекторной и диверсифированной, но сейчас эта многовекторность будет приобретать разновесность» [6].

Многовекторная внешняя политика РК обусловлена двумя факторами геополитическим и цивилизационным. В основе казахстанской трактовки многовекторной политики лежат идеи евразийства, предполагающие многомерные и разноплановые взаимодействия между социумами на широких просторах евразийского мегаконтинента.

Концептуальное понимание политики многовекторности пополняется новым содержанием в контексте международных процессов. Неспособность США урегулировать международные отношения как центр власти в современном мире в рамках однополярного мира к середине первой декады ХХ1- века и вследствие этого открывшиеся перспективы установления многополясного мироустройства дали возможность по новому взглянуть на многовекторность. Логически получается что, внешняя политика, ориентированная на все возможные полюсы многополярного мира, каковой является многовекторность, наилучшим образом подходит к условиям баланса сил между основными центрами международных отношений. В своей приветственной речи Президент РК Н.А. Назарбаев на 6-м Евразийском медиафоруме в 2007 году по этому поводу отметил: «Многовекторность казахстанской внешней политики была призвана установить партнерские отношения со всеми основными полюсами влияния – Россией, Китаем, США, ЕС, Индией, арабскими странами, странами юго-восточной Азии. И сегодня мы приближаемся к тому, чтобы все крупные международные акторы были заинтересованы в стабильном развитии Центральной Азии. Таким образом, казахстанская многовекторная внешняя политика ориентирована именно на новое концептуальное понимание многополярности» [304].

Что касается перспектив многовекторной внешней политики Казахстана, в рассуждениях об этом явлении преобладает мысль о его временности, переходности. РК и другие государства, проводящие такую политику, на заре суверенитета пытались преодолеть изоляцию от внешнего мира и войти в мировое сообщество, сохранив национальную идентичность. В итоговом документе международной конференции «Внешнеполитическая ориентация стран Центральной Азии в свете глобальной транформации мировой системы международных отношений», проведенной в 2008 году в Бишкеке, пишется: «Принцип многовекторности, лежащий в основе внешнеполитической практики стран Центральной Азии, все более обнаруживают свои пределы. Многовекторность центральноазиатских государств во многом явилась следствием неготовности России после распада СССР выработать адекватную программу по развитию реально союзнических отношений в сферах экономики, политики и безопасности. В этих условиях другие игроки в регионе – США, ЕС, Китай продолжают форматировать регион, каждый в рамках своего понимания роли и места Центральной Азии в глобальном мире и, одновременно, остаются полюсами притяжения для стран Центральной Азии» [240, с.9-10]. С таким видением вопроса созвучны рассуждения К.Л. Сыроежкина: «…эпоха многовекторной внешней политики, по-видимому, подошла к своему логическому завершению. Это не означает, что нас начнут «принуждать к дружбе», речь идет о том, что приоритеты придется расставлять четче, а ответственность за заявленные и действия станет выше. Особенно, отчетливо это будет проявляться в конкуренции России и США за политические и экономическое влияния в регионе» [124, с.21]. Причины завершения эпохи многовекторности, по мнению автора, кроются не во внутригосударственных процессах, а изменениях в международной среде к концу первой декады ХХ1-века. Эти изменения касаются регулятивной роли международного права, деятельности международных организаций, обеспечивающих безопасность в регионе.

Опасная ориентация на военный компонент силы государства, расширение сферы применения вооруженных сил, усиление активности внешних сил, в первую очередь, России и Китая в ЦАР могут поставить точку на политике многовекторности Казахстана и других центральноазиатских государств.

Многовекторная внешняя политика Казахстана, зародившаяся на заре казахстанской дипломатии, смогла поспособствовать укреплению суверенитета и государственности, вхождению страны в систему международных отношений и мирохозяйственных связей. Сегодня она приносит немалые дивиденды Республике, выражающиеся в поддержке и поощрении мирового сообщества. Председательство Казахстана в ОБСЕ в 2010 году является прямым результатом и логическим продолжением многовекторной внешней политики Республики. Многие внутренние и внешние эксперты, специалисты в течение недолгой истории многовекторности задавались вопросом: «Сможет ли Казахстан усидеть сразу на нескольких стульях?». Нынешнее международное положение страны доказывает, что Казахстану удалось следовать намеченным принципам, составляющим основу многовекторности, войти в международное сообщество в качестве равноправного участника. Многовекторная политика РК, как бы ее не критиковали и критикуют отечественные и зарубежные специалисты, доказывает свою жизнеспособность и в условиях мирового экономического кризиса. Для преодоления кризиса необходимо наращивать международное сотрудничество во всех сферах и по всем направлениям, что созвучно логике многовекторной внешней политики.

4 Принципиальные и проблемные аспекты 1-этапа становления внешнеполитической доктрины РК и их решение.

4.1 Получение Казахстаном статуса безъядерного государства В становлении концептуальных основ внешнеполитической доктрины РК, определении ее задач и приоритетов одну их решающих ролей сыграло решение казахстанским руководством судьбы ядерного арсенала на территории страны. С обретением независимости в 1991 году Казахстан стал обладателем ядерного оружия. По мнению экспертов, на начало 90-х годов ядерный потенциал Казахстана был в несколько раз выше, чем даже у таких ядерных держав, как Великобритания и КНР, а по запасам стратегических ядерных вооружений он занимал четвертое место в мире после США, России и Франции. Ядерный арсенал состоял из 104 баллистических межконтинентальных ракет СС-18, каждая из которых могла нести до десяти ядерных боеголовок.

В Акмолинской области дислоцировалась 38-я дивизия РВСН, в состав которой, помимо наземных подразделений, служб поддержки и обеспечения, входило около 60 шахтных пусковых установок. В Восточном Казахстане располагалась 57-я ракетная дивизия - еще один полноценный боевой стратегический ракетный комплекс. В Кызылординской области находился комплекс пусковых установок, состоящий из 14 шахт. В районе Семипалатинского ядерного полигона существовало 12 шахтных пусковых установок для баллистических ядерных ракет. В общей сложности в Казахстане было сосредоточено 148 шахтных установок для запуска межконтинентальных баллистических ракет наземного базирования. Был создан и функционировал мощнейший ядерный научно-производственный комплекс, включавший в себя почти все стадии создания ядерного оружия - от добычи сырья до испытания боезарядов. В Казахстане добывалось 40% всего союзного урана [306, с. 133].

Естественно, обладая таким ядерным комплексом, Казахстан сразу же стал эпицентром пристального внимания со стороны ведущих геополитических центров мирового сообщества. Тема ядерного арсенала Казахстана стала центральной на встречах Н.Назарбаева с Дитрихом Геншером, Маргарет Тэтчер, Джеймсом Бейкером, состоявшихся еще до распада СССР.

Международное сообщество было сильно обеспокоено дальнейшей судьбой ядерного оружия Казахстана. Только что родившееся молодое казахстанское государство сразу же оказалось в сложнейшем геополитическом окружении, насыщенном реальными и пока еще латентными очагами нестабильности. Имея непосредственную границу с ядерными государствами - Россией и Китаем, а также с претендующим на региональное лидерство Узбекистаном, имея по геополитическому периметру Афганистан, обладающих ядерным оружием Индию и Пакистан, и вообще, находясь в регионе, где сосредоточены глобальные интересы мировых центров силы, Казахстан должен был выработать и придерживаться осторожной, продуманной политики в отношении ядерного арсенала. Первым шагом в этом направлении стала то, что осознавая огромную ответственность за судьбу 30-тысячной единицы ядерного оружия, которые оказались в руках четырех новых независимых государств, руководители Казахстана, России, Украины и Беларуси в декабре 1991 года приняли Алма-Атинскую декларацию, определяющую механизм совместного контроля над функционированием ядерного арсенала, недопустимости каких-либо сбоев в стратегических ядерных сил. Они также подтвердили приверженность международным обязательствам СССР в области сокращения стратегических наступательных вооружений.

В мае 1992 года Президент Казахстана Н.Назарбаев совершил свой первый официальный визит в США, в рамках которого одной из главных тем переговоров был юридический статус подписанного между СССР и США Договора о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений [307, с.15].

В 1992 году известные американские сенаторы С. Нанн и Р. Лугар посетили Казахстан. Результатом их визита стала Программа Совместного сокращения угрозы, или «Программа Нанна-Лугара», которая начала осуществляться в 1994 году. Она была направлена на выполнение обязательств по Договору СНВ-1, экологически безопасную ликвидацию инфраструктуры ядерного и других видов ОМУ, предотвращение распространения ОМУ, оборонное сотрудничество и конверсию военных технологий, создание эффективной системы экспортного контроля, безопасной утилизации ядерных материалов и развитие научнотехнического сотрудничества [96, с.213-214].

Для Президента Н. Назарбаева ядерная тема была крайне принципиальной, впрочем, как и для всех мыслящих казахстанцев, поскольку ущерб, нанесенный ядерными взрывами Казахстану, трудно переоценить. "Это был настоящий геноцид советского правительства в отношении своего народа,

- утверждает Н.Назарбаев. – Руководство Республики было, конечно, осведомлено о том, что происходит, но оно ничего не могло сделать, чтобы остановить испытания. В течение сорока одного года здесь было произведено 752 взрыва: 26 в атмосфере, 78 - на земле, остальные - под землей"[51, с.139]. Эту "политику" он определил как "страшное преступление в отношении человека".

Осознавая, что успешное проведение политических и социальноэкономических реформ молодого суверенного Казахстана возможно лишь в атмосфере стабильности, руководство страны во главе с Президентом Н.Назарбаевым активно включилось в процесс ядерного разоружения. Для Казахстана было крайне важно продемонстрировать мировому сообществу собственную приверженность такому устремлению. Как отмечает в своей книге «Эпицентр мира» Н.Назарбаев, «...вопрос о том, быть ли Казахстану ядерной державой или нет, обстоял сложно, привлекая к себе массовое внимание и вызывая бурю страстей и эмоций. От того, как мы решим эту проблему, зависело не только наше ближайшее, но и далекое будущее» [40, с.36]. Указ Президента РК о закрытии Семипалатинского полигона от 29 августа 1991 года, присоединение Казахстана к Договору СНВ-1, ратификация парламентом Казахстана Лиссабонского протокола в июле 1992 года и Договора о нераспространении ядерного оружия в декабре 1993 года по сути обозначили позицию Казахстан в отношении дальнейшей судьбы ядерного арсенала на своей территории.

Президент РК с самого начала твердо стоял на приоритетной цели в ядерной области, это - предотвращение ядерного оружия и расширение международного сотрудничества в области мирного использования ядерной энергии; полное запрещение испытаний ядерного оружия и закрытие ядерных полигонов; обеспечение надежных гарантий безопасности. Но Н.Назарбаев исходил из жизненно важных национальных интересов страны – обеспечение безопасности и территориальной целостности. В своем интервью «Вашингтон пост» он сказал: «Мы выведем ядерное оружие с территории Казахстана, но нашей независимости и территориальной целостности должны дать гарантии Россия, Китай и США» [51, 147]. Некоторые зарубежные и российские эксперты впоследствии критиковали Назарбаева: "...руководство республики не спешит выполнять обязательства по Лиссабонскому протоколу, согласно которому статус ядерной державы на территории бывшего СССР признается только за Россией, пытается "выторговать" в обмен на отказ от этого статуса как можно больше преимуществ в других областях международного сотрудничества, в частности, в экономической" [306, с.132].

Была критика и в Верховном Совете со стороны депутатов [127, с.504]. Но Н.Назарбаев в переговорах с американцами уверял, что простое выведение смертоносного оружия из Казахстана без твердых гарантий безопасности со стороны великих держав не создаст обстановку стабильности и предсказуемости в Центральной Азии в новом геополитическом раскладе.

Решение Президента Казахстана отказаться от статуса ядерной державы базировалось не только на общечеловеческих принципах гуманизма, но и на всестороннем анализе современной ситуации в сфере международной безопасности, а также прагматичном подходе к вопросу о перспективах дальнейшего развития Казахстана. В результате взвешенной, продуманной политики Казахстан присоединился к Договору о нераспространении ядерного оружия в качестве неядерного государства. Причем Президент Назарбаев не скрывал своих стремлений получить для Казахстана со стороны США материальную компенсацию за демонтаж ядерного оружия. США признали обеспокоенность Назарбаева безопасностью Казахстана и заверили, что в соответствии с Уставом ООН примут все меры в случае, если Казахстану будет угрожать агрессия. Приложением к этим обязательствам стал договор о партнерстве в экономике и политике - первое подобного рода соглашение, которое США заключили с постсоветским государством.

Все обязательства Казахстан выполнил в точно отведенный срок. Его позиция импонировала руководителям ядерных держав. 5 декабря 1994 года в Будапеште США, Великобритания и Россия подписали документ, в котором они гарантировали территориальную целостность Казахстана, неизменность границ и исключали использование экономического давления на Казахстан. В случае агрессии против Казахстана они обязались немедленно потребовать созыва Совета Безопасности ООН для рассмотрения этой ситуации.

В целом решение Казахстана добровольно отказаться от смертоносного оружия стало беспрецедентным и абсолютно новым шагом в построении цивилизованных межгосударственных отношений. Один из непосредственных разработчиков программы содействия нашей стране по ликвидации оружия массового уничтожения Р. Лугар сказал, что «мудрый и смелый выбор Казахстана является разительным контрастом с тем, что мы наблюдаем в Индии, Пакистане, Северной Корее и Иране. При этом международному сообществу, занятому поиском мер по нераспространению ядерной угрозы, достаточно обратиться к опыту этой республики». Другой автор программы С. Нанн назвал политику Казахстана «моделью мер, которые необходимо реализовать в XXI веке для того, чтобы остановить распространение ядерного оружия. Президент Нурсултан Назарбаев – настоящий сторонник ядерного нераспространения, который не на словах, а на деле реализует конкретные меры» [308].

Казахстан первым из стран СНГ вывез из своей территории все тактическое ядерное оружие. 27 мая 1995 года был уничтожен последний оставшийся под землей Семипалатинского полигона ядерный заряд. С того момента казахстанская земля полностью свободной от ядерного оружия. В продолжение антиядерной политики Казахстан присоединился к Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний в сентябре 1996 года. В 1996 году, во время 51-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, Н. Назарбаев предложил включить три современные сейсмические станции, расположенные на территории нашего государства, в глобальную сеть мониторинга, которая стала бы эффективным инструментом контроля над проведением ядерных испытаний. В феврале 1997 года государствами Центральноазиатского региона была принята Алма- Атинская декларация по созданию зоны, свободной от ядерного оружия в Центральной Азии [96, с.356-358]. 23 июня 1997 года на 19-й Специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН Н.Назарбаев предложил создать Специальный международный фонд для реабилитации здоровья человека и окружающей среды стран, перенесших испытания ядерного оружия. Инициатива Главы государства реализовалась в принятии ООН специальной резолюции №52/169, которая призывает оказывать зараженным регионам всемерную международную помощь. Являясь активным сторонником и твердым приверженцем процесса ядерного разоружения, Казахстан не может оставаться безучастным к фактическому подрыву режима нераспространения (имеются ввиду ядерные испытания, проведенные Индией и Пакистаном в период с 11 по 30 мая 1998 года). Внешнеполитическое ведомство Казахстана осудило действия двух государств, начавших опасную по своим последствиям ядерную гонку в регионе, находящемся в непосредственной близости от Центральной Азии [111, с.28].

