WWW.KNIGA.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Онлайн материалы
 

«Саймон Грин Плач соловья Серия «Темная Сторона», книга 3 Текст предоставлен изд-вом Эксмо ...»

Саймон Грин

Плач соловья

Серия «Темная Сторона», книга 3

Текст предоставлен изд-вом "Эксмо"

http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=142543

Саймон Грин. Плач соловья: Эксмо, Домино; Москва; 2006

ISBN 5-699-19268-9

Оригинал: SimonGreen, “Nightingale's Lament”

Перевод:

А. О. Орлов

Аннотация

На Темной Стороне Лондона, в области, где люди живут бок о бок с демонами

и прочей нечистой силой и жизнь течет по совершенно иным законам. Единственное,

что уравнивает население этой мистической части города с жителями других районов, – ответственность за совершенные преступления. И уж чего-чего, а преступлений здесь бывает с избытком. Впрочем, лучше других об этом знает Джон Тейлор, частный детектив, специализирующийся на делах, в которых замешана чертовщина. На этот раз он распутывает жуткую историю юной певицы, чьи поклонники один за другим кончают жизнь самоубийством.

С. Грин. «Плач соловья»

Содержание ГЛАВА 1 5 ГЛАВА 2 16 ГЛАВА 3 23 Конец ознакомительного фрагмента. 27 С. Грин. «Плач соловья»

Саймон Грин Плач соловья Меня зовут Джон Тейлор. Я добился того, что мое имя внушает уважение и страх. Оно же всю жизнь делает меня мишенью.

Я работаю частным детективом в мире, где боги и чудовища вполне реальны. Темная Сторона: тайное больное магическое сердце Лондона. Место, где сбываются мечты, хочешь ты этого или не хочешь. Попасть сюда нелегко, а найти путь обратно бывает еще труднее.



Я могу отыскать что угодно, могу разгадать любую тайну. Но я не могу раскрыть темных и смертельно опасных загадок моего собственного прошлого.

Мое имя Джон Тейлор. Если я вам нужен – вы либо уже попали в беду, либо скоро попадете.

С. Грин. «Плач соловья»

ГЛАВА 1

ПРЕКРАСНАЯ НОЧЬ ВИСЕЛЬНИКА

Темная Сторона изобилует всевозможными сверхъестественными силами, но источники энергии должны быть надежны и защищены от вмешательств со стороны. Кому-то необходимо вырабатывать электричество, чтобы горели эти яркие неоновые вывески. Энергия, которую потребляет Темная Сторона – город в городе, – добывается из разных источников. Некоторые источники незаконны, а некоторые противоестественны. Это могут быть кровавые жертвоприношения и порабощенные полубоги, гештальт-разумы и микроскопические черные дыры, удерживаемые стасис-полем. Есть и другие источники, столь колоссальные и чудовищные, столь невообразимо чуждые, что можно сойти с ума от одного взгляда на их тайные механизмы. Правда, пока горит свет и ходят поезда, на Темной Стороне до этого никому нет дела. Если говорить об электричестве, единственным надежным источником была сверхсовременная электростанция – «Прометей инкорпорейтед». Магия более заметна, но наукой на Темной Стороне никогда не пренебрегали.

Становление «Прометей инкорпорейтед» – история недавняя. За пять лет завоевав прочную репутацию благодаря своей надежности и доступным ценам, теперь она поставляла около двенадцати процентов электроэнергии, потребляемой на Темной Стороне. Так что диверсии, с некоторых пор не прекращающиеся в строго охраняемой зоне электростанции, необходимо остановить. Уокер ясно дал это понять. Уокер представляет власти – загадочных, мало кому известных людей, которые управляют Темной Стороной (насколько ею возможно управлять). Иногда он дает мне работу потому что я надежен, умею хранить секреты и при этом меня не жалко.

Держась в тени на расстоянии, я разглядывал массивное здание «Прометей инкорпорейтед».





Смотреть было особенно не на что: еще одна башня из стекла и стали. Наверху офисы, администрация и тому подобное. Пониже лаборатории – разработка и исследования, а на первом этаже – управление по связям с общественностью. Считается, что сама электростанция, чудо современной науки, находится где-то под землей. Я говорю «считается», потому что там, насколько мне известно, мало кто бывал. Внутри все автоматизировано, управляется из единого центра, и даже сейчас, шесть лет спустя, никто понятия не имеет, что это собой представляет и как работает. Хранить же тайны на Темной Стороне очень непросто.

«Прометей инкорпорейтед» начала свой путь к успеху, когда я был далеко отсюда, пытаясь – безуспешно – жить обычной жизнью в обычном мире. Сейчас, когда я здесь, мне очень нужно знать, что скрыто за ее фасадом. Мне нравится узнавать то, чего никто больше не знает. Такие вещи не раз спасали мне жизнь.

Я вышел из тени и направился к административному зданию, окруженному армией охранников и полицейских. Кордон у входа заметил меня и следил, как я приближаюсь. Бог знает, сколько пушек сейчас смотрели в мою сторону; я чуть не оглох от щелчков предохранителей. Окажись на моем месте кто угодно другой, он бы занервничал.

Я остановился перед входом, загороженным полицейскими в эффектных темно-синих мундирах с серебряным галуном. Я кивнул старшему – рослому и внушительному человеку с холодным внимательным взглядом. Он смотрел на меня спокойно, не реагируя на шепотки за спиной. Я разобрал свое собственное имя. Кое-кто из людей крестился, кто-то делал отвращающие знаки. Моя улыбка им явно не понравилась. Я улыбнулся еще шире. С тех пор как я сумел добыть Нечестивый Грааль, улизнув от двух ангельских армий, моя репутация едва ли нуждается в укреплении. Она, конечно, держится главным образом на слухах, но я и не С. Грин. «Плач соловья»

думаю их опровергать, особенно самые дурные. Ничто так славно не отпугивает, как хорошая – точнее, плохая – репутация.

– Мне приказано проверять документы, – сказал полицейский. – И еще мне приказано стрелять во всех, кого нет в утвержденном списке.

– Вы меня знаете, – ответил я спокойно. – И меня здесь ждут.

Полицейский несколько расслабился.

– Первая хорошая новость за сегодняшний вечер. Здравствуйте, Тейлор. По правде сказать, я рад, что вы здесь. Мои люди серьезно обеспокоены.

– Кто-нибудь погиб? – спросил я, хмурясь. – Как я понимаю, речь идет о диверсии?

– Убитых пока нет, но потерь хватает. – Полицейский смотрел угрюмо. – Тому, кто сейчас разносит электростанцию, людей не жалко. За три ночи у меня набралось сорок человек раненых, а я все еще понятия не имею, чья это работа. Никто ничего не видит, а потом раз

– и готово дело... Мы перекрыли входы и выходы лучше некуда, но этот ублюдок все равно является и продолжает свое дело.

– Может, это свои? – спросил я, чтобы он не подумал, будто я не слушаю.

– Я сначала тоже так думал, но уже неделю ни одна живая душа на работу не выходит.

Когда начались неприятности, босс отправил их по домам. Кроме него, в здании никого нет.

Я на всякий случай проверил персонал, но ничего подозрительного не обнаружил. Большинство работают здесь не так давно, чтоб успеть всерьез разозлиться на хозяев.

– Так отчего же ваши люди так нервничают? – спросил я негромко. – Еще немного, и они друг в друга стрелять начнут.

Полицейский фыркнул:

– Я же сказал – никто ничего не видит. Все подходы к зданию находятся под наблюдением, внутри – сторожевые камеры и датчики движения. А оно приходит и уходит, когда захочет.

– Многие жители Темной Стороны приходят и уходят, когда захотят, – заметил я.

– А то я не знаю. Да только в этом месте много высоких технологий и мало магии. Стоит всерьез применить магию, как сработают все системы защиты сразу. Кто бы ни пытался – или что бы ни пыталось – остановить электростанцию, сейчас творится что-то особенное.

Ни такой науки, ни такой магии я в жизни не видел.

Я непринужденно кивнул, излучая небрежную уверенность:

– Поэтому руководство и обратилось ко мне. Я нахожу ответы, которых не могут найти другие. Увидимся позже.

Я обошел своего собеседника, но перед самой дверью дорогу мне заступил другой полицейский – мускулистый молодой парень. Пистолет в его огромных ручищах выглядел игрушечным. Смотрел он свирепо и явно не сомневался, что производит впечатление.

– Всех обыскивают и у всех отбирают оружие! – рявкнул он. – Это касается каждого, даже таких крутых парней, как ты, Тейлор!

Старший полицейский открыл было рот, но я остановил его жестом. В тот день, когда я не смогу управиться с блюстителем порядка, страдающим от запора, я уйду на пенсию.

Я гадко улыбнулся:

– Я огнестрельным оружием не пользуюсь. Никогда не пользовался. Оно слишком несовершенно.

Я поднял руки и раскрыл ладони. Полицейский выкатил глаза, глядя, как ему под ноги градом сыплются патроны, подскакивают и катятся по полу.

– Это из твоей пушки, – сказал я. – А теперь уйди с дороги, пока я не сделал то же самое с твоими кишками.

Он все равно нажал на курок. Когда выстрела не прозвучало, в горле его что-то пискнуло, он с усилием сглотнул и отступил на шаг. Я прошагал мимо, как если бы этого стража С. Грин. «Плач соловья»

не существовало. Открывая массивную дверь в вестибюль, я успел услышать, как старший делает засранцу разнос.