В своей книге «Эпицентр мира» Президент Казахстане Н.Назарбаев полагает, что в современных условиях проблема международной безопасности требует принципиально новых подходов, прежде всего со стороны ядерных держав. В современных условиях Договор о нераспространении ядерного оружия фактически не ограничивает государства, обладающие ядерным оружием, в действиях по совершенствованию этого оружия и его размещению на территории третьих стран. Безъядерные государства, участвующие в Договоре, не имеют реальных рычагов контроля над ядерными вооружениями.

Договор не оговаривает понятия горизонтального и вертикального распространения ядерного оружия, не содержит гарантии безопасности для неядерных держав со стороны вновь появляющихся ядерных государств. В этой связи Глава Казахстана предлагает новые принципы, которые должны стать основой строительства системы глобальной и региональной безопасности. Во-первых, система безопасности должна носить универсальный характер с обязательным учетом регионального компонента. Во-вторых, принципиальной особенностью данной системы должно стать стремление к безоговорочному и безусловному разоружению. И, наконец, в основе функционирования этой системы должны находиться взаимные меры доверия, компромиссы и взаимные уступки государств [96, с.359-361].

Реагируя на эти инициативы, профессор Гарвардского университета Г.Аллисон призывает Казахстан проводить более «агрессивную» политику по распространению идей безъядерного сосуществования государств. По его словам, «если бы Правительство Казахстана более активно убеждало другие страны, основываясь на заслуженном им моральном праве, то мир сегодня был бы более безопасным. Кто способен вести разговор по этому поводу с Ираном лучше, чем Казахстан? Президент Нурсултан Назарбаев хорошо знает иранское руководство, а значит, лучше, чем какой-либо другой политик, способен объяснить ему возможности альтернативного пути. Казахстану следует быть менее скромным и менее сдержанным. Он должен, напротив, гордиться своими достижениями и своим становлением в качестве безъядерного государства. В 1998 году Индия и Пакистан осуществили ядерные испытания и объявили о себе как о ядерных державах. Но ведь они могли обратиться к примеру, поданному Казахстаном. Это была бы крепкая основа для глобальных усилий по предотвращению ядерного терроризма» [111, с. 31].

Твердая политика, направленная на отказ от ядерного оружия как инструмента внешней политики и, в целом, антигуманного явления в мировой политике, позволила Казахстану в короткие сроки стать не только признанным лидером экономических и политических реформ в ЦАР, но и завоевать авторитет и доверие мирового сообщества. При этом, многие инициативы Казахстана, выдвигаемые на международной арене, в особенности, в рамках участия в региональных структурах безопасности, таких, как Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА), Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), Организация договора о коллективной безопасности (ОДКБ), направлены на построение безъядерного и более безопасного мира и могут быть заложены в основу эффективного строительства региональных систем безопасности.

Сегодня Казахстан предлагает альтернативу конкуренции в ядерной области — отказ от ядерного потенциала в пользу экономического процветания. И на примере РК можно смело утверждать, что такой выбор намного привлекательней и стабильней, а значит, более приемлем для развития государства и достойного жизнеобеспечения его народа.

4.2 Процесс делимитации и демаркации государственной границы РК Принципиально важной проблемой в становлении и эволюции внешней политики молодого независимого государства, определившей ее ориентиры и перспективы, было урегулирование спорных участков почти на всем протяжении государственной границы РК с соседними государствами.

После обретения независимости перед Казахстаном, который имеет почти 14 тысяч километров сухопутной границы со своими соседями, встала задача юридического решения, на основе международного права, территориально-пограничных вопросов с ближайшими соседями - Китаем, Кыргызстаном, Россией, Туркменистаном и Узбекистаном.

Территориально-пограничные проблемы между государствами Центральной

Азии были обусловлены тремя вехами в истории региона:

1. До присоединения Казахстана в 18-веке, Бухарских, Кокандских ханств в 19веке границы в регионе были неточными, они в основном подразумевались исходя и расселения общностей по территориально-цивилизационным признакам.

2. В период царского правления административное районирование было проведено не на основе этнического расселения региона, а на учете географических, хозяйственных факторов.

3. В советских период границы были определены таким образом, чтобы республики тогдашней Средней Азии особо не чувствовали этнической целостности, Конфликтогенность пограничного вопроса был необходим Советам для недопущения реализации объединительных настроений и намерений, которые циркулировали в и вокруг региона на заре советской власти. Дальнейшие пересмотры границ между республиками региона окончательно закрепили перекосы в данной проблеме.

Нерешенность спорных моментов казахстанского участка советско-китайской границы обременяло ситуацию с оформлением государственной границы РК политическими и методологическими вопросами.

Таким образом, территориально-пограничные проблемы на постсоветском пространстве, достались новым независимым государствам в наследство от бывшего СССР и уходили с своими корнями вглубь веков. В результате, к моменту прекращения существования СССР в 1991 году, границы новых независимых государств в Центральной Азии не совпадали с территориями этнического расселения народов региона. Положение осложнялось тем, что, в отличие от внешних границ региона, здесь не была проведена делимитация и демаркация границ между государствами Центральной Азии, а также между Казахстаном и Россией. Эти границы являлись де-юре не государственными, а территориально-административными. Следовательно, любое из государств теоретически могло заявить о своих претензиях на тот или иной участок территории сопредельного государства в удобное для себя время.

Эти факторы, наряду с ростом дефицита водных и земельных ресурсов, осложнением демографической и ухудшением экологической ситуации, могли привести к возникновению межэтнических столкновений и, как следствие, обострению межгосударственных проблем. В связи с тем, что между отдельными государствами Центральной Азии до сих пор не урегулированы территориальнопограничные вопросы, в регионе периодически возникают конфликты на границах между Узбекистаном и Кыргызстаном, Узбекистаном и Таджикистаном, Кыргызстаном и Таджикистаном. Последствия таких конфликтов могут быть непредсказуемыми.

Из 14 казахстанских областей 12 областей стали пограничными, причем, 10 оказались таковыми впервые, границы Казахстана с государствами СНГ до завершения процесса делимитации и демаркации носили де-юре административно-территориальный характер. Тем самым, затрагивая жизненно важную основу суверенитета, как юридически оформленная территория государства, проблема делимитации и демаркации для РК приобретал принципиальный характер.

Процесс установления межгосударственной границы, как правило, проходит в две стадии:

Первая стадия – это делимитация границы, то есть определение прохождения линии государственной границы с подробным ее описанием в соответствующем договоре и нанесение этой линии на карту.

Вторая стадия – это демаркация границы, то есть обозначение границы на местности [140, с.9].

История делимитации и демаркации государственной границы РК состоит из двух этапов: 1- этап – Проведение переговоров и решение пограничных проблем с Китаем; 2-этап – с Российской Федерацией и тремя центральноазиатскими государствами [140, с. 11].

Территориально-пограничная проблема с Китаем, как известно, за все время существования СССР так и не была урегулирована. Основная причина заключалась в том, что Москва была не готова, да и не желала расставаться с планом территориального разграничения с цинским Китаем, осуществленного в XIX веке царской Россией с позиции силы. Поэтому советские власти отказывались признавать само существование пограничной проблемы. В то же время Пекин все в более острой форме ставил под сомнение подписанные договоры о китайско-советской границе и сложившуюся к этому времени линию ее прохождения.

Одним из последствий этого стали вооруженные столкновения на советско-китайской границе — на острове Даманском (14-15 марта 1969 года) на Дальнем Востоке и в районе озера Жаланашколь, в Семипалатинской области Казахской ССР (13 августа 1969 года), результатом которых стали многочисленные человеческие жертвы с обеих сторон.

Поэтому сразу после обретения независимости перед Республикой Казахстан встала дилемма: «замораживание» территориальнопограничного конфликта с Китаем, чреватого новыми кровавыми столкновениями, или устранение потенциальных противоречий на казахстанско-китайской границе путем разрешения всех спорных вопросов на основе полного взаимопонимания и с учетом взаимных интересов [111, с.45]. После распада СССР была создана Объединенная делегация Правительств Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Российской Федерации для проведения переговоров с КНР по пограничным вопросам. Казахстанская сторона приступила а переговорам с Китаем, сформировав делегацию в соответствии с Постановлением Кабинета Министров Республики Казахстан от 17 июля 1992 года «О переговорах с Китайской Народной Республикой по взаимному сокращению вооруженных сил и укреплению доверия в военной области в районе казахско-китайской границы и переговорах по пограничным вопросам». За юридическую основу переговоров были взяты договоры и протоколы, заключенные между царской Россией и цинским Китаем еще в Х1Хвеке. В начальной стадии переговоров сторонами были выработаны принципы ведения переговорного процесса, позволившие в рамках международно-правовых норм, взаимопонимания и разумного компромисса учитывать государственные интересы как Казахстана, так и КНР.

В результате напряженных переговоров удалось согласовать позиции сторон и уже 26 апреля 1994 года подписать Соглашение о казахстанскокитайской государственной границе, вступившее в силу 11 сентября 1995 года, после обмена ратификационными грамотами. Понадобилось, однако, еще 4 года кропотливой работы, чтобы в 1998 году было подписано дополнительное соглашение, которое окончательно урегулировало все пограничные вопросы между Казахстаном и Китаем. По этому соглашению стороны сошлись на том, чтобы в районе перевала Чоган-обо в пределах Казахстана осталось около 70%, а Китаю отошло около 30% территории, а на участке в районе реки Саричильды в пределах Казахстана осталось около 30%, а Китаю – около 70% территории.

Из общей площади двух несогласованных участков (примерно 994 кв.км.) Казахстану отошли 537 кв.км. (57%), Китаю – 407 кв.км. (43%).

После завершения делимитации стороны приступили к демаркации границы, которая осуществлялась совместной казахстанско-китайской комиссией. Документально, детально описывающим обозначение линии границы на местности пограничными знаками, стал Протокол между Правительством РК и КНР о демаркации линии казахстанско-китайской границы от 10 мая 2002 гола. Общая протяженность демаркированной границы составила 1783 км. Один из основателей внешнеполитической доктрины РК К. Токаев, который имел непосредственное отношение к решению казахстанско-китайских пограничных проблем, так характеризирует результаты урегулирования данного вопроса: «Обмен площадями не привел к уменьшению общей территории Казахстана. Решение территориального вопроса с Китаем было юридически корректным и политически обоснованным. Тезис о так называемых «территориальных уступках» Китаю не выдерживает критики. Подобного рода мнения и высказывания абсолютно не учитывают ни содержания договорных документов, ни переговорной практики» [111, с. 15].

1 сентября 1999 года была создана Правительственная Комиссия Республики Казахстан по делимитации Государственной границы Республики Казахстан с Кыргызской Республикой, Российской Федерацией, Туркменистаном и Республикой Узбекистан. Одной из неотложных задач являлась разработка пакета мер, предотвращающих конфликты между новыми независимыми государствами. В то же время необходимо было иметь в виду, что любая попытка решения этих проблем без учета взаимных интересов может нарушить хрупкий стратегический баланс на постсоветском пространстве. При делимитации государственных границ Казахстан и другие государства опирались на положения АлмаАтинской декларации Содружества Независимых Государств (г. Алма-Ата, 21 декабря 1991 года, Декларации Содружества Независимых Государств от 14 февраля 1992 года (г. Минск), согласно которой государства-участники приняли на себя взаимное обязательство уважать территориальную целостность и неприкосновенность государственных границ друг друга.

Президент Н.Назарбаев, выступая 2 октября 2000 года на расширенном заседании коллегии МИД РК, обратил особое внимание на важность создания аргументированной правовой базы для ведения переговоров по делимитации границ, где «исторически накопилось множество сложных трансграничных хозяйственных вопросов, требующих грамотного разрешения, в духе дружбы и доверия» [309].

При этом Глава Казахстана исходил из принципа правопреемственности в отношении бывшего СССР, подтверждая прохождение государственной границы РК, установленной действовавшими международными договорами, включая акты об административно-территориальном разграничении Республики Казахстан и других государств - бывших республик Союза ССР.

Делимитация и демаркация государственной границы являются довольно сложным и трудоемким процессом, требующим тщательного учета политических, экономических, географических, исторических, культурных, национальных, юридических и иных аспектов.

По мнению казахстанских дипломатов и экспертов, возникшие проблемы требовали тщательного изучения и уточнения, поиска компромиссов и взаимоприемлемых решений. Поэтому МИД РК планировал завершить работу по делимитации государственной границы Казахстана, в лучшем случае, не ранее 2007-2008 годов, а работы по демаркации государственной границы вообще отложить до тех пор, пока не будут изысканы необходимые финансовые средства.

16 марта 2001 года состоялся телефонный разговор Главы Казахстана с Президентом Узбекистана, в ходе которого была достигнута договоренность об ускорении переговорного процесса по вопросам делимитации казахстанско-узбекской государственной границы с тем, чтобы уже в 2001 году подписать соответствующий двусторонний договор.

В тот же день, во время телефонной беседы Президента Казахстана Н.Назарбаева с Президентом Туркменистана С.Ниязовым, была достигнута договоренность об ускорении делимитации границы между двумя государствами и о подписании соответствующего соглашения во время официального визита главы Туркменистана в Астану летом 2001 года [97, с.214-214].

Исключительное место в процессе делимитации государственной границы Казахстана занимало решение этого сложного вопроса с Российской Федерацией. Важнейшее политическое значение юридического оформления казахстанско-российской границы заключалось в том, чтобы раз и навсегда покончить с провокационными высказываниями отдельных шовинистически настроенных представителей российских политических и общественных кругов. Первое совместное казахстанскороссийское заявление по этому вопросу было подписано Президентом РК Н.Назарбаевым и Президентом РФ Б.Ельциным еще 6 июля 1998 года, а уже 12 декабря 1998 года был подписан первый протокол относительно намерений по делимитации государственной границы.

Первый раунд казахстанско-российских переговоров состоялся в конце августа - начале сентября 1999 года в Москве. В ходе переговоров выяснилась парадоксальная вещь: граница между Казахской ССР и РСФСР в правовом плане была оформлена в гораздо худшей степени, чем граница с другими соседними республиками. Если граница Казахской ССР с Узбекской ССР была оформлена указами Верховных Советов обеих республик на всем протяжении, включая ее описание, а границы Казахской ССР с Киргизской ССР и Туркменской ССР содержали обобщенное описание границы в постановлениях ВЦИК 1930 и 1932 годов, то описания границы Казахской ССР с РСФСР вообще не существовало.

В такой ситуации исключительно важную роль сыграли международный авторитет Президента РК Н.Назарбаева и тот высокий уровень доверия, который установился в его личных отношениях с политическим руководством России. 14 июля 2000 года, во время переговоров в Москве, Президенты Н.Назарбаев и В.Путин подчеркнули, что у Двух дружественных государств - Казахстана и России — нет пограничных споров, и высказали пожелание о наращивании темпов делимитации границы.

В связи с этим пожеланием процесс делимитации казахстанскороссийской границы стал развиваться в нарастающем темпе. Если в сентябре 2000 года было описано и нанесено на карту около 1,2 тысячи километров государственной казахстанско-российской границы, а в октябре 2001 года - 3875 километров, то в сентябре 2004 года ка-захстанскороссийская граница была описана уже на 99,9%. 18 января 2005 года в Москве Президент РК Н.Назарбаев и Президент РФ В.Путин подписали Договор о казахстанско-российской государственной границе, имеющий огромное историческое значение. Была завершена работа по международноправовому оформлению государственной границы между Казахстаном и Россией, являющейся самой протяженной сухопутной границей в мире. По словам Президента Н.Назарбаева, казахстанско-российская граница, бывшая всегда границей дружбы и партнерства, и сегодня является символом вековой дружбы и добрососедства [111, с. 41-42].

Самым трудным из всех делимитационных процессов, проведенных РК, было решение казахстанско-узбекских пограничных проблем, отличавшийся конфликтностью и своеобразным отношением к вопросу на местах. В феврале 2000 года в Ташкенте состоялся первый раунд переговоров представителей двух стран по делимитации казахстанско-узбекской границы, в ходе которого был определен набор картографического и топографического материала, согласована методика проведения работ по делимитации. В марте 2000 года в Ташкенте топографы двух стран согласовали масштабы и перечень карт и определили те участки, по которым необходим дополнительный топографический материал.

Исторических границ между Казахстаном и Узбекистаном не было, существовала со времен Советского Союза только административная граница. Ее прохождение было закреплено в соответствующих документах Верховного Совета СССР, а также Казахской ССР и Узбекской ССР. Данные положения легли в основу принципа делимитации казахстанско-узбекской границы, заключающегося в том, что некоторые ее участки оказались «размытыми» в результате появления новых населенных пунктов, хозяйственной деятельности в приграничных районах, строительства железных и автомобильных дорог. Наиболее сложными являлись участки, изменения по которым проходили на основе договоренностей между местными органами власти (обмены земельными участками под сельскохозяйственные угодья, возведение хозяйственных построек и т.д.). Решения по ним не были законодательно санкционированы и закреплены высшими законодательными органами в установленном порядке.

В 2000 году на казахстанско-узбекской границе имел место ряд инцидентов, наиболее крупным из которых была попытка узбекских должностных лиц осуществить одностороннюю демаркацию казахстанскоузбекской границы на казахстанской территории в районе села Багыс Сарыагашского района Южно-Казахстанской области.

16 марта 2001 года, во время телефонного разговора, Президенты Н.Назарбаев и И.Каримов подтвердили взаимную заинтересованность в завершении в кратчайшие сроки процесса делимитации казахстанскоузбекской границы и достигли договоренности о подписании соответствующего двустороннего договора в течение 2001 года.

16-17 ноября 2001 года, в ходе официального визита президента Республики Узбекистан И.Каримова в Республику Казахстан, Договор о делимитации казахстанско-узбекской границы был подписан. 9 сентября 20020года подписанием Договора между РК и РУ об отдельных участках казахстанско-узбекской границы была поставлена точка в вопросе о делимитации границы между двумя государствами. Общая ее протяженность составила 2351 км. [140, с. 151].

В сентябре 2004 года состоялся четвертый раунд двусторонних переговоров, уточнивший прохождение границы в одном из самых густонаселенных районов региона - Сарыагашском районе ЮжноКазахстанской области, где проживает более 200 тысяч человек, из них почти 30 тысяч человек — в зоне демаркационной полосы.

В обстановке традиционной дружбы и добрососедства осуществлялся процесс делимитации государственной границы между Казахстаном и Кыргызстаном. В ноябре 1999 года состоялось первое заседание межправительственной комиссии по делимитации казахстанскокыргызской границы. В ходе проходившей в Алматы в апреле 2001 года встречи министров иностранных дел Казахстана и Кыргызстана было подчеркнуто практическое отсутствие территориальных или приграничных споров.

Во время официального визита Президента РК Н.Назарбаева в Кыргызстан 23-24 июля 2001 года было подписано коммюнике о делимитации 980-километровой границы между Казахстаном и Кыргызстаном, в котором были подведены итоги длительной работы по точному определению линии раздела казахстанской и кыргызской территорий. Кыргызской стороной было особо подчеркнуто, что при обсуждении делимитации казахстанско-кыргызской границы спорных вопросов не возникало.

Первый раунд переговоров о делимитации государственной границы между Казахстаном и Туркменистаном состоялся в декабре 2000 года в Ашгабаде. Во время переговоров было подчеркнуто отсутствие у сторон каких-либо взаимных территориальных претензий и других принципиальных спорных вопросов, способных препятствовать успешной делимитации границы. Стороны договорились о масштабах и номенклатуре топографических карт, согласовали таблицу направлений по сторонам света. Состоялся также обмен мнениями о методике составления проекта протокола-описания прохождения линии сухопутной границы и нанесения этой линии на рабочие делимитационные карты. Во время официального визита президента Туркменистана С.Ниязова в Казахстан, 5 июля 2001 года, был подписан Договор о делимитации и процессе демаркации казахстанско-туркменской государственной границы. Комментируя результаты состоявшихся переговоров, Президент РК Н.Назарбаев отметил историческую важность подписания Договора по казахстанскотуркменской границе «без каких-либо претензий друг к другу» [9].

Урегулирование территориально-пограничных вопросов с Китаем, завершившееся делимитацией и демаркацией казахстанско-китайской государственной границы, создало предпосылки для заключения Соглашения между Казахстаном, Кыргызстаном, Россией, Таджикистаном и Китаем об укреплении доверия в военной области в районе границы (г. Шанхай, 26 апреля 1996 года) и Соглашения между Казахстаном, Кыргызстаном, Россией, Таджикистаном и Китаем о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы (г. Москва, 24 апреля 1997 года).

Эти соглашения способствовали укреплению безопасности, сохранению спокойствия, стабильности, дружбы и добрососедства в районе границы Казахстана, Кыргызстана, России, Таджикистана, с одной стороны, и Китая, с другой. Заключительным шагом в этом направлении явилось создание международной организации - Шанхайской организации сотрудничества (г.

Шанхай, 15 июня 2001 года).

В Послании Президента Н.Назарбаева народу Казахстана «Казахстан на пути ускоренной экономической, социальной и политической модернизации» отмечается, что процесс юридического оформления государственной границы Казахстана со всеми сопредельными государствами завершился 18 января 2005 года, после подписания договора о делимитации границы между Казахстаном и Россией. Глава Казахстана подчеркивает: «Это является серьезной гарантией национальной безопасности, создающей благоприятные условия реализации наших планов по государственному строительству» [54].

4.3 Проблема определения правового статуса Каспийского моря и позиция Казахстана Одной из важных задач, которую решала казахстанская внешняя политика в ходе своего становления, является определение правового статуса Каспийского моря. И в конце первой декады ХХ1-века, когда внешнеполитическая доктрина достигла зрелости и внешнеполитические активы РК стали весомыми, данная проблема не ушла с авансцены, требую как постоянного внимания, так конкретных действий. Проблемы региона Каспийского моря давно находятся в центре внимания не только прикаспийских государств, но и мирового сообщества в целом. Уникальное географическое положение на пути транзитных маршрутов, запасы углеводородного сырья и других природных ресурсов, геополитическое значение региона трудно переоценить. Споры по поводу правового регулирования на Каспии длятся почти уже 20 лет. За эти годы, прошедшие с момента развала СССР и возникновения на берегах Каспия новых государств, каспийская проблема, имевшая в то время чисто юридическую сторону, в настоящее время характеризуется такими аспектами, как энергетический, транспортно-коммуникационный, экологический, криминальнонаркотический, антитеррористический. Нерешенность каспийской проблемы вследствие разногласий прикаспийских государств в отношении дележа этого уникального источника природных ресурсов чревато вовлечением внешних сил, которые могут еще больше отдалить друг от друга пятерых участников этого процесса. Усиление дестабилизирующих факторов в Каспийском регионе и вблизи его границ и подготовка европейским командованием вооруженных сил США плана «Каспийские стражи» (Caspian Guards) поставили на повестку дня вопросы обеспечения региональной безопасности.

Нестабильности этому району добавляет рост религиозного экстремизма, терроризма и наркоторговли. Большую угрозу несут неурегулированные проблемы между самими прикаспийскими государствами относительно прав собственности на месторождения нефти и газа и милитаризация региона. К факторам, осложняющим обстановку, надо отнести и отрицательное отношение международного общественного мнения к ядерной программе Ирана и сгущающие тучи над этой страной, которые могут разразиться войной на Среднем Востоке.

В 1991 году с распадом СССР, в Каспийском регионе появилось четыре новых государства. Действующие договоры между Ираном и СССР стали в равной степени распространяться на новые прикаспийские государства. Что касается дна и недропользования, Россия в одностороннем порядке позиционировала себя единственным хозяином ресурсов, и новые прикаспийский страны не противились этому факту. Однако ситуация изменилась в 1994 году, когда президент Азербайджана Г. Алиев подписал «Контракт века» по привлечению иностранных инвестиций в нефтегазовую промышленность. Вслед за Азербайджаном, Казахстан и Туркмения тоже начали заявлять свои права на недра Каспия. Такая позиция новых прикаспийских государств вступала в конфликт с позициями Ирана и России, которые не желали проникновения в регион транснациональных корпораций.

Таким образом, 1994 год считается отправной точкой в современном споре по урегулированию правового статуса Каспийского моря [310, с. 27].

В октябре 1994 года в Москве состоялась первая встреча всей Каспийской «пятерки» на уровне заместителей министров иностранных дел.

Казахстанская делегация, единственная среди «пятерки», привезла в Москву проект Конвенции о правовом статусе Каспийского моря, который за недостатком времени подробно не рассматривался. На этой встрече задавала тон Россия (вкупе с Ираном), которая предложила не торопиться с разработкой Конвенции, а идти путем заключения двусторонних договоров по различным видам деятельности в акватории Каспийского моря. У РК с момента возникновения каспийской проблемы была ясная и конструктивная позиция по правовому статусу Каспийского моря, ориентированная на достижение компромисса [91, с.124]. Она заключалась в приверженности Казахстана к «принципу справедливости»6, закрепленного в конвенции ООН по морскому праву 1982 года и в том, чтобы применить к Каспию отдельные положения этой Конвенции, касающиеся режимов и ширины различных участков моря. РК выступает за свободу транзита всем транспортным средствам внутриконтинентальных прикаспийских государств из Каспийского моря к другим морям и Мировому океану. По сравнению с позициями других участников казахстанская позиция является самой компромиссной и срединной между конформистскими позициями России и Ирана, жесткой Азербайджана и не в меру амбициозными позициями Туркменистана. Дно и ресурсы моря должны быть делимитированы между всеми каспийскими государствами, которые будут обладать исключительными правами на ведение разведки и разработку минеральных ресурсов, прокладку трубопроводов и кабелей в своей экономической зоне. Учитывая, что максимальная ширина Каспийского моря не превышает 200 морских миль, внешние границы исключительных экономических зон будут проходить по срединной линии.

Нефтяные компании каспийских государств могут участвовать в разработке недр в исключительной экономической зоне другого государства на общих условиях. Это положение не должно затрагивать обязательства перед уже существующими консорциумами. Что касается живых ресурсов моря, судоходства, экологического сотрудничества и т.д., то Казахстан всегда был готов на самые широкие компромиссы.

При этом имеется в виду, что каждое каспийское государство будет обладать согласованной ширины территориальными водами, рыболовными зонами, находящимися под их национальными юрисдикциями. Остальная часть поверхности моря будет открыта для судоходства только для судов прибрежных государств, рыболовства на основе согласованных квот.

Открытым будет и воздушное пространство над морем для полете воздушных судов по согласованным маршрутам. Внутриконтинентальные каспийские государства должны иметь право пользования российскими водными артериями для выхода в другие моря и Мировой океан на основе отдельных соглашений с Россией.

Изначально Казахстан и Азербайджан настаивали на разграничении моря на секторы. Такой подход де-факто сложился еще во время существования СССР. В 1970 году Министерство нефтедобывающей промышленности СССР приняло решение о разделении советской части моря на национальные секторы между четырьмя прикаспийскими союзными республиками (Казахстаном, Россией, Азербайджаном и Туркменистаном).

Линии раздела зафиксировали и как административно-территориальную границу. При получении независимости РК административногосударственные границы были признаны государственными. Следственно, Казахстан ставил вопрос об установления своих суверенных прав на разработку месторождения в секторах моря, отведенных им еще правительством СССР. Азербайджан отстаивал принцип деления не только водной толщи и дна, но и воздушного пространства. Условие Азербайджана оказывалось неприемлемым, так как возникновение множества государственных границ усложняло бы рыболовство и коммерческую деятельность.

В связи с этим РК предложила свой вариант решения проблемы:

разделить дно на государственные секторы, а водную толщу оставить в общем пользовании.

Россия считала Каспий морем общего пользования на основе кондоминиума, который должен распространяться на все виды природных ресурсов, включая и минеральные ресурсы дна Каспия. Каждое каспийское государство должно располагать узкой 10-мильной прибрежной полосой и в этих пределах обладать исключительными правами в целях разведки и добычи минеральных ресурсов моря. РФ с самого начала настаивает на статусе этого водоема, оформленный нормами международного права и, в первую очередь, договорами России и Ирана 1921 года, а также СССР и Ирана 1940 года, который обязателен для новых прикаспийских государств - Азербайджана, Казахстана, Туркменистана по двум основаниям. Во-первых, в силу того, что по международному праву сложившийся статус морского пространства обязателен для вновь появляющихся государств, во-вторых, в силу права международных договоров [311, с.15].

Туркменистан придерживался позиции кондоминиума, под которым подразумевалось общее использование не только толщи воды, но и недр Каспия. Со временем, из-за споров по разработке месторождений с Азербайджаном, Ашхабад тоже стал склоняться к разделу моря на секторы.