Я вошел в роскошную приемную по-хозяйски, но произвести впечатление на публику не удалось – внутри никого не было. За моей спиной щелкнул замок с дистанционным приводом. Кто-то все же знал, что я здесь. Под потолком по углам горели красные огоньки видеокамер, так что я просто стоял, давая возможность налюбоваться на себя как следует. Думаю, я смотрелся неплохо. Мое белое летнее пальто было чище, чем обычно, и я почти уверен, что не забыл побриться. Ах, как важно иногда бывает хорошо выглядеть! Затрещал невидимый громкоговоритель, и по широкому холлу разнесся знакомый шепот.

– Рад, что ты здесь, Джон. Иди через офис менеджера и поднимись ко мне. Голубая дверь в конце холла, дальше по стрелкам. Постарайся не сбиться с дороги, тут везде ловушки. И не забывай оглядываться. Мы не знаем, в какой момент случится очередная диверсия.

Я прошел через голубую дверь и последовал за светящимися на стенах стрелками.

Насколько роскошной была приемная, настолько строгими были служебные помещения.

Узкие коридоры с голыми стенами, пронумерованные двери и вытертые дорожки на полу.

Повсюду тихо, будто все огромное здание напряглось и ожидает беды. Наконец стрелки довели меня до двери с эмблемой «Прометей инкорпорейтед», за которой и ожидал меня сам владелец и директор Винсент Крамер.

Крамер улыбнулся, кивнул и пожал мне руку, но мысли его были далеко. Сильно озабоченного человека сразу видно. Он провел меня в кабинет, выглянул в коридор, закрыл и запер дверь. Предложив мне кресло для посетителей, он сел за внушительный стол красного дерева. Кабинет выглядел уютным, обжитым. На стенах висели гравюры, под ногами стелился ковер с очень длинным ворсом, а в углу красовался бар с электронным управлением – все как полагается на успешном предприятии. Вот только стол был завален бумагами, не помещавшимися в лотках для входящих и исходящих документов, а одну стену сплошь занимали мониторы системы безопасности, на которых отображалась жизнь электростанции. Некоторое время я из вежливости изучал картинки на мониторах. Для меня это были просто машины. Когда надо отличить турбину от чайника, я ищу знакомые детали: если сверху ватная кукла – значит, чайник. Впрочем, картинки на мониторах, где не было людей, казались нормальными. Я отвернулся от них, и на лице директора появилась еще одна безрадостная улыбка.

Мы уже встречались несколько лет назад. Винсент Крамер принадлежал к числу людей, развивающих бешеную активность в делах сомнительных и ненадежных, в погоне за большим выигрышем, который сделает их сказочно богатыми. В результате у него получилось, «Прометей инкорпорейтед» сработал. Владелец электростанции был высок ростом, крепок, безупречно одет. Лицо его бороздили преждевременные морщины, а волос на голове почти не осталось. Костюм, похоже, стоил больше, чем я зарабатывал за год.

– Рад тебя видеть, Джон, – произнес он голосом твердым, интеллигентным и притворно спокойным. – С тех пор как ты вернулся, о тебе рассказывают интересные вещи.

– Ты тоже многого добился, – любезно ответил я. – Похоже, все твои мысли устремлены к успеху и процветанию?

Он коротко рассмеялся:

– Примерно так! А что ты думаешь о моей гордости и утехе, Джон?

– Производит впечатление, но я плохой ценитель. Техника всегда оставалась для меня загадкой. Когда надо настроить таймер на видео, я зову секретаршу.

Крамер вежливо усмехнулся:

– Я сейчас нуждаюсь как раз в тех знаниях, которые есть у тебя, Джон. Мне надо знать, кто хочет выбить меня из дела.

С. Грин. «Плач соловья»

Тут он остановился, заметив, что я разглядываю единственную фотографию на его столе. Свадебная фотография в простой серебряной рамке: невеста, жених, шафер и я. Шесть лет прошло, а кажется, все случилось вчера. Должен был быть счастливейший день в жизни двух замечательных молодых людей, но произошла трагедия, о которой говорят до сих пор.

Потому что виновных не нашлось.

Невесту звали Мелинда Даск, или Прекрасная Дочь Висельника. Жениха звали Куинн, или Солнечный Ветер. На ней было ослепительно белое подвенечное платье с длинным кремовым шлейфом. На нем – его лучший ковбойский костюм: черная кожа, сверкающая сталью и серебряным шитьем. По сторонам счастливой пары, стараясь выглядеть непринужденно во взятых напрокат смокингах, стояли Винсент Крамер, исполнявший обязанности шафера, и я, старый друг невесты. Мелинда и Куинн – отпрыски старейших и самых могущественных родов Темной Стороны. Обвенчаны и убиты в один день.

Темная Сторона знает не так уж много историй со счастливым концом. Ни самые знаменитые, ни самые могущественные не избегают ужасных трагедий. Мелинда была дочерью тьмы и владела силами тени и волшебства. Куинн был смертельно опасным сыном света, чьи силы восходили к мощи самого солнца. Их предки, первый Висельник и первый Солнечный Ветер, враждовали на протяжении сотен лет, и последующие поколения не остановили вражду. Ненависть не затихала с годами. Но вышло так, что Мелинда и Куинн, очередные участники бесконечного противостояния, рожденные и воспитанные ненавидеть друг друга и биться насмерть, встретились во время одного из редких перемирий и влюбились с первого взгляда.

Они тайно встречались в течение нескольких месяцев, потом перестали скрываться.

Враждующие семейства рассвирепели и едва не перешли к военным действиям. Но Мелинда и Куинн стояли твердо, полагаясь на свои силы, угрожая отречься от своих родственников и убежать, если им не разрешат пожениться. Кончилось все великолепной свадьбой, где присутствовали все представители обоих родов до последнего человека – отчасти чтобы показать силу, отчасти из предосторожности. Приглашения получили и приняли многие знаменитости, а охрану организовал сам Уокер. В тот день на Темной Стороне не было более безопасного места.

Мы с Винсентом рассаживали гостей, забирали у них оружие, бдительно следили за порядком, готовые броситься на всякого, кто поведет себя хоть в малейшей степени странно.

Мы тогда были молоды и завоевывали репутацию. Винсента звали Механиком, потому что он мог построить или починить что угодно. «Магия хороша, когда надо что-то сделать на скорую руку, – говаривал он, – но техника всегда будет надежнее». Специально для свадьбы он собрал автоматический разбрасыватель конфетти и возился с ним в свободные моменты.

Винсент и Куинн дружили с детства, и Винсент неоднократно рисковал жизнью, передавая весточки любовников. У меня из друзей детства, кроме Мелинды, почти никого не осталось.

Она всегда была достаточно влиятельна, чтобы мои враги не осмеливались ее трогать.

Свадебная церемония шла гладко, родственники вели себя прилично, никто не спутал слова и не уронил кольца. Бракосочетание закончилось шумными аплодисментами, и коекто начинал робко надеяться, что, быть может, долгая вендетта прекратилась. Сияя, жених и невеста покинули церковь. Казалось, они принадлежат друг другу. Казалось, они составляют единое целое. Заработал автоматический разбрасыватель конфетти.

Щелкали затворы фотоаппаратов, поднимались бокалы, передавались закуски, а старые враги кивали друг другу с безопасного расстояния и даже обменивались вежливыми фразами. Жених и невеста приняли свадебный кубок, до краев наполненный лучшим шампанским, и выпили за свои семьи и за прекрасное будущее. Через десять минут их обоих не стало. Яд в свадебном кубке. Все произошло так быстро, что спасти их не смогла бы ни наука, ни магия. Тот, кто выбирал яд, знал свое дело. Никаких симптомов, пока Куинн вдруг С. Грин. «Плач соловья»

не упал как подкошенный. Мелинда успела взять на руки его голову и уронить несколько слез на мертвое лицо, затем сама рухнула на тело мужа.

Если бы не Уокер и его люди, свадьба превратилась бы в побоище. Обезумевшие семьи винили друг друга. Каким-то образом Уокеру удалось удержать жаждущую мести родню от немедленной схватки и отправить людей по домам. Затем он организовал полномасштабное расследование, используя все свои немалые возможности. Он так ничего и не выяснил.

Недостатка в подозреваемых не было: в каждой семье хватало людей, возражавших и против перемирия, и против свадьбы, но никаких доказательств не нашлось. Это не помешало родственникам начать уличную войну, безжалостно расправляясь с каждым, кто имел неосторожность попасться в одиночку. В конце концов вмешались власти, пригрозив изгнать обе семьи с Темной Стороны. Воцарилось угрюмое и очень хрупкое перемирие. С тех пор прошло шесть лет. Мелинда и Куинн покоятся по отдельности в своих семейных склепах, и никто по-прежнему ничего не знает. Разумеется, существуют подозрения и теории заговоров, но когда их не бывает?

Чтобы найти убийцу, я сделал бы что угодно, но вскоре после той свадьбы моя собственная жизнь покатилась под откос. Кончилось тем, что я получил пулю в спину от Сьюзи Стрелка и бежал с Темной Стороны, поклявшись не возвращаться обратно.

– Ужасная трагедия, – сказал Винсент.

Он взял фотографию со стола и внимательно посмотрел на нее:

– Мне их и сейчас не хватает. Словно что-то во мне умерло вместе с ними. Может быть, я держу эту фотографию на столе для того, чтобы не забывать о дне, когда я последний раз в жизни был счастлив.

Винсент поставил фотографию обратно на стол и улыбнулся:

– Жаль, что я не могу показать им мое самое большое достижение. И теперь кто-то или что-то хочет остановить электростанцию. Потому я и попросил Уокера связаться с тобой.