Иран не соглашается с принципом деления моря на секторы по национальным границам. Поскольку вследствие такого деления Ирану отходит самая малая часть. Поэтому Иран отстаивает либо де-юре действующий режим кондоминиума, ссылаясь на соглашения 1921, 1935 и 1940 годов, либо равное деление моря по 20% каждому государству, на основании того, что в период «советско-иранского моря» права прибрежных государств тоже были равными.

В 1995 году руководители правовых служб МИД прикаспийских государств провели две встречи – в Тегеране и Алматы. Важным итогом тегеранской встречи была договоренность участников о том, что правовой статус Каспия должен быть закреплен в едином документе, на основании которого в дальнейшем будут заключаться соглашения, регулирующие различные виды деятельности на Каспий. Во время алматинской встречи были согласованы семь основных принципов деятельности на Каспийском море, которые должны были в последующем стать важной составной Конвенции о правовом статусе Каспийского моря. Среди них – принцип демилитаризации Каспия, который будет иметь исключительно важное значение для обеспечения мира и стабильности в регионе.

Политический импульс продвижению решения проблемы был придан встречами руководителей прикаспийских государств на высшем уровне, в первую очередь, встречей президентов РК и РФ. С подписанием совместного заявления по Каспию Н. Назарбаевым и Б. Ельциным 27 апреля 1996 года российская сторона впервые признала право Казахстана на проведение работ по разведке и разработке нефтегазовых ресурсов Каспийского моря.

Впоследствии аналогичные документы были подписаны с Президентами Ирана и Азербайджана [91, с.123].

Таким образом, попытки выработки общего пятистороннего соглашения во второй половине 1990-х годов потерпели крах в результате различия позиций прикаспийских государств. Постепенно государства пришли к осознанию того, что подписание единой конвенции – это длительный процесс, который необходимо разделить на несколько этапов.

Первоначально необходимо достичь двусторонних соглашений, на основе которых можно приступать к выработке единой конвенции.

В 1998 году на основе ранее выдвинутого Казахстаном предложения разделить дно, а водную толщу оставить в общем пользовании и соответственно «принципу справедливости»6, закрепленного в конвенции ООН по морскому праву 1982 года, между Республикой Казахстан и Российской Федерацией было заключено соглашение «О разграничении дна северной части Каспийского моря по модифицированной срединной линии с целью установления суверенных прав на недропользования».

Модифицированная средняя линия позволяла решить вопрос о спорных месторождениях на стыке секторов Казахстана и России. Там применялся принцип точечной юрисдикции, то есть, было принято решение о совместной разработке этих месторождений. К 2002 году подобные соглашения были подписаны между Казахстаном и Азербайджаном, Россией и Азербайджаном, Азербайджаном и Туркменистаном. Азербайджан, настаивавший на жестком делении всего сектора, включая воду, воздушное пространство и дно Каспия, после визита в 2001 году В. Путина в Баку смягчил свою позицию и согласился на раздел дна моря с общей водной толщей и поэтапном отделении всего сектора. В 2002 году Азербайджан и Россия подписали в Москве соглашение о разграничении сопредельных участков шельфа Каспийского моря.

К 2002 году на основе двусторонних соглашений Казахстан, Россия, Азербайджан и Туркменистан смогли достичь урегулирования вопроса о недрользовании в Северной части Каспийского моря. Однако все острее на повестку дня вставала экологическая проблема, необходимость общей ответственности за экологию Каспия, за сохранность его биоресурсов. Этот вопрос может быть решен только в рамках общего пятистороннего соглашения. К тому не был урегулирован вопрос о недропользованиях с Ираном.

При таком раскладе дел в апреле 2002 года в Ашхабаде первый в истории саммит прикаспийских государств, в котором, соответственно, приняли участие главы государств и министры иностранных дел Казахстана, России, Ирана и Туркмении. Общей Конвенции о правовом статусе Каспийского моря выработано не было, более того государства отказались подписать совместную декларацию по итогам саммита главным образом из-за бескомпромиссной позиции Ирана. Тем не менее, уже сам по себе тот факт, что все прикаспийские государства собрались вместе на высшем уровне является прогрессивным шагом в вопросе пятистороннего урегулирования правового статуса Каспия. Действительно, свидетельством такого прогресса является подписание в 2003 году в Тегеране представителями Правительств пяти прикаспийских стран Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря. Почти три года понадобились на ее ратификацию всеми пятью государствами, и 12 августа 2006 конвенция вступила в силу.

Конвенция признавала важность сотрудничества договаривающихся сторон.

Главной целью называлось «защита морской среды Каспийского моря от загрязнения, защита, сохранение, восстановление, устойчивое и рациональное использование его биологических ресурсов» [68]. Конвенция предусматривает принцип «доступности информации о загрязнении морской среды Каспийского моря, в соответствии с которым договаривающиеся Стороны предоставляют друг другу соответствующую информацию в максимально полном объеме». Среди причин загрязнения отдельно выделяют деятельность на его дне, в связи с чем стороны предусматривают разработку дополнительных протоколов к настоящей Конвенции. Особое внимание уделяется «защите, восстановлению и рациональному использованию» [68] биологических ресурсов. Рамочная конвенция по защите морской среды является важным этапом в развитии сотрудничества всех прикаспийских государств в вопросах защиты экологии региона. Впервые, согласно Конвенции, договаривающиеся стороны сотрудничают в гармонизации правил предотвращения загрязнений, выработки стандартов определения критериев загрязнения. Стороны обязуются организовать контроль путем осуществления индивидуальных или совместных программ мониторинга и создания общей базы данных. Названная Конвенция значительный, но лишь первоначальный этап. На ее основе необходима выработка дополнительных протоколов, а также создание постоянного органа.

В процессе переговоров позиции РК, РФ и Азербайджана сближались.

Венцом усилий трех стран стало общее соглашение между Казахстаном, Азербайджаном и Россией о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна Каспийского моря, достигнутое 14 мая 2003 года. Но при этом стороны подчеркнули, что речь идет только о делимитации углеводородных ресурсов дна, установление каких-либо границ на поверхности моря не предусматривается (что идет в разрез интересам России).

Дальнейшая политическая, дипломатическая деятельность по правовому урегулированию использования ресурсов Каспийского моря требовала уточнения, усовершенствования подходов к решению проблемы на основе согласованной позиций государственных учреждений РК.

Постановлением Правительства Республики Казахстана от 4 июня 2004 года была создана Межведомственная комиссия по вопросам правового статуса Каспийского моря. Целью Комиссии являлась выработка предложений и согласованной позиции по определению правового статуса Каспийского моря при разработке проекта Конвенции о правовом статусе Каспийского моря.

Комиссии должна была выработать предложения по совершенствованию проекта Конвенции о правовом статусе Каспийского моря, исходя из экономических интересов РК, состояния экологической системы Каспийского региона, и с учетом принятых международных обязательств Казахстана в рамках международных соглашений. Также от ее работы ожидали предложения по отраслевым направлениям для подготовки единой позиции РК на переговорных процессах по вопросам правового режима Каспийского моря [312]. Об эффективности работы этой комиссии и дипломатического ведомства РК в данном направлении можно судить по тому факту, что в основной массе пунктов Декларации, принятой по результатам второго тегеранского саммита глав прикаспийских государств, проведенного в 2007 году, были озвучены позиции Казахстана по определению правового статуса Каспия (согласованные с Россией).

Современная "повестка дня" по вопросу о правовом статусе Каспия была обозначена в ходе прошедшего 16 октября 2007 года в Тегеране второго саммита глав прикаспийских государств.

Основными пунктами данной позиции, сохранившими актуальность до настоящего момента, являются:

1) раздел акватории Каспия на внутренние воды, территориальное море размером не менее 12 морских миль, рыболовные зоны размером 25-30 морских миль и общее водное пространство. В основу этого предложения легли отдельные положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 года;

2) обозначение линии государственной границы между прикаспийскими государствами по внешним рубежам территориального моря. В пределах этой границы каждое прибрежное государство должно осуществлять исключительную юрисдикцию и обладать всей полнотой власти в соответствующей зоне Каспия;

3) предоставление всем прикаспийским странам в рамках общего водного пространства права на свободу судоходства и рыболовства на основе согласованных квот вылова и лицензирования промысла;

4) юридическое оформление взаимодействия прикаспийских государств в сфере использования, охраны и воспроизводства биоресурсов Каспия путем подписания в этих целях соответствующего пятистороннего соглашения. В частности, предлагается установить распределение квот на вылов осетровых, при котором из всего общего допустимого улова Иран получает 45%, Россия остальные три государства - 28%;

5) закрепление в Конвенции о правовом статусе Каспийского моря положения о праве внутриконтинентальных прикаспийских государств на свободу транзита всеми транспортными средствами и доступа к другим морям и Мировому океану, предусмотренные в ряде универсальных международных договоров.

Президенты договорились, что территории государств бассейна не будут использоваться третьими странами. Кроме того, ни одна прибрежная страна не будет использовать свои военные силы против прибрежных соседей.

Положительным элементом декларации было то, что Стороны договорились о времени и месте проведения следующего саммита - в Баку в 2008 году [62]. К сожаление, на практике не удалось осуществить это намерение, однако в сентябре 2008 года в Баку было проведено 23 заседаний рабочей группы по определению статуса Каспия, на которых был достигнут сдвиг в направлении урегулирования правового статуса моря [313].

По прогнозам американских аналитиков, к 2015 г. Каспий станет одним из самых нестабильных регионов мира. В июле 2001 года на Каспии произошел первый и пока последний вооруженный инцидент между двумя прикаспийскими странами. Иранские боевые корабли помешали реализации проекта международного консорциума под руководством британской British Petroleum по освоению перспективных структур "Алов", "Араз" и "Шарг", расположенных в южной части Каспия в районе морской границы Азербайджана и Ирана. Также немалый конфликтный потенциал несли трения между Ираном и Туркменией по спорным участкам на Каспийском море [310, с.34].

Россия в условиях возможного появления на Каспии военных сил неприкаспийских государств летом 2005 г. выступила с инициативой создания системы каспийской безопасности и предложила координировать силы и средства прибрежных государств через единую структуру КАСФОР (группа оперативного взаимодействия, в состав которой входят все флоты каспийских стран). Казахстан со своей стороны вынес на обсуждение проект Пакта стабильности на Каспийском море. Однако эти проекты не получили должного отклика. Некоторые эксперты прикаспийских государств увязывают возможность их реализации только с урегулированием всех правовых вопросов.

Что касается Конвенции о правовом статусе Каспийского моря, она попрежнему не была принята из-за позиции Ирана. До середины 2009 года можно было надеяться на то, в скором времени Иран все же согласится на компромиссное решение, так как на втором саммите были достигнуты важные договоренности в сфере демилитаризации Каспия, что стало хорошей гарантией безопасности для Ирана. Но нынешняя ситуация с Ираном скорее всего указывает на то, что прикаспийские государства в скором времени вряд ли смогут прийти к единому знаменателю в данном вопросе и что определение правового статуса Каспийского моря стало делом будущего. Такая ситуация вокруг Каспия только усиливает многофакторность, зависимость региона от внешних сил, оставляя все меньше места для возможных компромиссов во благо самих же участников процесса. Нарастание напряженности в прикаспийском регионе вследствие позиции «пятерки» и вмешательства внешних акторов требуют от РК как продуманной, осторожной позиции, так активности и некоторой доли упорства в отстаивании национальных интересов страны в попытках решения каспийской проблемы.

Заложение основ многостороннего формата казахстанской 4.4 внешнеполитической доктрины Участие Казахстана в работе системы ООН является одним из главных направлений казахстанской многосторонней дипломатии. С момента получения независимости Республика была привержена идеям и принципам институционализма, в первую очередь, в отношении Организации Объединенных Наций, отвечающей за безопасность и стабильность во всем мире. В данном контексте РК исходила из понимания того, что членство и участие в этой глобальной организации способствует укреплению суверенитета и независимости страны, создает благоприятные международные условия для осуществления дальнейших преобразований в социальнополитической, экономической и других сферах общественной жизни.

Как отметил Н.Назарбаев, активное участие в работе ООН, предоставляет Казахстану «реальную возможность участвовать в выработке решений по многим международным вопросам и в первую очередь таким, которые имеют жизненно важный интерес для республики. Членство в ООН дает нашей стране политическую, экономическую отдачу, способствует прогрессивному развитию нашего государства, укреплению его национальной безопасности» [28, с.50-51].

23 января 1992 года Совет Безопасности ООН одобрил без голосования резолюцию, рекомендующую Генеральной Ассамблее принять РК в члены Организации Объединенных Наций. 2 марта 1992 года на 46-й сессии Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций, которая стала исторической по своему значению, резолюцией 46/224 Республика Казахстан была единогласно принята в члены ООН [89, с.61-63].

Характерной особенностью участия Казахстана в работе ООН стали активность, с которой страна включилась в реализацию изложенных в Уставе Объединенных Наций целей, и твердая приверженность основополагающим принципам поддержания мира и безопасности, развития дружественных отношений между нациями, осуществления международного сотрудничества в разрешении международных проблем. Доказательством этого стал первый же форум, 47-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН, проходившая 5 октября 1992 года, на которой казахстанская делегация приняла участие в качестве полноправного члена ООН со своим видением мировых проблем и инициативами по укреплению глобальной системы безопасности. На этой сессии с развернутой речью о международной политике Казахстана выступил Президент РК Н.А.Назарбаев. Именно в ней было представлено мировому сообществу СВМДА - казахстанская инициатива, которая сегодня стала реальным фактором международных отношений и формирования системы безопасности на Азиатском континенте. С высокой трибуны ООН Президент РК подчеркнул принципиальную готовность страны разделять с другими членами международного сообщества ответственность за достижение целей развития, соблюдение прав человека, укрепление режима нераспространения оружия массового поражения, выработку эффективных мер противодействия современным вызовам и угрозам стабильности и безопасности. В этом же выступлении прозвучал призыв к государствам-членам начать формирование фонда миротворческих усилий ООН за счет добровольного перечисления в него фиксированных взносов (один процент) от своих оборонных бюджетов.

Несмотря на то что эта инициатива пока не нашла своего воплощения, сама идея, направленная на сокращение мировых расходов на вооружение, не является недостижимой [30, с. 459].

Были подписаны соглашения об открытии в Алматы представительства ООН для Центральной Азии, Всемирная декларация в защиту детей.

Принятие во время 53-й сессии ООН в ноябре 1998 года резолюции «Международное сотрудничество и координация деятельности в целях реабилитации населения, экологии и экономического развития Семипалатинского региона в Казахстане»

свидетельствовало о поддержке РК со стороны мирового сообщества.

Одним из ярких проявлений институционализма на практике, демонстрирующим возможности и достижения казахстанской многосторонней дипломатии является членство РК в ОБСЕ. Республика Казахстан, как все бывшие советские республики, стала участником Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) 30 января 1992 г. Это автоматически означало признание Казахстана всеми 48 членами этой международной организации. В течение 1992 г. Казахстан подписал все основополагающие документы СБСЕ, в первую очередь, Хельсинский Заключительный Акт 1975 г. и Парижскую Хартию для Новой Европы и тем самым взял на себя все обязательства члена Совещания. В 1994 г. на Будапештском саммите СБСЕ была переименована в Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Вступление Казахстана в СБСЕ/ОБСЕ было продиктовано стремлением страны активно участвовать в общеевропейских процессах, позволяющих вырабатывать и применять на практике принципы, заложенные в Хельсинкском Заключительном акте 1975 года и других документах ОБСЕ.

С первых дней своего участия в этой организации Казахстан начал активно выступать за укрепление безопасности на пространстве CBСE/ОБCE.

Уже на Хельсинском саммите в 1992 году Президент Н.Назарбаев предложил создать специальные силы ОБСЕ для предотвращения региональных конфликтов и поддержанию мира в Евразии.

Сотрудничество Казахстана с ОБСЕ реализуется в трех основных направлениях: политика и вопросы безопасности; экономика и экология; демократия и права человека. При этом поддерживается конструктивный и партнерский диалог в оказании методологической, консультативной и финансовой помощи Казахстану по вышеуказанным направлениям. Руководством организации неоднократно оценивалась политика Казахстана как государства, руководство которого открыто и охотно идет на диалог с различными международными структурами, в частности с ОБСЕ.

Первый официальный визит Председателя СБСЕ (пpeмьер-министра Швеции М. Альф Угласа) состоялся в апреле 1993 г. и способствовал активизации сотрудничества между РК и СБСЕ. Казахстан принимал участие во всех саммитах СБСЕ/ОБСЕ: в Будапеште в 1994 Г., в Лиссабоне в 1996 г., в Стамбуле в 1999 г. Свидетельством. укрепления авторитета РК в организации был тот факт, что первое заседание Лиссабонского саммита прошло под председательством президента Казахстана.

В течение 1997-1998 гг. Казахстан с официальным визитами посетило руководство ОБСЕ; в результате переговоров с Правительством РК было принято решение об открытии Центра ОБСЕ в Алматы. Это решение было закреплено подписанием Меморандума в декабре 1998 Г., а в январе 1999 г.

Центр ОБСЕ начал свою деятельность в Казахстане. Oткрытие Центра было свидетельством того, что Центральная Азия оставалась приоритетной зоной действия ОБСЕ, о чем не раз заявляло руководство Организации. Согласно достиrнyтoй договоренности между РК и ОБСЕ, Центр располагал мандатом на деятельность по следующим направлениям: содействие соблюдению принципов и обязательств Организации, содействие участию Казахстана в рамках ОБСЕ в обеспечении всех измерений безопасности, поощрение контактов с институтами ОБСЕ и другими членами Организации, а также с международными организациями и институтами, налаживание и поддержание контактов с местными с властями, учебными, научными и неправительственными организациями, оказaние помощи региональной деятельности ОБСЕ.

В 1998 г. был подписан также Меморандум о взаимопонимании между РК и ОБСЕ, предусматривавший регулярные взаимные консультации и совместную реализацию проектов с НПО. Большую активность проявляли институты ОБСЕ в ходе президентских и парламентских выборов в Казахстане в 1999 и 2000 гг. В проведении круглых столов по выборам и наблюдении за выборами участвовали БДИПЧ, Парламентская Ассамблея ОБСЕ и Центр ОБСЕ в Алматы. Помимо выборов, Центр и БДИПЧ осуществляют и поддерживают проекты в гендерной сфере, по мониторингу развития законодательства. Партнерами Центра ОБСЕ в Казахстане являются Правительство и Парламент Республики, а также такие специализированные органы, как Комиссия по правам человека при Президенте РК, Центральная избирательная комиссия РК. Во второй половине 90-х годов были установлены и развивались межпарламентские связи через участие казахстанских парламентариев в работе Парламентской Ассамблеи (ПА) ОБСЕ в Копенгагене начиная с 1996 года [139, с, 68]. Одним из интересных мероприятий в этом направлении, инициированных РК, стало проведение в Казахстане Трансазиатского парламентского форума ПА ОБСЕ. В июне 2003 года в Алматы состоялся первый такой форум, где К.Токаев посвятил свое выступление борьбе с терроризмом.

Одним из важных направлений деятельности ОБСЕ в Казахстане 1992 г. являлось сохранение межэтнического согласия и соблюдение прав национальных меньшинств. В 1994 г. Верховный комиссар СБСЕ по делам национальных меньшинств М. Ван дер Стул посетил РК в апреле 1994 г. с целью активизировать политику Казахстану в направлении соблюдения прав национальных меньшинств, в языковой сфере, перехода из одного гражданства в другое и т.д. В дальнейшем политика Казахстана в этой области получила высокую оценку со стороны Верховного Комиссара.

Начиная с конца ХХ-века в отношениях между РК и ОБСЕ начинается интересный и плодотворный этап, где достижения и удовлетворенность сотрудничеством идут параллельно с критичным отношением сторон друг другу в принципиальных вопросах. На Стамбульском саммите в 1999 г. ОБСЕ впервые выразила обеспокоенность развитием ситуации вокруг Центральной Азии, ростом угрозы региону со стороны международного терроризма, агрессивного экстремизма, организованной преступности, незаконного оборота оружия и наркотиков. Президент РК в своем выступлении на этом саммите отметил достижения Казахстана в развитии процесса демократизации, а также важность продолжения диалога между центральноазиатскими государствами и ОБСЕ, развития регионального сотрудничества.

Была подчеркнута опасность новых вызовов и угроз, проявившихся в последнее время в Центральной Азии, и обозначены конкретные направления, по которым деятельность Организации должна быть усилена. Признание важной роли Центральноазиатского региона на пространстве ОБСЕ было зафиксировано в официальных документах Саммита - Хартии Европейской безопасности и Декларации Стамбульской встречи на высшем уровне, в которых ряд пунктов напрямую касался проблем безопасности Центральной Азии [117, с. 22].

Результаты Стамбульского саммита явились поворотным моментом для государств Центральной Азии. Предложенная казахстанской стороной инициатива включить в пространство безопасности ОБСЕ регион ЦА и учитывать в полной мере евразийский фактор была одобрена [139, с.72].

Отношения Республики Казахстан с НАТО являются одним из ярких доказательств проведения страной многостороннего внешнеполитического курса. В политике РК в отношении НАТО, кажущейся «непоследовательной и почти предательской» с точки зрения некоторых государств, четко проглядывается стремление реализовать жизненно важные национальные интересы страны, расположенной между двумя гигантами мировой политики, как Россия и Китай.

Установление прямых связей с различными международными и региональными структурами безопасности соответствует принципу многовекторности внешней политики Казахстана и отвечает интересам укрепления его национальной безопасности. Важным аспектом укрепления военной безопасности Республики является сотрудничество Казахстана с Североатлантическим альянсом (НАТО), которое активизировалось с момента провозглашения независимости Республики Казахстан.

Взаимодействие между Казахстаном и НАТО характеризуется позитивным поступательным развитием. В 1992 г. Казахстан присоединился к Совету Североатлантического сотрудничества (ССАС, ныне СЕАП). Сотрудничество Казахстана по линии СЕАП успешно осуществлялось на основе Плана по диалогу, партнерству и сотрудничеству. В мае 1994 г. Казахстан подписал Рамочный документ программы «Партнерство во имя мира» (ПИМ) [65, с. 300-301]. Вслед за этим в июле 1996 г. в штаб-квартире НАТО в Брюсселе были подписаны два соглашения между Казахстаном и НАТО – Соглашение о безопасности и Соглашение о статусе вооруженных сил.

Формы и масштабы участия Казахстана в программе «Партнерство во имя мира» определяются интересами международной и национальной безопасности, существующей потребностью и имеющимися возможностями. Основа сотрудничества Казахстана с НАТО базируется на учете взаимных интересов соседних по региону республик для того, чтобы действующие формы сотрудничества не воспринимались негативно как в Азии, так и среди стран – членов СНГ.

Программа ПИМ предлагает странам бывшего советского блока многие преимущества полноправных членов НАТО, кроме формальных гарантий безопасности. Они могут модернизировать свои вооруженные силы с тем, чтобы стать силами НАТО; участвовать в органах НАТО, принимающих решения, а также в военных маневрах и действиях НАТО; работать над созданием общих доктрин и стандартов боевой подготовки; перестроить свою военную инфраструктуру, чтобы дать возможность силам НАТО более эффективно действовать на их территориях; создать военный истэблишмент, хорошо интегрированный в демократическое общество.

В основе инициативы Президента Республики Казахстан по созыву СВМДА, с которой он впервые выступил на 47-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 1992 г. лежит глубокое понимание проблем обеспечения безопасности в Азии в условиях глобализации, [34, с. 231] где сосредоточено около половины ее населения планеты [42], и которая до настоящего времени остается крайне нестабильным регионом. Взаимное недоверие, подозрительность, многочисленные (в том числе и вооруженные) конфликты и особенно "ясно обозначившаяся тенденция распространения и совершенствования ядерного оружия" [35] в последние десятилетия не только вызывают тревогу и осложняют политический климат в регионе, но и ставят под вопрос само выживание человечества. Справедливость данного тезиса подтвердили события 1998 года, когда Индия и Пакистан объявили себя государствами, обладающими ядерным оружием и марта- июня 2002 г. на индо-пакистанской границе. Тогда обеими враждующими сторонами едва не было применено ядерное оружие, что, безусловно, на некоторое время отодвинуло на второй план (однако не отменило серьезности и опасности) не менее важные для Азии проблемы нелегальной иммиграции, возможной экологической катастрофы, религиозной и этнической нетерпимости, терроризма и распространения наркотиков. В подобных условиях, когда интересы и усилия международного экстремизма и терроризма сосредоточены именно здесь, нельзя не согласиться с тем, что страны, изначально втянутые в войны, соперничество, конкуренцию и противостояние, "будут непозволительно тратить ресурсы, время и энергию, обрекая себя на застой и отставание" [1, 14]. В это же время "новые угрозы требуют создания новых механизмов национальной безопасности" [36, 79].

Именно таким механизмом и призвано стать Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА).

Наиболее важными на первом этапе развития данного процесса были встречи экспертов министерств иностранных дел азиатских стран в апреле и августе - сентябре 1993 г., октябре 1994 г., результатом которых явилось создание Специальной рабочей группы (СРГ) для подготовки правовой базы созыва и официальных документов форума.

На совещаниях заместителей министров иностранных дел 7-8 февраля 1996 г. и 3 декабря 1997 г. было достигнуто понимание того, что процесс СВМДА требует длительного времени и скоординированности действий всех участников, и, по предложению Казахстана, создана постоянно действующая Контактная группа в составе представителей посольств стран-участниц в Алматы [321]. Приоритетной задачей данного органа явились проведение консультаций, обмен мнениями, экспертная оценка документов Совещания с привлечением научных кругов азиатских стран и международных организаций в межсессионный период.

Закономерным итогом совместной работы всех перечисленных выше структур и свидетельством понимания важности и ценности данного процесса явился тот факт, что идею созыва СВМДА активно поддержали не только государства Азиатского региона, но и Российская Федерация, Китай, США, Япония, Австралия, Турция, Германия. Например, вице-канцлер ФРГ Й.

Фишер заявил, что "правительство ФРГ готово поддержать политические инициативы Казахстана по урегулированию ситуации в регионе" [322, с.77].

Президент Ирана М. Хаттами не только неоднократно давал высокую оценку инициативе по СВМДА и ее роли в укреплении доверия в Азии, но и выразил ей "безусловную поддержку Ирана" [323, с.108].

Последний факт не вызывает удивления, ибо, за исключением СВМДА, в Азии на современном этапе не существует структуры, чья деятельность основана одновременно на расширении сферы общих интересов среди государств с различными внешнеполитическими концепциями и на решении ключевых вопросов, затрагивающих все страны Азиатского региона.

А именно на этом и сосредоточено основное внимание и главные усилия СВМДА и именно этим вызвана "растущая динамика развития совещания как многостороннего форума" [87, с.111]. Более того, через семь лет после выдвижения идеи созыва форума подобных масштабов удалось достичь и первого прорыва не только в количественном, но и в содержательном плане, поскольку на состоявшейся 14 сентября 1999 г. в Алматы встрече на уровне министров иностранных дел стран - участниц Совещания стало возможным подписание Декларации принципов СВМДА [59].

Следует отметить, что согласованный 15 странами документ представляет собой уникальный сплав европейского опыта в сфере разоружения, мер доверия и безопасности, гуманитарного и экономического сотрудничества, с одной стороны, и взглядов членов совещания на проблемы, которые присущи только Азиатскому континенту и решение которых требует особого подхода и учета специфики региона, - с другой. В Декларации содержатся базовые положения по обеспечению международной безопасности. Это уважение суверенитета и прав государств-участников;

сохранение территориальной целостности; невмешательство во внутренние дела друг друга; мирное урегулирование споров; отказ от применения силы;

разоружение и контроль над вооружениями; сотрудничество в социальной, торгово-экономической и культурно-гуманитарной сферах; уважение основных прав человека в соответствии с принципами ООН и международного права. Таким образом, впервые в истории были заложены юридические основы системы безопасности в Азии.

Следующей важной особенностью Декларации стало то, что произошел переход "от индивидуального поведения государств СВМДА к стремлению решать проблемы вместе" [87, 110]. При этом отмечено, что по мере продвижения к дальнейшему согласованию позиций "в Декларацию могут быть добавлены новые принципы международного сотрудничества, соответствующие целям и принципам Устава ООН" [324]. Тем самым, на практике подтверждаются слова бывшего министра иностранных дел Республики Казахстан Е. А. Идрисова, произнесенные на расширенной коллегии министерства в 2000 г. и выражающие уверенность: СВМДА - "не "пропагандистская штучка"... а наша убежденность в том, что в Азии нужен простой и надежный механизм для диалога и сотрудничества..." [20, 124].

В последующие годы был достигнут значительный прогресс в вопросе выработки совместного ответа на новые угрозы безопасности и использования мер доверия как основных направлений деятельности СВМДА, а также в позициях делегаций относительно необходимости институционализации самого форума. Переломными здесь стали заседания СРГ СВМДА в апреле и ноябре—декабре 2000 г., марте—июне 2001 г. Окончательно же для подписания главами государств и правительств первые документы были подготовлены и одобрены на шестом заседании Комитета Старших должностных лиц СВМДА 4 сентября 2001 г. [325] Более того, первый саммит глав государств и правительств в рамках СВМДА планировалось провести еще в октябре—ноябре 2001 г. Однако события 11 сентября 2001 г. в США и последовавшая вслед за ними международная контртеррористическая операция в Афганистане вынудили отложить на некоторое время проведение встречи лидеров азиатских стран.