Ты мне поможешь?

– Возможно, – сказал я. – Я сейчас пытаюсь прочувствовать ситуацию. Расскажи все по порядку, с самого начала.

Винсент откинулся на спинку своего директорского кресла и сцепил пальцы, положив руки на живот. Говорил он ровно и спокойно, не переставая, однако, поглядывать на контрольные мониторы.

– Это началось две недели назад. Все как всегда, обычный день. Внезапно останавливается одна из главных турбин. Саботаж. Работа любительская: механизм просто раздроблен. Мои люди вернули турбину в строй меньше чем за час, но тут же начали отказывать различные системы по всей электростанции. И так продолжается до сегодняшнего дня.

Одно чиним, другое выходит из строя. На запасные части уже ушло целое состояние. Грубая работа, никаких изысков – бессмысленное разрушение... Диверсанта никто ни разу не засек.

Ты видел, какую я задействовал охрану, но толку никакого. Повсюду камеры, видеозаписи исследуют специалисты – и тоже ничего. Мы даже не можем понять, как этот ублюдок приходит и уходит! А разрушений все больше, мы уже не успеваем с ремонтом. Еще немного, и упадет выработка электроэнергии, а от нашего электричества зависят очень и очень многие.

«И если кто-то потопит “Прометей инкорпорейтед”, утонешь и ты», – подумал я.

Вслух я ничего не сказал, из вежливости.

– А как насчет конкурентов? – спросил я. – Может, кто-то из производителей электричества хочет поживиться за твой счет?

– Конкуренты есть всегда, – хмуро ответил Винсент. – Но нет таких, которые могли бы прикрыть дыру, если мы пойдем ко дну. «Прометей инкорпорейтед» обеспечивает двенадцать целых и четыре десятых процента потребности Темной Стороны в электричестве.

Если мы остановимся, придется вводить режим экономии, периодически отключать элекС. Грин. «Плач соловья»

троэнергию. Это никому не надо. Остальным компаниям придется работать на износ, чтобы справиться.

– Ну, хорошо, – сказал я. – А как насчет тех, кто просто тебя не любит? Не случилось ли тебе нажить новых врагов?

Винсент улыбнулся.

– Месяц назад я бы сказал, что на всем свете у меня нет ни единого врага. Но сегодня... – Он еще раз посмотрел на свадебную фотографию. – Мне снятся плохие сны. Мелинда и Куинн, день их смерти. Я все думаю... Вдруг тот ублюдок, который их убил, решил взяться за меня?

Такого оборота я не предвидел.

– А почему за тебя? И почему через шесть лет?

– Может, убийца думает, что я что-то знаю... Хотя я представить себе не могу, что именно. А может быть, дело в том, что ты опять здесь, Джон, и все началось снова. Страшно представить, сколько старых обид всплыло на поверхность с тех пор, как ты вернулся на Темную Сторону.

Спорить с этим было трудно, и я решил переменить тему:

– Вернемся к фактическому ущербу. Ты говорил про грубую работу?..

– Ну да! Диверсант явно не разбирается в технике. Есть десяток мест, куда можно ударить – и электростанция остановится. Достаточно просто покрутить ручки, надо только знать где. Ну и, конечно, самый главный технологический процесс, который обеспечивает работу «Прометей инкорпорейтед». Мое изобретение, я держу его в секрете, в стальной камере, прикрытой самыми современными защитными системами. Даже властям нелегко туда попасть без кодов доступа.

Винсент наклонился ко мне через стол. В глазах читалась мольба.

– Ты должен помочь мне, Джон. Речь идет не только о деньгах. Если «Прометей инкорпорейтед» остановится и на Темной Стороне возникнут перебои с электричеством, начнут умирать люди. От энергии зависят сотни тысяч жизней.

Мне следовало предвидеть такой поворот. Ничего не могу поделать, люблю сентиментальные истории.

Винсент показал мне подземные помещения, куда посторонним вход заказан. Повсюду было безупречно чисто и сверхъестественно тихо. Генераторы оказались компактными и почти бесшумными. Повсюду циферблаты, шкалы, индикаторы, масса хитрой электроники

– китайская грамота для меня. Я, впрочем, не забывал регулярно выражать восхищение. И все это изобрел Винсент в те дни, когда он еще был механиком, а не директором. Экскурсию Винсент сопровождал подробными объяснениями, но их я пропускал мимо ушей, кивая и высматривая следы, которые мог оставить диверсант. Когда он показал и рассказал все, мы остановились перед тяжелой стальной дверью. Винсент смотрел на меня, явно ожидая, что я скажу.

– Это все... очень чисто, – произнес я. – Производит огромное впечатление. Трудно поверить, что здесь вырабатывается столько электроэнергии. Признаться, я ожидал механизмов в десять раз крупнее.

Винсент улыбнулся.

– А энергия вырабатывается не здесь! Источник там, за дверью, здесь лишь оборудование, преобразующее энергию в электричество. Секрет в моей собственной технологии процесса, происходящего за запечатанной дверью. Чудо науки, если мне будет позволено так сказать...

Я с подозрением посмотрел на стальную дверь.

– Если ты хочешь сказать, что там у тебя ядерный реактор...

– Да нет же...

С. Грин. «Плач соловья»

–...или ограниченная сингулярность...

– Это было бы слишком примитивно, Джон! Процесс совершенно безопасный, никаких вредных отходов. Боюсь только, что я не смогу тебе ничего показать. Есть вещи, которые приходится держать в секрете.

Тут он остановился, и мы оба оглянулись, услышав какой-то шум. Грубо трясло одну из машин в дальнем конце зала, уже повалил дым. По ушам резанул сигнал тревоги, и сработала система автоматической остановки.

– Вот! Он никогда еще не забирался так далеко! Должно быть, все это время следовал за нами... У тебя есть оружие, Джон?

– Я не ношу оружия, – сказал я. – Нет необходимости.

– Обычно я тоже. Но с тех пор, как все это началось, я чувствую себя гораздо лучше, если какой-то пустячок помогает уравнять шансы...

Винсент вытащил из-под куртки сверкающий серебром гладкий пистолет футуристического вида. Оружие выглядело смертоносным. Винсент гордо подбросил его в руке:

– Лазер! Ослепительный свет для борьбы с силами тьмы. Еще одно мое изобретение.

Я всегда хотел доработать эту штуку, но электростанция потребовала всех моих сил. Но я никого не вижу, Джон! А ты видишь?

Тем временем взорвалась еще одна машина в конце зала, вновь повалил черный дым.

Остальные агрегаты загудели заметно громче, как от перегрузки. Третья машина взорвалась подобно гранате, разбросав острые стальные обломки по всему залу. Светильники под потолком начали мигать и гаснуть. Вокруг сгустились глубокие тени. Некоторые из оставшихся в строю механизмов начали издавать неприятные, угрожающие звуки. И по-прежнему не было заметно присутствия диверсанта.

Рука Винсента сжимала лазерный пистолет и дрожала, судорожно искала цель и не находила ее.

– Ну давай же, давай, – увещевал он сиплым голосом. – Ты теперь на моей территории.

Я готов!

Краем глаза я уловил какое-то движение, бледное облачко. Я резко повернулся, но опоздал. Оно исчезло, чтобы мгновение спустя светлым проблеском появиться в сумраке между двумя машинами. Оно передвигалось молниеносно, мгновенно появлялось и исчезало в разных концах машинного зала. Не более чем белое мерцание, неуловимое, как лунный свет, но мне показалось, что я начинаю различать бледное, безумное лицо. Держась в тени и избегая открытых мест, оно тем не менее приближалось. Приближалось к нам или, быть может, к стальной двери, за которой находилось загадочное и уязвимое сердце «Прометей инкорпорейтед».

В первый момент я подумал, что это, возможно, полтергейст. Тогда ясно, почему на мониторах ничего не видно. При достаточно сильной мотивации духи могут проявиться и в технологической, не только в магической среде. Если так, Винсенту нужен священник или экзорцист, а не частный детектив.

Об этом я и сказал, на что Винсент раздраженно пожал плечами.

– Перед началом строительства мои люди тщательнейшим образом исследовали историю этого места. Ничего не обнаружилось. Место полностью свободно от магических или паранормальных воздействий, и именно поэтому я начал строить здесь. Я механик, я строю машины! Это призвание, вроде твоего таланта раскапывать правду, Джон. В духах я ничего не понимаю. В этих вещах разбираешься ты. И я спрашиваю: как мы поступим?

– Смотря по тому, чего этот дух хочет, – ответил я.

– Он хочет меня уничтожить! Я бы сказал, это очевидно. Что это?!

Белая тень теперь мелькала, казалось, со всех сторон сразу, приближаясь к нам. Мерцающая, бледная, с неровными контурами, длинными руками и озлобленными глазами, угаС. Грин. «Плач соловья»

дывающимися на едва различимом лице. Отрывистый жест – и на нас металлическим градом обрушиваются обломки машин. Я прикрыл голову руками и попытался заслонить Винсента своим телом. Град прекратился так же внезапно, как и начался. Мы подняли головы и увидели, что бледная фигура уселась на кожухе одной из машин и ломает ее на части, выказывая сверхъестественную силу. Винсент взвыл от ярости и открыл огонь, но фигура исчезла задолго до того, как лазерный луч пронзил пустое пространство над кожухом. Я затравленно озирался, упираясь спиной в стальную дверь. Путей к отступлению не было, и я сделал единственное, что оставалось: использовал свой дар.

Я не люблю прибегать к его услугам. Он помогает врагам находить меня.

Я ушел в себя, сосредоточился, и мой третий, внутренний глаз медленно открылся.

Ну вот, теперь все отлично видно. Этот особый взгляд словно придал тени телесность, она обрела объем и вышла под яркий свет прямо перед нами. Она кивнула мне и враждебно уставилась на Винсента своими темными глазами. Я узнал ее сразу, хотя она очень отличалась от свадебной фотографии. Мелинда Даск, шесть лет как мертвая, все еще в удивительном подвенечном платье, хотя уже и свисающем лохмотьями с ее бледного тела. Волосы цвета воронова крыла волнами спадают на плечи. Губы бледно-лиловые. Глаза... черное на черном, как два бездонных колодца, – затравленные, безумные, жестокие.

Прекрасная Дочь Висельника, хозяйка темных сил, все еще красивая холодной, потусторонней красотой. Обвиняющим жестом она указала на Винсента. За годы, проведенные в могиле, ногти у нее отросли. Я перевел взгляд на Винсента. Он тяжело дышал и дрожал всем телом. Но не было похоже, что он потрясен неожиданностью.

Я закрыл свой третий глаз, но Мелинда не исчезла. Я сделал шаг вперед, и призрак перевел ужасный немигающий взгляд на меня.

Я показал ей свои пустые руки:

– Мелинда, это я, Джон.

Она отвернулась: я был ей безразличен. Ее ярость и гнев были направлены на Винсента.

– Что скажешь, Винсент? – спросил я негромко. – Что происходит? Ты ведь знал с самого начала, кто это, не правда ли? Не так ли? И почему она тебя так ненавидит, что поднялась из могилы через шесть лет?

– Не знаю, – сказал он. – Клянусь, я ничего не знаю!

– Он знает, – прошелестела Мелинда.

Голос ее был ясный и тихий, словно шепот, доносящийся из бесконечности.

– Ты отлично выбрал место, Винсент. Так далеко от моего семейного склепа, как только можно, оставаясь в пределах Темной Стороны. Принес жертвы перед началом строительства, пролил невинную кровь, дал клятву... Это могло бы удержать кого угодно, только не меня. Я – воплощение тьмы, и каждая тень для меня – открытая дверь! Эти шесть лет ушли на то, чтобы выследить тебя. И тебе не удержать меня, пока здесь находится то единственное, что имеет для меня значение. Я здесь, чтобы отомстить, Винсент. Милый добрый друг Винсент. За то, что ты сделал мне и Куинну.

Тут до меня наконец дошло. Я оторопело смотрел на Винсента, слишком потрясенный, чтобы сразу прийти в бешенство.

– Ты их убил, – сказал я. – Ты убил Мелинду и Куинна. Ты был их другом...

– Лучшим другом, – подтвердил Винсент.

Он перестал дрожать, а голос обрел твердость.

– Ради вас двоих я был готов на все, Мелинда, но настал день, когда вы меня подвели. И я отравил ваш свадебный кубок. Это было необходимо и оказалось на удивление просто. Кто заподозрит шафера, к тому же лучшего друга? Даже Уокер ни о чем не догадался. – Улыбаясь, Винсент бросил взгляд на меня. – Да, конечно, я мало сомневался в том, что это Мелинда.

Ты мне понадобился для уверенности. Потому-то я и попросил Уокера связаться с тобой от С. Грин. «Плач соловья»

моего имени. Твой дар позволит удержать ее в определенном объеме, в стабильной форме.

Тогда лазерный луч легко обратит ее в пар, окончательно разложит на элементы, чтобы она уже не могла собраться в одно целое. Сделай это для меня, Джон, и ты будешь партнером в «Прометей инкорпорейтед». О таком богатстве и такой власти ты никогда и не мечтал.

– Они были и моими друзьями, – сказал я. – На всей Темной Стороне не хватит денег, чтобы заставить меня пойти против друга.

– Останься моим другом, Джон, – сказала Мелинда.

Она теперь стояла очень близко, и я чувствовал, как от нее веет могильным холодом.

– Помоги нам, как друг, в последний раз – мне и Куинну. Узнай, откуда он берет энергию. Открой его тайный источник.

Винсент выстрелил. Лазерный луч прошил мерцающую фигуру. Если он и причинил ей вред, Мелинда этого никак не показала.

Я вновь призвал на помощь свое особое зрение, свой третий глаз, от которого ничего нельзя скрыть, и сразу понял, в чем состоит секрет, где он спрятан и как туда попасть. Я повернулся лицом к стальной двери и набрал правильные коды доступа. Тяжелая дверь неторопливо отворилась. Винсент что-то прокричал, но я уже не слушал. Я вошел внутрь, за мной влетела Мелинда. Здесь, в специально оборудованной подземной камере, содержался секретный источник энергии, так удачно освоенный Винсентом. Куинн, Солнечный Ветер.

Он все еще был похож на свою свадебную фотографию, хотя и изменился, подобно Мелинде. Тот же ковбойский костюм из черной кожи, только серебро почернело, а сталь покрылась ржавчиной. Тело находилось в так называемом «сосуде теней» – большой стеклянной емкости, предназначенной для содержания душ умерших. Электрические кабели проходили через стенки сосуда и погружались в глазницы, в обезображенный распоркой рот и в разрезы на туловище. Куинна по имени Солнечный Ветер, умевшего распоряжаться энергией солнца, превратили в батарею. Все очень просто: сосуд теней удерживает душу в мертвом теле, делая ее управляемой, а кабели отводят энергию, которую машины Винсента преобразуют в электричество.

Весьма изобретательно. Впрочем, наш механик всегда мыслил смело.

Мелинда парила у самой стенки сосуда, пожирая глазами свою убитую любовь. Проникнуть внутрь она не могла, несмотря на свое потустороннее могущество. Я провел по стеклу кончиками пальцев, пробуя его на прочность.

– Отойди от него, Джон, – сказал Винсент.

Я обернулся. Винсент уже переступил через порог и направил на меня лазерный пистолет. Он рассмеялся, хотя и несколько неуверенно.

– Я знаю, Джон, что ты не боишься обычных пистолетов. Я в курсе твоих фокусов с патронами. Но это лазер, и ты с ним ничего не сделаешь. Это остроумная штучка, энергию она получает непосредственно от Куинна. Так что будешь делать, что я говорю. Ты используешь свой дар и удержишь Мелинду, как я сказал, в этой определенной форме достаточно долго для того, чтобы я успел ее убить. Иначе сам умрешь смертью медленной и очень скверной.

– А как ты думаешь управиться с Мелиндой без моей помощи? – спросил я.

– О, я наверняка что-нибудь придумаю! Я ведь теперь точно знаю, что это Мелинда.

Может, построю еще один сосуд теней специально для нее.

– Но что же произошло? – спросил я, стараясь говорить ровно и держать руки на виду. – Вы столько лет были друг другу ближе чем родные. Что произошло, Винсент? Как ты стал убийцей?

– Они меня подвели, – сказал Винсент просто. – Когда я в них нуждался более всего.

Я, видишь ли, задумал однажды вот эту электростанцию. Надежное электричество для Темной Стороны. Станок для печатания денег. Мой главный выигрыш. Для этого мне нужен С. Грин. «Плач соловья»

был только Куинн. Не сомневаюсь, что, если бы я исследовал способности Куинна в лабораторных условиях, я смог бы построить подходящий преобразователь энергии. Но он отказался. Сказал, что семейный секрет не подлежит передаче в чужие руки. После всего, что я для него сделал! Я говорил с Мелиндой, хотел, чтобы она попробовала убедить Куинна, но ей это было безразлично. Они планировали совместную жизнь – новую жизнь, в которой не нашлось места для меня... Но я уже вложил в проект все свои деньги, к тому же взял в долг кое у каких крайне неприятных личностей. Я никак не предвидел, что Куинн мне откажет. Проект уже нельзя было свернуть, и я убил Куинна и Мелинду. Они сами виноваты.

Поставили собственное себялюбие и счастье выше моей нужды и моего успеха. Я бы взял их в долю. Они бы разбогатели. После их смерти мои финансовые партнеры извлекли тело Куинна из могилы, оставив там дубликат, и доставили сюда, где ему пришлось работать на меня. Можете назвать его моим... безмолвным партнером, если хотите.

Мелинда посмотрела на меня с немой мольбой. Все вокруг заливал свет, и теней, которые она могла бы использовать, в стеклянной камере не было. Я задумчиво разглядывал сосуд теней, в то время как Винсент целился мне в живот из лазерного пистолета.

– И не думай об этом, Джон. Если ты разобьешь сосуд, нарушится связь между Куинном и моим оборудованием, станция остановится и подача электричества прекратится. По всей Темной Стороне начнутся отключения энергии. Тысячи людей могут умереть.

– Ну да, – сказал я. – И что мне до них?

С моим даром найти и приоткрыть вход в сосуд теней ничего не стоило. Куинну этого вполне хватило. Мертвое тело содрогнулось и внезапно засияло ослепительным светом.

Ярким солнечным светом, слишком ярким для смертных глаз. Нам с Винсентом пришлось прикрыть глаза руками и отвернуться. Сосуд теней не выдержал напора энергии, освобожденной Солнечным Ветром, и взорвался. По полу рассыпались осколки. Я заставил себя повернуться обратно и сумел разглядеть, что Куинн выбрался из обломков, выдирая кабели из глазниц и туловища. Кабели дергались на полу, как отрубленные руки.