Особое значение для Казахстана имеет военно-политическая составляющая регионального интеграционного сотрудничества в контексте обеспечения национальной безопасности страны. Как отмечает британский специалист по Центральной Азии Ширин Акинер в своей книге «Советское военное наследие в Казахстане», безопасность Казахстана не может быть обеспечена исключительно собственными силами самой республики, так как она располагает ограниченными техническими, экономическими и демографическими ресурсами [210, с.552-555].

В этой связи РК с первых дней суверенного развития осуществляет комплекс мер, направленных на противодействие угрозам безопасности страны по двум взаимодополняющим векторам:

внутринациональный и коллективный, в рамках двустороннего и многостороннего регионального сотрудничества.

Эскалация напряженности и конфликтные ситуации, перманентно возникающие на границах стран СНГ, ставили на повестку дня вопрос о выработке совместных мер по противодействию различным явлениям, угрожающим их стабильности и дальнейшему развитию. Важным шагом в этом направлении стало подписание в мае 1992 года в Ташкенте президентами пяти государств СНГ, в том числе Казахстана, Договора о коллективной безопасности, впоследствии легшего в основу Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Договор вступил в силу 20 апреля 1994 года и был рассчитан на 5 лет с возможностью продления. 2 апреля 1999 года президенты Армении, Беларуси, Казахстана, Киргизстана, России и Таджикистана подписали протокол о продлении срока действия договора на следующий пятилетний период, однако Азербайджан, Грузия и Узбекистан отказались от продления договора.

Для Казахстана подписание ДКБ в 1992 г., когда перед молодой независимой страной стояла задача обеспечения безопасности, территориальной целостности в условиях временной внешнеполитической дезориентации после «ухода» РФ из региона ЦА, имело стратегически важное значение. Поэтому, содержание статьи 2 данного Договора: «В случае возникновения угрозы безопасности территориальной целостности и суверенитету одного или нескольких государств-участников либо угрозы международному миру и безопасности государства-участники будут незамедлительно приводить в действие механизм совместных консультаций с целью координации своих позиций и принятия мер для устранения возникшей угрозы», [58, с. 56] было для РК не просто внешнеполитической прокламацией, а приоритетным на тот момент видением обеспечения безопасности страны.

Военно-оборонительные возможности Договора были задействованы осенью 1996 и летом 1998 гг. в связи с опасным развитием событий в Афганистане непосредственно у границ центрально-азиатских государств - членов ОДКБ. В 1999 и 2000 гг. в результате оперативно осуществленных мер была нейтрализована угроза, созданная широкомасштабными действиями вооруженных группировок международных террористов на юге Киргизии и в других районах Центральной Азии.

Президент Казахстана Н.А.Назарбаев в одном из своих выступлений говорил: «Сегодняшний мир уже трудно представить без ШОС. Мы с удовлетворением отмечаем, что совместными усилиями ШОС последовательно укрепляет свои позиции как гарант безопасности и стабильности в регионе». Также без участия в ШОС невозможно представить в целом внешнеполитический курс Казахстана и его региональную политику.

По мнению ряда аналитиков (в частности Б.К. Султанова) без Казахстана функционирование ШОС было бы немыслимо.

Одна из особенностей ШОС заключается в том, что она в статусном отношении не является ни военным блоком, как НАТО, ни открытым регулярным совещанием по безопасности, как АРФ АСЕАН, занимая промежуточную позицию [175, с. 202]. Главными задачами организации являются укрепление стабильности и безопасности на широком пространстве, объединяющем государства-участников, борьба с терроризмом, сепаратизмом, экстремизмом, наркотрафиком, развитие экономического сотрудничества, энергетического партнерства, научного и культурного взаимодействия. После того, как Китаю удалось решить все территориальные вопросы с соседними государствами СНГ - Россией, Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном перед партнёрами открылись перспективы для дальнейшего развития плодотворного регионального сотрудничества. Для России и Китая это была привлекательная возможность объединить под своей эгидой усилия и потенциалы центральноазиатских государств для сдерживания возможной экспансии других мировых центров силы и влияния в Центральной Азии [173, с. 252].

Такое переплетение интересов вокруг ШОС актуализирует участие РК в деятельности данной организации исходя из следующих аспектов:

- взаимодействовать с двумя великими соседями- РФ и КНР - на одной волне в рамках общего институционализированного объединения;

- проблемы безопасности в ЦАР, где высока опасность терроризма, сепаратизма и который с середины первого десятилетия наблюдались синдромы цветных революций на фоне нерешенности социальных проблем населения ряда стран региона;

- интересы экономики и торговли, в последние годы особую злободневность приобретают вопросы энергетической безопасности;

- усиление влияния американского фактора в регионе.

На основе сложившегося благоприятного политического климата, а также по причине возрастающей опасности превращения региона в район перманентной нестабильности из-за резкой активизации международного терроризма в 1996 году была образована «Шанхайская пятёрка».

Последующие ежегодные саммиты участников «Шанхайской пятёрки»

проходили в Москве в 1997 году, Алматы (Казахстан) в 1998 году, в Бишкеке (Киргизстан) в 1999 году и в Душанбе (Таджикистан) в 2000 году. Ко времени проведения бишкекского саммита для всех участников «Шанхайской пятёрки»

стала очевидной необходимость в развертывании взаимодействия по широкому спектру направлений, что потребовало создания постоянных механизмов сотрудничества в форме встреч министров и экспертных групп.

Фактически начала складываться архитектура новой международной организации. Возник институт национальных координаторов, назначаемых каждой страной.

В 2001 году очередная встреча вновь была проведена в Шанхае (Китай). Тогда пять стран-участниц приняли в состав организации Узбекистан (что было зафиксировано в совместном заявлении глав государств и повлекло переименование организации в Шанхайскую организацию сотрудничества, или «Шанхайскую шестёрку»).

После распада СССР Республика Казахстан проводила активную политику по воссозданию общего пространства на новой основе. Следование целям и принципам Соглашения о создании Содружества Независимых Государств означала для молодой Республики самоидентификацию в системе международных отношений и выбор основного приоритета во внешнеполитическом курсе страны на заре независимости.

Опыт почти двадцатилетней истории СНГ показывает, что его деятельность изначально носило противоречивый характер. В результате накопленное количество перекрестных договоренностей не перешло в качество экономического взаимодействия. Несмотря на внушительную договорно-правовую базу СНГ как надгосударственное образование имеет слишком небольшое количество «точек соприкосновения» между его участниками. Это заставляет лидеров стран Содружества искать альтернативные интеграционные варианты. В течение всей истории СНГ интеграционные процессы в нем идут параллельно с возникновением и активным развитием региональных объединений стран Содружества.

На сегодняшний день в СНГ сложилась система взаимодействия, которую можно назвать многоуровневой или разноскоростной. Первый уровень - так называемые интеграционные механизмы Содружества, которые носят декларативный, нежели функциональный характер. СНГ представляет собой нечто вроде форума, на котором высшие руководители государствучастников обмениваются мнениями по узловым вопросам мировой политики и деятельности, перспективах Содружества. Второй уровень -- создаваемые в рамках Содружества с середины 1990-х гг. региональные (можно называть их субрегиональными) объединения. На этом уровне особо выделяются субрегиональные объединения в ЦАР, где роль инициатора-интегратора играет Казахстан.

В целях создания необходимых условий для интеграционных процессов в январе 1994 г. главами Казахстана и Узбекистана был подписан Договор о создании единого экономического пространства, и именно с этого момента, собственно говоря, и начинается период становления ЦАЭС.

В апреле того же года к договору присоединился Кыргызстан, а позднее (26 марта 1998 г.) - Таджикистан. Вскоре региональное объединение государств - участников Договора о создании единого экономического пространства получило название Центрально-Азиатское экономическое сообщество (ЦАЭС). Объединение предусматривало свободное перемещение товаров, услуг и капиталов, рабочей силы и должно было обеспечить согласованную расчетную, бюджетную, налоговую, ценовую, таможенную и валютную политику государств-участников. Для выработки общих подходов в решении региональных проблем и основных направлений сотрудничества в различных сферах в июле 1994 г. были образованы Межгосударственный совет, Совет премьер-министров, Совет министров иностранных дел и постоянно действующий рабочий орган Межгоссовета и его институтов Исполнительный комитет. Тогда же были подписаны соглашения об информационном обеспечении межгосударственных договоров и соглашений в области экономического и социального развития государств-участников, об учреждении Центральноазиатского банка сотрудничества и развития, о военно-техническом сотрудничестве и другие важные документы.

Возрастание интереса к ЦАЭС в мире проявилось в расширении круга государств, которым предоставлен статус наблюдателей в Межгосударственном совете. Россия получила такой статус 23 августа 1996 г., а 24 июня 1999 г. его обрели Грузия, Турция и Украина.

За период после подписания Договора о создании единого экономического пространства Межгосударственным советом и его институтами была проведена большая работа по реализации основных положений этого документа, формированию необходимой нормативноправовой базы для интеграции стран региона.

В начале 1995 года принимается к реализации Программа экономической интеграции между государствами-участниками и утверждается перечень инвестиционных проектов с учетом приоритетности развития народнохозяйственных комплексов. В 1997 году по мере реализации этой программы и инвестиционных проектов проведена их корректировка. В это же время начала осуществляться Программа сотрудничества в области миграции населения, подписывается соглашение по созданию правовых, экономических и организационных условий для свободного перемещения рабочей силы.

Рабочими группами антимонопольных органов государств-участников при организационной поддержке исполкома Межгосударственного совета согласована Программа их совместных действий на 1998-1999 годы и подготовлены проекты межведомственного Соглашения об углублении интеграции в области антимонопольной политики и Положение о рабочей группе. Это позволило наладить обмен нормативными документами, информацией о деятельности антимонопольных служб государств-участников и об уровне цен на товары различных групп. Подписывается также Соглашение о комплексном использовании водно-энергетических ресурсов Нарын-Сырдарьинского каскада водохранилищ, разрабатываются принципы и единый порядок долевого участия государств-участников в финансировании затрат на эксплуатацию и ремонт межреспубликанских водохозяйственных объектов. Принимаются межгосударственные документы и по созданию общего научно-технологического пространства стран Сообщества. На основе многосторонних соглашений осуществлялась унификация статистических данных. Кроме того, стороны систематически начали обмениваться научнотехнической, оперативной, сейсмологической и геофизической информацией, приступили к сотрудничеству по вопросам предупреждения и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций. Для взаимодействия по контролю за незаконным оборотом наркотиков образуется межгосударственная комиссия, работа которой уже начала приносить свои результаты.

Действуют соглашения о межгосударственной аренде земель, автодорог, в области фармацевтической промышленности и здравоохранения.

Осуществляются совместные меры по предотвращению возможного загрязнения окружающей среды.

Серик Примбетов, работавший постоянным представителем РК в исполкоме межгоссовета ЦАЭС констатитрует: «Правда, пока далеко не все цели, предусмотренные в Договоре о ЕЭП, удалось реализовать». Главной причиной такого состояния дел он считает занятость центральноазиатских государств своими внутренними проблемами»[94].

В условиях динамично меняющейся ситуации в регионе и вокруг него к началу нового века назрела объективная необходимость сотрудничества не только в экономической сфере, но и в расширении и углублении взаимодействия в политической, научно-технической и культурногуманитарной сферах.

В этой ситуации решение, принятое президентами государств участников Ташкентского саммита о преобразовании ЦАЭС в ЦАС, можно рассматривать как своевременный и закономерный процесс динамичного и поступательного развития регионального сотрудничества в Центральной Азии.

Таким образом, за годы первого десятилетия независимого развития Казахстан стал участником глобальной международной организаций. Через налаживание сотрудничество с НАТО, членство в ОБСЕ он вошел в контитентальную систему безопасности. Идея создания и продвижения СВМДА заявили о Казахстане как об активном и ответственном участнике региональной и глобальной систем международных отношений. С первых дней независимости Республика проявляла активность по созданию структур безопасности, продвижению интеграционных проектов в регионе. Тем самым, многосторонний формат внешнеполитического курса страны поспособствовал вхождению Казахстана в мировое сообщество, систему международных отношений.

5 Второй этап формирования внешнеполитической доктрины РК: на пути к акторству в региональных международных отношениях.

Глобальные аспекты многосторонней дипломатии 5.1 Казахстана в новом веке С началом нового ХХ1-века Казахстан расширил свое участие в системе ООН. Важной вехой в развитии сотрудничества между РК и ООН стал официальный визит Генерального Секретаря ООН в Казахстан 17-18 октября 2002г., закрепивший результаты десятилетнего сотрудничества между Казахстаном и ООН, а также обозначивший новые перспективы взаимодействия [111, с.148].

Участие Президента РК Н.А.Назарбаева в работе 62-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН (24-26 сентября 2007г., Нью-Йорк) вновь подтвердило ту важность, которую наша страна придает динамичному и конструктивному развитию сотрудничества с этой универсальной международной организацией. В ходе визита состоялось выступление Главы государства на общих дебатах, в котором была четко выражена позиция Казахстана по актуальным проблемам международной безопасности, развития и роли ООН в их решении. Состоялась встреча Президента РК с Генеральным секретарем ООН Пан Ги Муном, на которой были обсуждены вопросы сотрудничества в различных областях совместной деятельности. Одним из главных итогов визита стало подписание Президентом РК Н.Назарбаевым факультативных протоколов к Международному пакту о политических и гражданских правах и Конвенции ООН против пыток и других бесчеловечных способов обращения [314].

Официальный визит Председателя Генеральной Ассамблеи ООН С.Керима в Казахстан (23-27 апреля 2008г.) подтвердил, что сотрудничество между Казахстаном и ООН имеет всеобъемлющий характер и значительный потенциал для развития. С.Керим особо подчеркнул роль Казахстана в процессе ядерного разоружения, инициативы страны в продвижении межконфессионального диалога [315].

Со времени вступления в Организацию Объединенных Наций Казахстан активно участвовал в ее главных мероприятиях, таких как Саммит тысячелетия ООН 2000 года, в ходе которой были приняты Декларация тысячелетия и Цели развития тысячелетия, Саммит 2005 года, по итогам которого были утверждены основные направления реформы Организации, а также в других крупных форумах и конференциях, таких как Йоханнесбургский саммит ООН по устойчивому развитию, Монтеррейская конференция в области финансирования развития, Специальная сессия ГА ООН по положению детей, Специальная сессия ГА ООН по борьбе против ВИЧ/СПИДа.

Признанием конструктивной роли Казахстана в деятельности ООН стало избрание страны в один из главных ее органов - Экономический и социальный совет. Второго ноября 2006 года на пленарном заседании Генеральной Ассамблеи Казахстан получил поддержку 187 из 192 государств членов ООН и стал первым государством Центральной Азии, избранным в число 54 государств - членов ЭКОСОС. Членство в ЭКОСОС основано на признании практического вклада Казахстана в укрепление международной безопасности и режим нераспространения оружия массового уничтожения, развитие диалога цивилизаций, успешной реализации Целей тысячелетия.