Мертвец и привидение улыбнулись друг другу. Первая встреча со дня свадьбы. Винсент поднял лазерный пистолет и нетвердыми шагами двинулся вперед. Он, похоже, еще ничего не видел и ни в кого конкретно не целился, но рисковать мне не хотелось. Я нагнулся, ухватил один из кабелей, дергающихся на полу, поднял, направил его Винсенту в голову и сделал выпад. Конец кабеля выбил глаз и погрузился глубоко в череп. Винсент ужасно закричал; его собственные машины высосали из него жизненную силу, и он умер прежде, чем упал на пол.

Мелинда Даск и Куинн, Прекрасная Дочь Висельника и Солнечный Ветер, мертвые, но неразлучные, – исчезли, слишком поглощенные друг другом, чтобы беспокоиться о таких пустяках, как месть. Телесная оболочка Куинна, пустая и неподвижная, лежала рядом с телом его старого друга Винсента. Я подумал, не следует ли забрать тело Куинна и передать семье для захоронения. Но подтвердить эту историю доказательствами я бы не смог, и рисковать хрупким вооруженным перемирием между двумя семьями мне не хотелось. В конце концов, к кому в первую очередь должен был обратиться в свое время Винсент за финансовой помощью? Кто мог дать ему денег, несмотря на все его провалы, если не представители одной из семей?

Я вышел из камеры, оставив мертвое прошлое за спиной, и в последний раз воспользовался своим даром, чтобы обнаружить систему самоликвидации. Не сомневался, что такая система на электростанции есть. Винсент всегда ревниво охранял свои секреты. Установив задержку, чтобы успеть очистить здание, я запустил таймер и сказал охране, что пора разбегаться. Что-то в моем голосе убедило их, что я не шучу. Я успел отойти на три квартала, когда здание «Прометей инкорпорейтед» аккуратно провалилось внутрь себя. Я продолжал идти, не оглядываясь.

С. Грин. «Плач соловья»

Не могу считать это расследование вполне успешным. Мой клиент мертв, так что денег мне не видать. Уокер, я думаю, за разрушение станции меня не похвалит, и бог знает, какой ущерб эта потеря нанесет Темной Стороне. Но все это не имеет значения. Мелинда Даск и Куинн были моими друзьями, а убийство моих друзей никому не сходит с рук.

С. Грин. «Плач соловья»

ГЛАВА 2

МЕЖДУ ДВУМЯ РАССЛЕДОВАНИЯМИ

У каждого бывают моменты, когда надо где-нибудь спрятаться и переждать бурю. Я в таких случаях чаще всего отправляюсь в бар «Странные парни» – старейший бар мира Довольно скромное питейное заведение, спрятанное в тупичке, который не всегда можно найти там, где предполагаешь. Бар «Странные парни» – прекрасное место для того, чтобы выпить, поразмышлять и спрятаться от множества людей, которым сюда путь заказан. В баре правит железной рукой Алекс Морриси. Втягивать его заведение в неприятности никому не дозволяется, а в особенности мне.

Я выбрал столик в углу – так, чтобы не подставлять никому спину, и заказал бутылку полынной настойки. На вкус она как слезы супермодели и такая крепкая, что за столом лучше не баловаться спичками: может вспыхнуть. Стараясь не сильно поднимать голову, я огляделся. Если меня кто и заметил, никакого шума по этому поводу не возникло. По крайней мере, к выходу никто не кинулся. Возможно, слухи о моем последнем подвиге не успели широко распространиться. На Темной Стороне масса людей, которых очень трудно обрадовать, ликвидировав двенадцать процентов местного запаса электроэнергии. И не последний среди них – Уокер, который мне, собственно, и добыл эту работу. Так что я постарался выглядеть беззаботным и пожал плечами. Тем, кто не принимает шуток, не следует меня нанимать.

Вечер в «Странных парнях» выдался тихий. Электричества не было; горели свечи, керосиновые фонари, а кое-где и амулеты из корня мандрагоры. Свет был золотистый, приятный, будто ожила старинная фотография из времен получше нынешних. Подавая мне выпивку, Алекс сказал, что электричества нет во многих местах по Темной Стороне, на что я только кивнул и что-то пробормотал в ответ. Алекс сердился по поводу неудобств и потери выручки, и в этом не было ничего нового. Тощий мрачный хозяин и бармен «Странных парней» всегда носил черное, поскольку никто еще не изобрел цвета темнее. Он прикрывал лысину шикарным беретом и смягчал иронический блеск глаз супермодными очками от солнца.

Он мой друг. По крайней мере, иногда.

Портативный проигрыватель легко заглушал скупую негромкую беседу немногих посетителей, потягивавших свои напитки в кабинках в глубине бара. Большая часть постоянных клиентов, по-видимому, воспользовалась отсутствием электроэнергии, чтобы причинить ближнему то, чего не желаешь себе, и спокойно исчезнуть с добычей. Пока свет не включат снова, у скупщиков краденого будет много работы. Ручной стервятник Алекса сидел на кассе, что-то кудахтал и косился дурным глазом на каждого, кто подходил ближе. Вышибалы Бетти и Люси Колтрейн разминались у конца стойки, играя мускулами. Под лоснящейся кожей их точеных тел выступали вены. Бледный Майкл принимал ставки на то, кто из клиентов первым вырубится.

А моя юная секретарша Кэти Барретт лихо отплясывала на столе под «Медовые языки»

группы «Голос улья». Светловолосая, искрящаяся, как шампанское, всегда переполненная энергией, она организовывала деловую часть моей жизни. Однажды я спас Кэти от дома, который хотел ее съесть, после чего она меня усыновила – моего мнения при этом никто не спрашивал. Напротив нее, весь в коже, в маске и на шестидюймовых шпильках, на столе танцевал мисс Фейт, наш местный трансвестит-супергерой – мужик, одетый супергероиней, готовой на борьбу с преступностью и беззаконием. Он был по-своему неплох. Теперь Кэти и мисс Фейт уже самозабвенно стучали каблуками под «Монстры и ангелы». Мои губы растянулись в улыбку: во всем баре не было ничего великолепнее.

С. Грин. «Плач соловья»

Я наполнил стакан до краев темно-лиловой жидкостью и выпил в память Мелинды Даск и Куинна. Приятно было сознавать, что они, отмщенные, покоятся вместе. У меня не так много друзей. Их все время убивают – или мои враги, или я. На Темной Стороне мораль относительна и изменчива, а любовь и верность часто поглощаются более серьезными вопросами. Мои немногочисленные старые друзья всегда были смертельно опасны сами по себе, к тому же немного безумны. Эдди Бритва, например, или Сьюзи Дробовик.

Оба в свое время пытались меня убить. Я на них зла не держу. Почти. Жизнь на Темной Стороне жестока, а смерть еще безжалостнее. Я отхлебнул из стакана и сосредоточился на музыке. Спешить некуда: впереди большая часть бутылки.

Я так и не научился скорбеть легко и со вкусом, хотя, видит бог, практики мне всегда хватало.

Я чувствовал потребность отвлечься и осмотрелся. У стойки отрубился морячок, и татуировки на его спине завели негромкий философский спор, не обращая внимания на храп хозяина. На другом конце стойки мумия пила джин-тоник и приводила в порядок свои пожелтевшие бинты. Примерно посередине между этими двумя, дружелюбный нетрезвый джентльмен в заляпанном кровью лабораторном халате разъяснял начала ретрофренологии явно не заинтересованному Алексу Морриси.

– Видите ли, френология – это наука викторианской эпохи, утверждающая, что можно определить доминирующие черты личности по шишкам на черепе. Высота и расположение шишек указывают на развитие тех или иных черт личности, понимаете? Ретрофренология же предлагает модифицировать структуру личности, обрабатывая череп молотком до тех пор, пока в нужных местах не образуются шишки нужного размера!

– Один из нас явно мало выпил, – сказал Алекс Морриси. – Поверьте моему опыту.

Кэти плюхнулась в кресло напротив меня, тяжело дыша, блестя глазами и солнечно улыбаясь. Она выудила откуда-то очередной высокий бокал с шампанским и жадно припала к нему. Кэти всегда пила шампанское и почти всегда умела сделать так, что счет оплачивал я.

– Люблю танцевать! – заявила она. – Иногда мне кажется, что весь мир надо переложить на музыку, а лучшие хореографы должны поставить его на сцене!

– Мы на Темной Стороне, душенька, и я не сомневаюсь, что кто-то работает над этой идеей прямо сейчас, – сказал я. – А где твой партнер, где эта Танцующая Королева?

– Слинял в туалет попудрить носик. Знаешь, Джон, я ведь с другого конца зала вижу, какой ты черный. Кто на этот раз умер?

– И почему ты думаешь, что кто-то умер?

– Ты пьешь эту полынную гадость, если умирает кто-то, кто тебе дорог. Я бы этой дрянью и гребешки чистить не стала. Кстати, я думала, что дело «Прометея» простое и ясное...

– Кэти, мне совсем не хочется говорить о нем.

– Ну конечно, тебе хочется сидеть, дуться и портить настроение всем вокруг. Не будешь следить за собой – станешь похож на Алекса.

Кэти знает, как заставить меня улыбнуться.

– Этого можно не бояться, душенька. Мы с Алексом в разных весовых категориях. Он может бороться за звание олимпийского чемпиона по скорби и попутно получить бронзовую медаль за жалость к себе. Из-за него в этом баре вечно кажется, что ты на похоронах.

Кэти вздохнула и одарила меня своим лучшим отчаянным взглядом.

– Возьми новое дело, Джон. Тебе хорошо, только когда ты работаешь. Конечно, сомнительное счастье, если вспомнить о твоих обычных делах... Но, по крайней мере, больше будешь бывать на свежем воздухе и встречаться с людьми – лучше, конечно, с такими, которые не пытаются тебя убить. Знаешь, на днях я нашла замечательный сайт знакомств для одиноких...

Я содрогнулся.

С. Грин. «Плач соловья»

– Ага, я на одном таком был. «Привет! Меня зовут Трикси. У меня такой замечательный триппер, что ты можешь его по телефону подхватить! Дай мне номер твоей кредитной карты и можешь быть уверен, что я заставлю тебя плакать от счастья меньше чем за тридцать секунд!» Нет, Кэти! Мне и в моем печальном одиночестве хорошо. Укрепляет характер, знаешь ли.

Кэти надула губки, но тут же пожала плечами. Она никогда не умела долго грустить.

Она допила шампанское, блаженно икнула и принялась шарить вокруг взглядом в поисках нового партнера для танцев. Не собираюсь признаваться в этом вслух, но Кэти насчет меня по большей части права. Только работа делает мое существование сколько-нибудь осмысленным. Правда, последнее дело принесло мне четверть миллиона фунтов, не считая бонусов, и в данный момент я могу позволить себе некоторую разборчивость. (По заказу Ватикана я разыскал Нечестивый Грааль. При этом пришлось поиграть в прятки и с небом, и с адом. Я эти деньги заработал.) Наверное, стоит взять новое дело хотя бы для того, чтобы отбить вкус «Прометей инкорпорейтед».

– Мне надоело! – объявила Кэти, ударив ладонями по столу для убедительности. – Мне надоело сидеть в твоем шикарном новом офисе и ничего не делать. Красиво, удобно, прекрасная новая техника – кто б спорил, но молодая перспективная девушка не может проводить жизнь, лазая по порносайтам. Как и тебе, мне тоже нужно чем-то себя занять. Отрабатывать свои деньги и поражать нечестивых. Не может быть, чтобы сейчас не было ничего интересного для тебя. Как насчет дела о пропавших тенях? Или о том парне, который проиграл свою юность в карты шулеру?

– Погоди, погоди! – оборвал я сурово. – Я тут как раз подумал: а кто сейчас занимается делами в моем новом роскошном офисе, пока ты пьешь и скачешь по столам в сомнительных питейных заведениях?

– Ах, – ответила Кэти, довольно ухмыляясь, – в числе прочего я приобрела несколько компьютеров из будущего по весьма сходной цене. Они сами по себе прекрасно справляются.

Они даже могут говорить по телефону и дерзить кредиторам.

– А не слишком ли далекое будущее, откуда происходят твои компьютеры? – спросил я с подозрением. – Может, это искусственный разум? Может, они скоро потребуют прибавки к жалованью?

– Расслабься! У них наркотическое пристрастие к информации. Темная Сторона их зачаровала. Почему бы нам не попросить их найти какое-нибудь новое интересное дело?

– Кэти, я и дело «Прометея» взял лишь ради твоего спокойствия...

– А вот и неправда! – горячо возразила Кэти. – Ты взялся за него, чтобы Уокер оказался у тебя в долгу.

Я помрачнел и глотнул полынной.

– Не спорю, все вышло не так, как я надеялся.

– Господи, неужели мне опять придется запирать окна и двери и прятаться под стол, когда он решит заглянуть на огонек?

– Я думаю, нам обоим лучше некоторое время держаться подальше от офиса.

– Все так плохо?

– Именно так. А Уокер пусть общается с компьютерами. Посмотрим, много ли он от них узнает.

Внезапно полыхнул ослепительный свет, и кто-то выпал из ниоткуда между потолком и полом «Странных парней». Неизвестный в изодранном в клочья шелковом костюме рухнул на пол прямо перед стойкой. Из всех металлических предметов в баре посыпались искры и резко запахло озоном – обычные признаки перемещения во времени. Вновь прибывший застонал, приподнялся и тыльной стороной ладони вытер кровь, текущую из носа. Он явно только что дрался и явно не победил. Он был мне знаком, хотя на улице я бы постарался С. Грин. «Плач соловья»

обойти его стороной. Коллега – частный детектив Тони Забвение. Специализируется, в отличие от меня, на делах экзистенциальной природы. Он с трудом поднялся на ноги, оперся спиной о стойку, начал было приводить в порядок свои лохмотья – и тут заметил меня. Побитое лицо налилось кровью, и на меня нацелился трясущийся палец.

– Ты! Тейлор! Это ты виноват! Я тебе яйца оторву!

– Мы несколько месяцев не встречались, Томми, – рассудительно заметил я.

– Ничего, еще встретимся! В ближайшем будущем! И я подготовлюсь к встрече как следует!

Он перешел к оскорблениям, но я не стал связываться и посмотрел на Алекса. Алекс кивнул своим вышибалам. Бетти и Люси были рады стараться. Тони имел неосторожность нагрубить и им, за что его сбили с ног, пнули в одно из больных мест, подхватили за руки и за ноги и вынесли из бара.

Кэти посмотрела на меня с подозрением:

– Это еще что?

– Понятия не имею, – честно ответил я. – Но, думаю, скоро узнаю.

– Прошу прощения, – произнес голос с благородным французским акцентом. – Не имею ли я чести говорить с мистером Джоном Тейлором?

Мы с Кэти обернулись одновременно. Прямо перед нами стоял невысокий толстый человечек средних лет в костюме прекрасного покроя. Выглядел он исключительно элегантно, причесан волосок к волоску, улыбка – само утонченное очарование. Войти в бар и приблизиться к нашему угловому столику незамеченным он решительно никак не мог, и все же вот он – стоит передо мной в натуре, вместе с французским акцентом. Он изящно поклонился мне, улыбнулся Кэти и поцеловал кстати протянутую ручку. Девушка ответила ослепительной улыбкой. Я решил, что он мне не нравится, из принципа. Я очень, очень не люблю, когда ко мне подбираются исподтишка. Это вредит моему здоровью. Я жестом предложил французу взять ближайший стул и сесть к столу. Он некоторое время серьезно изучал пустой стул, затем вытащил из внутреннего кармана ослепительно белый платок и протер сиденье, после чего соблаговолил сесть. Я свирепо посмотрел на него, чтобы напомнить, кто здесь главный.

– Меня зовут Джон Тейлор, – прорычал я. – А вы забрались далеко от дома, мсье. Чем могу быть полезен?

Он непринужденно кивнул. Мне явно не удалось произвести на него никакого впечатления.

– Меня зовут Шарль Шаброн. В течение многих лет я известен как один из самых уважаемых банкиров Парижа. И я действительно проделал неблизкий путь, чтобы встретиться с вами, мистер Тейлор. Мне хотелось бы воспользоваться вашими профессиональными услугами.

– Кто меня порекомендовал? – спросил я осторожно.

Он подарил мне чарующую улыбку.

– Один ваш старый друг, пожелавший остаться неизвестным.

Тут он меня переиграл.

– Таких у меня хватает, – признался я. – А что вам нужно, мистер Шаброн?

– Пожалуйста, называйте меня Шарлем. Я здесь из-за дочери. Возможно, вы о ней слыхали. Она певица, восходящая звезда Темной Стороны. Она называет себя Россиньоль.

Разумеется, это не настоящее имя. По-французски оно значит «соловей». Сначала она приехала в Лондон, потом, лет пять назад, добралась и сюда, чтобы сделать карьеру. И в течение последнего года она очень успешно выступала в ночных клубах по всей Темной Стороне.

Если я ничего не путаю, речь даже шла о контракте с одной из крупных студий звукозаписи.

Все это замечательно. Однако с тех пор, как у нее появились новые менеджеры, некие мистер С. Грин. «Плач соловья»

и миссис Кавендиш, она поет исключительно в ночном клубе «Пещера Калибана», и она...

изменилась. Она порвала со старыми друзьями, она не общается с семьей, она не подходит к телефону и не отвечает на письма, а новый менеджмент никого к ней не подпускает. Они утверждают, что делают это по ее прямому требованию и для того, чтобы оградить ее от чересчур рьяных поклонников. Но я почему-то сомневаюсь. Ее мать потеряла покой и убеждена, что Кавендиши настроили ее против собственной семьи, что они манипулируют ею. И вот я здесь, мистер Тейлор. Я надеюсь, что вы окажетесь в состоянии установить истину.

Я посмотрел на Кэти. Музыкальный мир – ее конек. На Темной Стороне нет ни одного клуба, где бы ей не случилось выпить, потанцевать и устроить дебош.

Кэти уже кивала:

– Да, я знаю Россиньоль. И клуб «Калибан», и Кавендишей. Они хозяева фонда Кавендишей. Участвуют в любом серьезном деле на Темной Стороне. До кризиса, вызванного войной ангелов, очень серьезно занимались недвижимостью. Многие тогда потеряли большие деньги. Сейчас мистер и миссис Кавендиш переключились на шоу-бизнес. Представляют клубы, группы, отдельных исполнителей. Пока ничего исключительного, но все же они быстро превратили себя в силу, с которой нельзя не считаться. Остальные антрепренеры крестятся при виде их.

– Что это за люди? – спросил я.