В вопросе достижения Целей развития тысячелетия (ЦРТ), утвержденных главами государств на Всемирном Саммите 2000 года, Казахстаном уже выполнен ряд задач ЦРТ, включая снижение бедности, доступ к образованию. В настоящее время, страна начинает реализацию повестки «ЦРТ плюс», которая адаптирована к условиям Казахстана и предусматривает более высокие показатели и индикаторы.

Конструктивная роль Республики в решении актуальных проблем современного развития была выражена в инициативах Правительства Казахстана о проведении таких крупных международных форумов, как первая глобальная Конференция ООН для стран, не имеющих выхода к морю (Алматы, август 2003г.) и 63-я сессия Экономической и Социальной Комиссии ООН для Азии и Тихого океана (ЭСКАТО) (Алматы, май 2007г.). По итогам проведенных форумов были приняты Алматинская программа действий по решению проблем внутриконтинентальных стран в их взаимоотношениях со своими транзитными соседями, а также Алматинская декларация ЭСКАТО.

Казахстан внес значительный вклад в продвижении вопроса здравоохранения в глобальной повестке дня, проведя Международную конференцию, посвященную 30-летию Алма-Атинской Декларации по первичной медико-санитарной помощи (15-16 октября 2008г., Алматы). В ней приняли участие Генеральный директор Всемирной Организации Здравоохранения Маргарет Чен и Исполнительный директор Детского Фонда ООН Анн Венеман [316].

Признавая главенствующую роль ООН в решении важнейших вопросов современного мира, Казахстан не может быть сторонним наблюдателем происходящих в этой организации процессов. РК за годы независимого развития внесла ощутимый вклад в поддержание международного мира и безопасности. Отказ от ядерного оружия, создание мер доверия в Азии, укрепление интеграционных процессов на пространстве Евразии, поощрение диалога цивилизаций и религий – вот далеко не полный перечень шагов предпринятых нашим государством в соответствии с целями и принципами Устава ООН. Казахстан заслужил широкое признание в ООН, как государство, имеющее взвешенный и конструктивный подход к решению мировых проблем.

На основе безусловного соблюдения Устава ООН, Казахстан намерен дальше прилагать усилия, направленные на укрепление Организации и создание при центральной роли ООН всеобъемлющей системы безопасности.

Казахстан всецело поддерживает миротворческую деятельность и усилия ООН по укреплению своего миротворческого потенциала и положительно оценивает принимаемые меры по дальнейшему расширению мандата системы резервных соглашений ООН. Свидетельством активного участия Казахстана в этой деятельности является создание Казахстанского миротворческого батальона (Казбат) и его преобразование в Казахстанскую миротворческую бригаду «Казбриг», которую в дальнейшем намеревались использовать в миротворческих операциях под эгидой ООН. Результатом такого сотрудничества явилась эффективная деятельность казахстанского контингента в Ираке, усилиями которого было обезврежено более 4 миллионов единиц боеприпасов. Казахстанские врачи вместе с иностранными коллегами спасли жизни более 500 иракских граждан. После завершения казахстанской миссии в Ираке все военнослужащие вернулись на Родину.

С подписанием в 2003 году Меморандума о взаимопонимании с ООН относительно вкладов в систему подготовительных мероприятий ООН, Казахстан выразил готовность предоставить для миротворческих операций персонал, бронетехнику и транспорт миротворческого батальона «Казбат» и заинтересован в более активном участии в системе закупок ООН для операций по поддержанию мира.

Казахстан выступает за расширение взаимодействия между ООН и региональными организациями и укрепление партнерских связей между самими региональными организациями в борьбе с организованной преступностью, угрозой распространения наркотиков, нелегальной миграцией, религиозным экстремизмом, бедностью и распространением ВИЧ/СПИДа.

Страна намерена целенаправленно использовать возможности ООН и организаций ее системы по принятию конкретных мер, направленных на содействие социально-экономическому развитию страны.

В целях консолидации усилий по борьбе с международным терроризмом в январе 2005 года Республика Казахстан провела выездное заседание Контртеррористического комитета Совета Безопасности ООН [25].

С первого дня независимости Казахстан принимает самое активное участие в работе ООН и ее специализированных учреждений. Это сотрудничество является одним из приоритетных направлений внешней политики РК. Главными задачами в этой деятельности является проведение работы по обеспечению стратегических интересов РК на международной арене в области глобальной и региональной безопасности, становления справедливого мирового порядка в политике и экономике, создания рамок для устойчивого развития, гармонизации отношений между членами мирового сообщества.

Начиная с февраля 1992 года, в Казахстане открыты и активно работают представительства ряда специальных учреждений, фондов и программ системы ООН. Их деятельность направлена на оказание широкой технической, консультативной и финансовой помощи Казахстану.

Наработан огромный потенциал сотрудничества РК с Программой развития ООН, Детским Фондом ООН, Всемирной Организацией Здравоохранения, Программой ООН по окружающей среде и другими учреждениями в деле привлечения в Казахстан экспертной, технической и финансовой помощи ООН на этапе становления государственности. Вопросы оказания содействия регионам бывшего Семипалатинского полигона и Аральского моря, эффективного использования водных ресурсов и борьба с опустыниванием также будут в фокусе совместного взаимодействия.

На данный момент система Организации Объединенных Наций в Казахстане представлена 16 организациями: ПРООН (Программа развития ООН); ЮНИСЕФ (Детский фонд ООН); ЮНФПА (Фонд ООН по народонаселению); УНП (Управление ООН по наркотикам и преступности);

УВКБ ООН (Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев);

ДООН (Добровольцы ООН); ЮНИФЕМ (Фонд развития женщин ООН); МОТ (Международная организация труда); ЮНЕСКО (Организация ООН по вопросам образования, науки и культуры); ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения); ЮНИДО (Организация промышленного развития ООН);

ВБ (Всемирный банк); МВФ (Международный валютный фонд); ООН/СПИД (Совместная Программа ООН по ВИЧ/СПИДу); ДОИ (Представительство Департамента общественной информации); УКГД (Управление ООН по координации гуманитарной деятельности).

Современное сотрудничество между Правительством РК и Представительством ООН в Казахстане ведется на основе Рамочной программы ООН по оказанию помощи в целях развития (ЮНДАФ) на 2005гг. Этот документ служит своеобразной «дорожной картой», которая определяет характер, стоимость и области применения проектов, которые будут реализованы совместно с заинтересованными государственными органами РК.

Новый виток развития сотрудничества с ООН будет отражен в разрабатываемой программе ЮНДАФ на 2010-2015 годы. Её основными приоритетами станут вопросы снижения бедности и безработицы, материнской и детской смертности, устойчивого развития, улучшения окружающей среды, профилактики ВИЧ/СПИД и гендерного равенства.

На данном этапе руководство Республики, поддерживая деятельность Генерального Секретаря ООН Пан Ги Муна, направленную на всестороннее укрепление роли ООН в важных областях международного сотрудничества, всемерно содействует укреплению взаимодействия РК с этой авторитетнейшей международной организацией, ее специализированными учреждениями, фондами и программами.

Позиция Казахстана в вопросе реформирования ООН была выработана по итогам консультаций с государствами - членами ООН и представляет собой цельную картину, которая учитывает наши национальные интересы и обязательства перед нашими партнерами. РК выступает за то, чтобы сильная и дееспособная ООН являлась ключевым инструментом коллективного регулирования международных отношений и формирования многополярного мироустройства на основе Устава ООН и норм международного права. Страна считает необходимыми адаптацию институтов системы ООН к современным геополитическим и геоэкономическим реалиям, рациональных преобразований для учета мнения всех государств в решении основных международных проблем.

Все важнейшие международные проблемы в таких ключевых областях, как мир и безопасность, устойчивое развитие, разоружение, нераспространение оружия массового уничтожения, борьба с международным терроризмом и экстремизмом, незаконным оборотом наркотиков и организованной преступностью, развитие, а также соблюдение прав человека, должны решаться в рамках международного права под эгидой ООН [25].

Казахстан поддержал претензии Германии и Японии, а также Индии на получение статуса постоянных членов совета Безопасности ООН. Не исключается возможность получения такого же статуса Италией и Бразилией [97, с. 454].

По мнению казахстанской стороны в условиях, когда процесс реформирования ООН затягивается, решение данного вопроса может быть найдено только в рамках конструктивного диалога. Ключ к решению проблемы лежит в принципиальном отказе от мышления времен холодной войны, учете реалий современного мира и мнений всех членов международного сообщества.

Изменение характера международной безопасности, появление новых угроз в ХХ1-веке активизировало взаимодействие Казахстана с НАТО по актуальным вопросам региональной безопасности. В ходе визита генерального секретаря НАТО Дж. Робертсона в РК в июле 2003 года Н.Назарбаев отметил, что для Казахстана важным аспектом обеспечения региональной безопасности в Центральной Азии является партнерство и сотрудничество с этой организацией. По словам Президента Казахстана, потенциал такого взаимодействия огромен [328, с. 457].

Двустороннее сотрудничество между РК и Альянсом развивается в соответствии с договоренностями, достигнутыми во время встречи Н.Назарбаева и Дж.Робертсона в ходе Пражского саммита Совета Евро-Атлантического партнерства (СЕАП) в ноябре 2002 года. По их инициативе в июне 2003 года в г. Алматы состоялась международная конференция СЕАП, в работе которой приняли участие представители более 20 государств-членов СЕАП, а также НАТО, ООН, ОБСЕ. В своем приветственном послании Н.Назарбаев подчеркнул, что «для создания надежной системы безопасности необходима политическая воля всех государств и международных объединений»

[111, с. 152].

В марте 1998 года состоялось открытие миссии Казахстана при НАТО, а с октября 2002 года в составе миссии действует офис военного представительства Казахстана при НАТО.

Во время своего выступления на саммите НАТО/СЕАП в июне 2004 года в г. Стамбул Н.Назарбаев обратил внимание на необходимость объединения усилий в борьбе с главными угрозами региональной безопасности - наркотрафиком и терроризмом и подчеркнул готовность Республики активно участвовать в восстановлении Афганистана. Президент Казахстана отметил так же важность координации действий с такими международными организациями, как ШОС, ЦАС, ОДКБ. В заключении Глава нашего государства подтвердил основные ориентиры дальнейшего взаимодействия и практического сотрудничества между Казахстаном и НАТО [111, с. 153].

В рамках Индивидуальной программы партнерства (ИПП) Казахстан отходит от простого набора мероприятий и планирует свою деятельность по конкретным направлениям, необходимым для эффективной ее реализации. Расширяется участие казахстанских военнослужащих в войсковых и командно-штабных учениях, учебных программах и семинарах.

Разработана «Индивидуальная программа партнерства на 2003годы», было запланировано 127 мероприятий, из которых на военную часть приходилось 86, остальные - по линии Министерства иностранных дел и Агентства чрезвычайных ситуаций. В рамках программы «Процесс планирования и анализа» Министерством обороны Казахстана осуществлен комплекс мер по присоединению к текущему циклу программы. Для Казахстана отобраны 14 целей партнерства.

Казахстан активно развивает деятельность в рамках «Процесса планирования и обзора» (ПАРП) - основного инструмента партнерства, обеспечивающего оперативное взаимодействие вооруженных сил странучастниц. Процедура присоединения Казахстана к ПАРП завершилась в июне 2002 года.

Важное место занимает взаимодействие в рамках программы «Наука во имя мира». Первостепенное внимание уделяется проблемам Семипалатинска, Аральского моря и безопасности трубопроводов.

В октябре 2005 года вступило в силу подписанное еще в июле 1996 года двустороннее Соглашение о безопасности. Оно направлено на закрепление взаимных обязательств сторон по защите чувствительной информации, обмениваемой в рамках программы ПРМ.

Казахстан рассматривает упрочение диалога с НАТО, прежде всего, в области подготовки кадров, миротворчества, научно-технического сотрудничества, как свой вклад в укрепление безопасности на евразийском пространстве. В первую очередь, это военное сотрудничество, в том числе подготовка миротворческих сил. Сотрудничество с НАТО необходимо направлять на формирование нового типа Вооруженных сил Казахстана.

Поэтому такие направления сотрудничества, как оборонное строительство, в частности организация службы береговой охраны, функционирование Вооруженных сил в условиях демократии, разработка военной стратегии и особенно обучение и подготовка военных кадров в военно-учебных заведениях НАТО, представляются весьма полезными для Республики.

В рамках Индивидуальной программы партнерства (ИПП) Казахстан отходит от простого набора мероприятий и планирует свою деятельность по конкретным направлениям, необходимым для эффективной ее реализации.

Расширяется участие казахстанских военнослужащих в войсковых и командно-штабных учениях, учебных программах и семинарах.

Казахстаном активно на всех уровнях в НАТО проводится тезис о необходимости выделения конкретной помощи Альянса на месте, в том числе путем организации регулярных поездок в Казахстан экспертных групп, старших должностных лиц по различным направлениям программы ПИМ, что было позитивно воспринято руководством НАТО.

РК стала одним из инициаторов создания подразделения СЕАП, в рамках которого на регулярной основе могли бы встречаться руководители антитеррористических ведомств с целью обмена информацией и опытом, принятия решений по координации деятельности на тех направлениях, которые представляют общий интерес. В рамках становления этого подразделения в НАТО передан перечень приоритетов РК по развитию сотрудничества в указанной сфере.

Участвуя в Плане действий партнерства по борьбе с терроризмом (ПАПТ), Казахстан вносит свой вклад в эту борьбу. Это предполагает обмен разведданными и аналитическими разработками с НАТО, совершенствование национального потенциала, необходимого для контртеррористической деятельности, и упрочение безопасности границ. В 2006 и в 2007 Казахстан провел на своей территории крупные контртеррористические учения «Степ Игл» («Степной орел»). Эти учения способствовали повышению оперативной совместимости КАЗБРИГ и сил Североатлантического союза. В результате учений подразделения прошли сертификацию НАТО для возможного развертывания [329].

С учетом роли региона в нынешней глобальной антитеррористической операции взаимоотношения НАТО с государствами Центральной Азии привлекают особое внимание международного сообщества. Первостепенной задачей в нестабильном мире становится противодействие вызовам безопасности, что в перспективе позволяет обеспечить пространство для решения актуальных задач в области экономики и прав человека.

Анализ и противодействие существующим вызовам и угрозам, включающим терроризм, организованную преступность, неконтролируемую миграцию, торговлю наркотиками и распространение оружия массового поражения, становится основным содержанием в диалоге Казахстана с НАТО и ОБСЕ в настоящем и будущем. Наращивание присутствия этих организаций в регионе говорит о том, что Центральная Азия расценивается в качестве буфера в противодействии угрозам и кризисам XXI в. [215, с.19].