Кэти нахмурилась:

– Если у Кавендишей есть имена, никто их не знает. Они редко решают вопросы лично, чаще выступают через посредников. Переговоры могут вести агрессивно, действовать беспощадно. Но в шоу-бизнесе хорошие люди обычно и не задерживаются. Ходят слухи, что они не только муж и жена, но также брат и сестра... В основе фонда Кавендишей лежит старинное состояние, которому не один век. Его сегодняшние хозяева, по слухам, алчны и не особенно разборчивы. Поговаривают об истории с певицей Сильвией Син, которую они пытались сделать звездой. Большие деньги ушли на то, чтобы замять скандал. Впрочем, на Темной Стороне слухов всегда хватает. Может, с Россиньоль они ведут себя порядочно. На месте ее агента я бы очень внимательно читала то, что написано в контракте мелким шрифтом.

– У нее нет агента, – сказал Шаброн. – Россиньоль представляет непосредственно фонд Кавендишей. Мое беспокойство нетрудно понять.

Я задумчиво посмотрел на него. Мсье Шаброн что-то недоговаривал. Я такое всегда чувствую.

– Что заставило вашу дочь искать счастья в Лондоне, да еще на Темной Стороне? – спросил я. – В Париже свой музыкальный мир, не так ли?

– Разумеется. Но если хочешь быть звездой, надо отправляться в Лондон. Это всем известно. – Шаброн вздохнул. – Мы с ее матерью никогда не принимали ее увлечения всерьез. Мы думали о более респектабельной профессии с перспективами роста и пенсионным планом. Но ее ничего не интересовало, кроме пения. Возможно, мы слишком сильно на нее давили. В моем банке я организовал ей собеседование. Скромная должность, но с хорошими перспективами. А она убежала в Лондон. Когда я послал людей разыскать ее, она спряталась на Темной Стороне. И здесь она попала в беду, я знаю. О здешних местах такое рассказывают... Мистер Тейлор, я хочу, чтобы вы нашли мою дочь и убедились, что она счастлива, что с ней все хорошо, что никто не ущемляет ее права и не обманывает ее. Я не прошу вас доставить ее обратно. Просто убедитесь, что все в порядке. Скажите ей, что ее друзья и семья беспокоятся о ней. Скажите... скажите, что, если ей не хочется, она не обязана с нами общаться, но мы были бы благодарны, если бы иногда получали от нее весточки. Она мой единственный ребенок, мистер Тейлор. Мне нужно быть уверенным, что она благополучна и в безопасности, понимаете?

С. Грин. «Плач соловья»

– Конечно, – сказал я. – Но решительно не понимаю, почему вы выбрали меня. Подобное дело может взять кто угодно. Могу направить вас к одному человеку, его зовут Уокер.

Он представляет власти...

– Нет! – резко возразил Шаброн. – Я хочу, чтобы за это взялись вы.

– Видите ли, я обычно такими делами не занимаюсь.

– Но ведь люди умирают, мистер Тейлор! Умирают из-за моей дочери!

Он помолчал, успокаиваясь, затем продолжил:

– Насколько можно судить со стороны, сегодня моя Россиньоль поет лишь печальные песни. И действие этих песен таково, что порой ее слушатели возвращаются домой и совершают самоубийство. Уже погибло столько народу, что даже ее менеджмент бессилен остановить слухи. Я хочу знать, что случилось с моей дочерью здесь, на Темной Стороне. Я хочу знать, как это стало возможно.

– Ну хорошо, – сказал я. – Допустим, я такими делами все же занимаюсь. Но должен вас предупредить: мои услуги обходятся недешево.

Шаброн улыбнулся, вновь чувствуя себя как рыба в воде.

– Деньги для меня не проблема, мистер Тейлор!

Я улыбнулся в ответ.

– О таком клиенте можно только мечтать! Сегодня для меня удачный день!

Я обратился к Кэти:

– Возвращайся в офис и дай своим дивным компьютерам задание навести кое-какие справки. Я хочу все знать о Кавендишах, их фонде и текущем финансовом положении. Чем они владеют и кому должны. Выясни, чем занималась Россиньоль до того, как стала работать на Кавендишей. Где она пела, что собой представляли ее поклонники, все как обычно.

Мистер Шаброн...

Я огляделся, но не увидел его. Исчез, как и появился. Успеть добраться до дверей он не мог.

– Черт бы его побрал! – воскликнула Кэти. – Как он это делает?

– Наш мистер Шаброн не так прост, как кажется. С другой стороны, для здешних мест это нормально. Будешь наводить справки, не забудь и о нем, Кэти.

Она коротко кивнула, послала мне воздушный поцелуй и исчезла. Я встал, подошел к стойке и отдал Алексу свою бутылку полынной. Больше я в ней не нуждался.

Алекс спрятал ее под стойку и самодовольно улыбнулся:

– В свое время я имел дело с Россиньоль. Немного тощая, на мой вкус, но голос хорош.

Несколько лет назад я нанял ее, чтобы устроить здесь кабаре. Ну, поднять класс заведения.

Ничего не вышло, да и выйти не могло: этот бар безнадежен.

– Ты подслушивал, Алекс?

– Разумеется. Я слышу все. Это мой бар. Да, эта Россиньоль была красивая девочка с приятным, пусть и не очень хорошо поставленным голосом. И она не заламывала цену. В те дни она соглашалась петь где угодно почти даром, ради практики. Она просто не могла не петь. И это походило не на обычное исполнительское самолюбие, а скорее на призвание.

Не скажу, чтобы в те дни она представляла собой нечто особенное, но я всегда знал, что она пойдет далеко. Талант ничего не стоит без упорства, которого ей не занимать.

– Какие песни она пела в те времена? – спросил я.

Алекс нахмурился:

– Насколько я помню, она пела свои собственные песни. Счастливые, жизнерадостные... Ну, ты знаешь: слушать приятно и забывается легко. Никаких самоубийств тогда не было. Хотя, конечно, мои клиенты народ грубый.

– То есть она ничем не напоминала роковую диву, которую описал ее отец?

– Ничем. Но ведь на то и Темная Сторона – меняются все, и редко когда к лучшему.

С. Грин. «Плач соловья»

Алекс замолчал и, чтобы не смотреть мне в глаза, принялся протирать и без того чистую стойку.

– Говорят, тебя Уокер ищет. И он не похож на счастливого кролика.

– Никогда не был похож, – ответил я небрежно. – Но если он будет искать меня здесь, ты ничего не видел, да?

– Вечно одно и то же, – сказал Алекс. – Давай убирайся отсюда, ты вредишь атмосфере заведения.

За дверями «Странных парней» стояла ночь. Одна за другой вновь загорались, подобно дорожным указателям ада, неоновые вывески. Я решил, что это хорошее предзнаменование, и ускорил шаг.

С. Грин. «Плач соловья»

ГЛАВА 3

АНТРАКТ В АПТАУНЕ

Если вас интересует ночная жизнь Темной Стороны, как она есть, вам надо в Аптаун.

Там вас ждут самые стильные заведения и самые острые удовольствия, которые можно получить, если продать душу Товар на любой вкус, удовлетворение гарантируется или душа возвращается. Здесь играют честно, и это тоже одна из приманок. От «Странных парней» до Аптауна не близко, так что я набрался храбрости, встал на краю проезжей части и подозвал паланкин.

Паланкин принадлежал знакомой фирме, иначе я бы не стал в него садиться. По мокрым от дождя улицам Темной Стороны бежит нескончаемый поток экипажей, опасный для тела и духа Я удобно расположился на мягком сиденье, обитом красной кожей, и паланкин уверенно влился в транспортный поток. Толстые деревянные стенки кабины, как и узкие оконца из пуленепробиваемого стекла, вселяли уверенность. На самом деле кабина защищала не только от пуль. Носильщиков ни спереди, ни сзади видно не было. Эта фирма принадлежала семейке дружелюбных полтергейстов. Полтергейсты передвигаются гораздо быстрее людей, а главное, не пытаются развлекать пассажира разговорами. Специфические возможности их также неоценимы, когда речь заходит о защите паланкина и клиента от других участников дорожного движения. Водоворот улиц Темной Стороны втягивает самые различные экипажи из прошлого, настоящего и будущего, и многие из них плотоядны. В баки некоторых таксомоторов заливают неосвященное церковное вино, есть спортивные автомобили, бегающие на слезах демонов и моче ангелов, а есть вечно голодные создания, которые лишь выглядят автомобилями.

Свора тупоголовых байкеров попробовала было блокировать паланкин своими мотоциклами, но полтергейст-водитель раскидал их, как покерные фишки. После этого и другие стали уступать нам дорогу, и совсем скоро мы оказались на улицах Аптауна. Животное возбуждение, замешанное на поте, крови и слезах, разлито в здешнем воздухе. Нигде неон не горит так ярко, не сияет столькими цветами, а сомнительные вывески не пульсируют так лихорадочно. Можно не сомневаться, что здешние фонари даже не мигнули во время недавних перебоев. Энергию Аптаун получает в первую очередь. Но несмотря на это, здесь, в мире, где всегда три часа пополуночи, где поток ночных удовольствий не пересохнет, пока у вас есть деньги, всегда чуть-чуть темнее, чем должно быть.

В лучших ресторанах Аптауна подают блюда из меню народов, исчезнувших столетия назад. Они приготовлены по рецептам, невозможным в других местах. Есть специализированные рестораны, где можно заказать обед из мяса вымерших или фантастических животных. Вы не жили по-настоящему, если не пробовали ножек додо, омлета из яиц птицы Рух, дракона по-кентуккски, суши из кракена, дежурной химеры или глаз василиска (последнее исключительно на ваш страх и риск). Здесь можно заказать обед, после которого не страшно умереть.