Участие центральноазиатских государств, в частности Казахстана, в СЕАП и ПИМ является «возможностью интегрироваться в глобальную систему безопасности, практически участвовать в международном военнополитическом сотрудничестве» [330, с. 85].

На более высокий уровень развития отношений стороны вышли в январе 2006 года, утвердив индивидуальный план действий партнерства (ИПДП) в формате «НАТО+Казахстан». План направлен на укрепление региональной и международной безопасности, углубление процесса трансформации Вооруженных Сил РК, повышение оперативной совместимости, сотрудничество в области борьбы с терроризмом, чрезвычайного гражданского планирования, науки и экологии.

Страны НАТО и Казахстан ведут сотрудничество по крупному проекту, направленному на развитие ВМС Казахстана в Каспийском море.

Продолжается разработка общих стратегических документов ВМС, и параллельно с этим делается все необходимое для того, чтобы военнослужащие ВМС Казахстана прошли в полном объеме учебную подготовку в соответствии со стандартами и тактикой НАТО.

В сотрудничестве с НАТО и посредством участия в мероприятиях, организуемых Евроатлантическим координационным центром реагирования на стихийные бедствия и катастрофы, Казахстан развивает национальный потенциал реагирования на гражданские ЧС и ликвидации последствий катастроф.

Дальнейшее развитие получило сотрудничество по научной линии.

Научная программа НАТО направлена на поддержку ученых стран – участниц ПИМ, и одним из путей достижения этой цели явилось создание местных сетей, объединяющих научные и учебные заведения путем содействия им в создании соответствующей инфраструктуры и организации семинаров. К примеру, в области информационного и научного сотрудничества, Казахстан участвует в финансируемом НАТО проекте «Виртуальный Шелковый путь», который обеспечивает подключение к глобальной сети Интернет стран Центральной Азии и Кавказа, связывая их между собой и с другими странами мира. Первоочередная цель данного проекта – связать Европу со странами Центральной Азии и Кавказа, а также способствовать обмену знаниями и идеями. Цель этого проекта – облегчить доступ ученым и преподавателям восьми стран южного Кавказа и Центральной Азии к компьютерным сетям и Интернету, что будет являться связующим звеном и налаживанием контактов высококвалифицированных ученых и исследователей Запада и стран Центральной Азии и Кавказа, потенциал которых можно наиболее эффективно реализовать с помощью глобальной сети Интернет.

В настоящее время приоритетными направлениями сотрудничества

Казахстана с НАТО являются следующие:

- подготовка казахстанских офицеров командно-штабного звена (курсы, семинары, учения в рамках НАТО/СЕАП) с целью обеспечения должного уровня взаимодействия с коллегами из государств – членов НАТО при проведении совместных миротворческих и иных операций;

- изучение и сопоставительный анализ современных западных образцов военной техники, особенно средств связи и управления войсками, комплексов контроля воздушного пространства;

- возможность оказания прямого военно-технического содействия Казахстану как за счет консолидированных ресурсов НАТО, так и средств государств, входящих в Альянс;

- создание в Казахстане Центра информации и документации НАТО и Центра ПИМ с приданием ему статуса регионального [101. с. 23-25].

24 июня 2009 года в Астане прошел третий Форум безопасности Совета евроатлантического партнерства. В форуме приняли участие высокопоставленные представители из государств-членов и государствпартнеров НАТО. В тот же день в г. Алма-Ата, в Университете имени альФараби состоялся круглый стол по вопросам реализации программ НАТО "Наука ради мира и безопасности". В эти дни Генеральный секретарь НАТО Я.

Схеффер находился с визитом в Астане, где встретился с президентом Казахстана Н. Назарбаевым и обсудил с ним перспективы сотрудничества между НАТО и Казахстаном в контексте программы "Партнерство ради мира".

Говоря о стратегических задачах, стоящих перед альянсом, Я.

Схеффер отметил: "Задача партнерства состоит уже не в том, чтобы разрушить недоверие, оставшееся со времен холодной войны. Оно превратилось в уникальный механизм решения общих задач". Приоритетными направлениями деятельности организации являются сегодня борьба с терроризмом, наркотрафиком, организованной преступностью и распространением ядерного оружия, подчеркнул Генеральный секретарь.

НАТО больше не ставит перед собой задачи "территориальной обороны в стиле холодной войны" и не "выступает в роли мирового жандарма", добавил он. Яап до Хооп Схеффер охарактеризовал Казахстан как "самого активного партнера НАТО в центральноазиатском регионе"[331].

К концу первой декады ХХ1-века сотрудничество между Казахстаном и НАТО начинают приобретать целенаправленный геостратегический характер: в своей азиатской политике Альянс делает ставку на Казахстан в связи с усложнением условий реализации задач этой организации в Афганистане. В мае 2009 года НАТО официально пригласила Казахстан принять участие в миротворческой операции по восстановлению Афганистана.

Представитель альянса подчеркнул, что казахстанская армия уже достигла уровня оперативной совместимости с войсками НАТО и сумеет успешно проявить себя в афганской миссии [332].

27 января 2010 года НАТО и Казахстан достигли договоренностей о том, что альянс дальше будет использовать воздушное пространство Казахстана для транспортировки грузов из Европы. Соглашение между НАТО и Казахстаном было достигнуто вслед за заключением сходного соглашения с Россией, позволяющего облегчить доставку небоевых грузов войскам НАТО в Афганистане. Начиная с 2003 года воздушное пространство Казахстана в направлении Афганистана пересекли более 6 тысяч самолетов государствчленов НАТО. Более 80 раз казахстанские власти выдавали разрешение на транзитную посадку самолетов НАТО на аэродромах Казахстана.

Расширяя взаимодействия с НАТО в военно-оборонительной сфере, Казахстан, в то же время избирательно подходит осуществлению совместных мер с Альянсом, исходя из своих позиций во внешнеполитической сфере. Например, весной 2009 года РК отказалась участвовать в совместных боевых учениях НАТО в Грузии [333].

Как отмечает известный специалист в области внешней политики Казахстана Байзакова К.Е: «Сотрудничество Казахстана с НАТО в настоящее время не направлено на нанесение какого-либо ущерба коллективной безопасности в рамках СНГ, скорее, оно способствует обеспечению евро-центральноазиатской безопасности в целом.

Вместе с тем имеющаяся тенденция к значительному расширению отношений между Казахстаном и НАТО не позволяет в полной мере говорить об их исключительности, по крайней мере, в сравнении с другими государствами Центральноазиатского региона.

В этой связи представляется преждевременным заявлять о выходе на уровень «особого партнерства» с НАТО и тем более инициировать его документальное оформление» [101, с.27-28].

В целом, отношения Казахстана с НАТО приобретают полноценный, конструктивный и взаимовыгодный характер. Вместе с тем имеется нереализованный потенциал по расширению сотрудничества по таким направлениям, как оборонная политика и стратегия, планирование и организация исследований, разработка технологий оборонной сферы, политические и оборонные мероприятия по недопущению распространения ОМУ.

Расширение сотрудничества Казахстана с НАТО, использование огромного военного и экономического потенциала, которым обладает эта организация и ее члены, в значительной степени будут содействовать укреплению национальной безопасности и обеспечению стабильности в геополитическом окружении Казахстана.

5.2 Казахстан и ОБСЕ В начале нового ХХ1-века в отношениях РК с ОБСЕ появились сложные аспекты. Организация ожидало от Казахстана и других постсоветских республик быстрейшей демократизации во всех сферах общественной жизни по западным стандартам. Критике со стороны Организации подвергалось состояние защиты прав человека, демократии, проведении выборов в РК и других странах СНГ. В этих условиях Казахстан присоединился к группе государств, которые подвергались политике двойных стандартов и необъективной критике. В частности, Астана участвовала в коллективном демарше в адрес ОБСЕ на саммите в Копенгагене.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |
Похожие работы:

«Логинова Марина Васильевна ЗВУЧАНИЕ КАК ПРОБЛЕМА ФИЛОСОФИИ ИСКУССТВА В статье исследуется феномен звучания в аспекте философии искусства. Определяется онтологический характер философии искусства; обосновываются в историко-философском и онтоэстетическом плане эволюционные м...»

«Закат эпохи технологий ] Русский – Russian – [ Абу Ясин Руслан Маликов 2014 1435 " " 5341 4102 С именем Аллаха, Милостивого, Милосердного. Хвала Аллаху, мир и благословение нашему пророку Мухаммаду, а также его семье и всем его сподвижникам. За долгую историю ч...»

«Приложение N 1 к решению Совета депутатов от 07.04.2006 № 49 Правила благоустройства, содержания и обеспечения санитарного состояния и организации уборки территории муниципального образования "Романовское сельское поселение" Всеволожского муниципального района Ленинградской области Глава 1. Общие положения2 Статья 1....»

«МИНИСТЕРСТВО НАРОДНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН РЕСПУБЛИКАНСКИЙ ЦЕНТР ОБРАЗОВАНИЯ АТТЕСТАЦИОННЫЕ МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ПРЕДМЕТАМ: РОДНОЙ ЯЗЫК И ЛИТЕРАТУРА, ИСТОРИЯ, O‘ZBЕK TILI, ФИЗИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ НА 2013-2014 УЧЕБНЫЙ ГОД (Для выпускников 9 класса учебных заведений общего сре...»

«"НОВГОРОДСКАЯ ПЕЧАТНЯ" совместный проект журнала об искусстве "Введенская сторона" и арт-галереи "На Торгу" Проект реализуется при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям и Департамента культуры и туризма Новгородской области Новгородская печатня постоянно действующая интерактивная экспозиция истории печат...»

«68 учное курирование музея в Центре вепсского фольклора в пос. Винницы Подпорожского района Ленинградской области (О.И.Конькова).• Консультирование в Кингисеппском историко-краеведческом музее (Ленинградская область). Консультирование в Эстонском народном музее (г. Тарту, Эстония). Ко...»

«Стивен Кинг Почти как "бьюик" Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=123741 Почти как "бьюик": Астрель; Москва; 2013 Аннотация.Это началось почти двадцать лет назад, когда в полицейском участке маленького городка появился конфискованный "при зага...»

«Византийский Временник т о м I (XXVI) E Ч. С К Р Ж И Н С К А Я L ГЕНУЭЗЦЫ В КОНСТАНТИНОПОЛЕ В XIV в. В X и в начале XI в., после трехсотлетней борьбы с арабами, Византия вступила в пору высших исторических успехов. Руково­ димая блестящими императорами-пол...»

«"Свободная мысль".–201.-№1(1620).-С.5-10. Надежная опора сотрудничества Сергей Миронов – Председатель Совета Федерации Федерального Собрания РФ. Содружество Независимых Государств приближается к юбилейным датам; в 2011 году мы будем отмечать 20-летие Содружества, а в 2012-м — 20-летие...»

«http://trufanovsn.ru – Гегель и Кант в доступном изложении Труфанов С.Н. ИСТОРИЯ СОЗНАНИЯ И ОСОЗНАНИЕ ИСТОРИИ Опубликована: 1)Вестник Пермского университета. Серия: философия, психология социология. 2012. Выпуск 3 (...»

«МОУ "В-Жерновская основная общеобразовательная школа"Работу выполнили: Давиденко Марина, ученица 8 класса МОУ "В-Жерновская ООШ" Мухотина Екатерина, ученица 8 класса МОУ "В-Жерновская ООШ"Руководитель: руководит...»

«Великой России посвящается П. П. КравченКо Мир православный национальная идея многовекового развития россии Москва УДК 323:23/28 ББК 66.3:86.372 К77 П. П. Кравченко К77 Мир православный (национальная идея многовекового разв...»

«РАБОЧАЯ ПРОГРАММА по дисциплине Б 1.Б.1. История и философия науки по направлению подготовки аспирантов 39.06.01 Социологические науки по программе подготовки 22.00.06 Социология культуры квалификация (степень) выпускника Исследователь. Преподаватель-исследователь форма обуче...»

«RU 2 393 295 C1 (19) (11) (13) РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ (51) МПК E02D 7/00 (2006.01) ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ, ПАТЕНТАМ И ТОВАРНЫМ ЗНАКАМ (12) ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ПАТЕНТУ (21), (...»

«"История государства и права".-2010.-№22.-С.43-45. ФОРМИРОВАНИЕ ФЕДЕРАЛИСТСКОЙ КОНЦЕПЦИИ МЕЖГОСУДАРСТВЕННОГО СОТРУДНИЧЕСТВА ЕВРОПЕЙСКИХ СТРАН Клочкова Юлия Александровна, старший преподаватель кафедры менеджмента Таганрогс...»

«ДВА ЛАГЕРЯ ТЕОРЕТИКОВЪ (по поводу "Дня" и ой–че о дру о о). _ Именно въ настоящее время мы нуждаемся въ честномъ, прямомъ и лавное в рномъ слов о нашемъ народ. Народъ теперь выступаетъ на сцену, призванный ъ общественной жизни за оноположеніями 19 февраля. Чтоже онъ та ое, чтоже это за неизв...»

«Министерство культуры Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры "КИРИЛЛО-БЕЛОЗЕРСКИЙ ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНЫЙ И ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК" Из истории крестных ходов Кирилло-Белозерского монастыря Глызина Л.И. В 19...»

«II. ПОЛЕМИКА Историко-филологический журнал 1982 № 1, с. 177-184. 4. НОВАЯ ПОПЫТКА ИСТОЛКОВАТЬ ПРОИСХОЖДЕНИЕ АРМЯНСКОГО АЛФАВИТА: ОТКРЫТИЕ ИЛИ ЗАБЛУЖДЕНИЕ? Доктор исторических наук К. Н. ЮЗБАШЯН (Ленинград) Армянский алфавит, созданный Маштоцем в начале V в. н. э. и с некото...»

«Соколова Вера Александровна РОССИЙСКОЕ ОБЩЕСТВО КРАСНОГО КРЕСТА (1867-1918 гг.) Специальность 07.00.02 – Отечественная история АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Санкт-Петербург – 2014 Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреж...»

«РУДЕНКО КОНСТАНТИН АЛЕКСАНДРОВИЧ ПРОЦЕССЫ ЭТНОКУЛЬТУРНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В ВОЛГО-КАМЬЕ В КОНЦЕ XXIV ВВ. ПО АРХЕОЛОГИЧЕСКИМ ДАННЫМ Исторические науки 07.00.06 – археология АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук Ижевск, 2004 Работа выполнена в Национальном музее Республики Тат...»

«КОЗЬМИН Феликс Бвграфович МЕСТО ИНТУИЦИИ КАК КУЛЬТУРНОГО ФЕНОМЕНА В ДУХОВНОМ СТАНОВЛЕНИИ ЛИЧНОСТИ Специальность 09.00.01 Онтология и теория познания Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Иркутск 2000 Работа выполнена...»








 
2017 www.kniga.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.