В книжных магазинах вы найдете труды знаменитых писателей, созданные в тайне и не предназначенные для публикации. Есть книги, написанные духами тех, кто умер слишком рано. Есть тома спиритуальной порнографии и сочинения, посвященные искусству тантрического убийства. Запретное знание, забытые предания, путеводители по потустороннему миру. На витрине одного из магазинов красовалось новое издание печально известной книги «Король в желтом», углубившись в которую люди сходили с ума. К ней прилагалась пара розовых очков для чтения.

С. Грин. «Плач соловья»

На улицах бурлила толпа, растекаясь ручейками под неоновые вывески всех цветов радуги. Дразнящие ароматы и обрывки волнующих мелодий спорили друг с другом. Длинные очереди терпеливо стояли у касс кабаре и театров и выстраивались за свежим номером «Найт таймс». Неприметные фигуры исчезали в дверях оружейных магазинов, а также борделей, где за соответствующую плату вы могли спать со знаменитой литературной героиней.

(Не настоящей, конечно, но чего еще ожидать в таком месте?) Аптаун торгует любыми увеселениями, какие вы только способны вообразить. При этом рекомендуется не зевать: неосторожных могут съесть живьем.

Ночные клубы есть на любой вкус. Все очень серьезно: музыка, выпивка и компания такие, что клиенту мало не покажется. Некоторые клубы оформлены в стиле ретро. Виги и тори спорят о политике за чашкой кофе, потом развлекаются травлей демонов, делая ставки.

Римляне возлежат перед трапезами из двадцати блюд, вставая только для того, чтобы посетить вомиториум1. Другие заведения вполне современны и более чем великолепны: вы не поверите, как много нынешних звезд зарабатывали на ужин пением в клубах Аптауна.

По мере того как мой паланкин приближался к сердцу Аптауна, толпы становились все гуще. Раскрасневшиеся лица, блестящие глаза – все опьянены жизнью, и каждому не терпится выбросить деньги на ветер. Среди толпы лихорадочно сновали люди, зарабатывающие на жизнь в этих клубах, берущиеся за сотню дел разом, чтобы оплатить жилье или успокоить душу. Певцы, актеры, маги, чтецы, стриптизерши и партнерши для танцев – все живут на сплетнях, выпивке и амфетаминах. А по углам стоят ночные бабочки с густо подведенными глазами и призывно блестящими губами – дочери сумерек, согласные на все при условии оплаты наличными.

Это Темная Сторона, и неосторожный всегда может попасть в ловушку. Уик-энд в прокуренном баре может растянуться на годы, и есть клубы, где не перестают танцевать, даже если ноги оставляют на полу кровавые следы. На блошином рынке можно продать любую часть своего тела, рассудка или души. Или не своего. Лавки магических принадлежностей продают самые удивительные предметы, не давая никакой гарантии. Когда вы завтра придете с претензией, лавки может уже не оказаться на месте.

У глухих парадных и по темным аллеям жмутся нищие в лохмотьях, протягивая грязные руки за подаянием. Бродяги, убежавшие из дома подростки и просто люди, которым не повезло. У большинства прохожих хватает благоразумия дать им монетку или сказать доброе слово. Карма на Темной Стороне не является абстрактной концепцией: очень многие обитатели дна когда-то были значительными персонами. На Темной Стороне очень легко все потерять. Так что разумный человек не станет злить того, в ком, быть может, осталась искорка былой силы. К тому же не исключено, что завтра ты сам окажешься на дне. Колесо судьбы поворачивается, мы взлетаем и падаем, и нигде это колесо не вертится быстрее, чем в Аптауне.

Я вышел из паланкина прямо напротив «Пещеры Калибана». Я посмотрел на счетчик, добавил щедрые чаевые и опустил деньги в специальный ящик. Полтергейстов никто не обманывает. Они склонны принимать такие вещи близко к сердцу и могут превратить ваш дом в кучу строительных материалов, не дожидаясь, пока вы его покинете. Паланкин влился в уличный поток, а я принялся неторопливо изучать «Пещеру Калибана». Не обращая внимания на снующих вокруг прохожих, я сосредоточился на своих ощущениях. Обширное, дорогое и престижное заведение, куда и попасть-то нельзя, если ты не в списке, не говоря уже о том, чтобы занять хороший столик. «Пещера Калибана» не для всех, что является частью ее привлекательности. Имя Россиньоль горело над входом готическими буквами, рядом светились цифры – время начала выступлений, трижды за вечер. Табличка на закрытой двери Специальное помещение при римских трапезных для освобождения желудка посредством рвоты. (Прим. ред.) С. Грин. «Плач соловья»

сообщала, что сейчас перерыв между представлениями и клуб закрыт. Даже самому дорогому заведению нужно время, чтобы прибраться между представлениями. Удачный момент для парня вроде меня, чтобы не спеша осмотреться. Для начала, правда, надо убедиться, что это не мышеловка.

У меня есть враги, которым нужна моя голова. Не знаю, кому и зачем она понадобилась, но кто-то подсылал ко мне убийц, еще когда я был ребенком. Это связано с тем, что моя мать оказалась не человеческим существом. Вскоре после того, как мой отец об этом узнал, она исчезла. Отец потом прожил недолго: пил, пока не умер. Тешу себя мыслью, что уж я-то сделан из материала попрочнее. Случается, я не вспоминаю о своей пропавшей без вести матери несколько дней подряд.

В толпе, бурлящей вокруг меня, знакомых лиц заметно не было. Да и паланкин в случае слежки предупредил бы меня. Однако дело мне вполне могли поручить лишь для того, чтоб заманить в засаду. Такое случалось раньше. Узнать наверняка, что никаких ловушек нет, можно только при помощи моего дара – третьего глаза, от которого никто и ничто не может укрыться. А это опасно. Когда третий глаз открыт, мой разум сияет, словно маяк в вечной ночи, и самые разные существа видят меня и знают, где я нахожусь. Мои враги никогда не теряют бдительности. Но сейчас у меня нет выхода, и я использую свой дар.

На темной стороне есть свои тайные глубины и скрытые уровни – и выше, и ниже обычного. Вокруг меня, будто закольцованная видеозапись, однообразно суетились всевозможные духи – мгновения, застрявшие в вечности. Линии Лея сияли так ярко, что даже я не мог смотреть на них прямо. Они сплетались в сверкающие узоры и пронизывали людей и здания, словно их там вовсе не было. На плечах прохожих сидели черные уродливые наездники: одержимости, вожделения, страсти. Некоторые из них узнавали меня и угрожающе скалили острые, как иглы, зубы. Огромными шагами расхаживали гиганты, возвышаясь над самыми высокими зданиями, и повсюду мелькали люди Света, занятые своими вечными непостижимыми трудами. Иногда люди Света обращали свое внимание на прохожих, но никогда их не трогали.

По-настоящему моим вниманием завладела многослойная магическая защита, окружавшая «Пещеру Калибана». Плотная паутина заговоров, проклятий и отвращающих рун оплетала все входы и выходы, излучая пагубную энергию. Сверхмощная высокопрочная защита, создать которую не под силу даже самому талантливому любителю. Иными словами, кто-то заплатил профессионалу целое состояние только для того, чтобы оградить от возможных неприятностей начинающую певичку. Впрочем, ни один элемент этой защиты не был настроен персонально на меня. На ловушку не похоже. Я закрыл третий глаз и задумчиво посмотрел на запертую дверь. Пока я сам не использую магию, защита меня не видит, так что остается придумать хороший предлог, чтобы попасть внутрь...

К счастью, магические средства защиты, как правило, не отличаются сообразительностью. Им это не нужно. Я изобразил приветливую улыбку, сделал шаг вперед и громко постучал. На двери из деревянного барельефа немедленно выступила жуткая рожа. Роняя чешуйки лака, деревянные губы раздвинулись, открыв кривые деревянные зубы.

– Проваливай! Клуб закрыт между представлениями. Артисты не выходят к поклонникам, не дают автографов, и тебе нечего делать у служебного входа. Если хочешь купить билет, касса открывается через час. Приходи через час или не приходи вовсе, мне плевать!

Высказавшись, лицо стало растворяться в гладкой поверхности двери. Я постучал по широкому лбу, и деревянные глаза удивленно моргнули.

– Тебе придется меня впустить. Я – Джон Тейлор.

– В самом деле? Поздравляю! А теперь вали отсюда. Я сказал, что мы закрыты, а не открыты, и какого хрена ты здесь стоишь?

С. Грин. «Плач соловья»

Нет ничего легче, чем перехитрить наглого симулякра с больным самомнением.

Я снисходительно улыбнулся:

– Я Джон Тейлор, и мне надо поговорить с Россиньоль. Открой дверь, или я из тебя обезьяну сделаю.

– Ах, прошу меня простить, сэр! Я исполняю свой долг! Я пропускаю тех, кто внесен в списки, и тех, кто знает пароль. Я не делаю исключений, даже когда мне хочется. А сейчас мне даже и не хочется. Проваливай!

– Меня прислал Уокер.

Выстрел наугад – всегда стоит попробовать. Уокера боятся еще больше, чем меня, и по очень уважительным причинам.

Лицо на двери громко фыркнуло:

– Чем докажешь?

– Не будь идиотом. С каких это пор власти утруждают себя выдачей ордеров?

– Без документа не пущу. Убирайся! Катись колбасой!

– А если не уберусь?

Из двери вытянулись две узловатые руки. Не пытаясь увернуться от них, я шагнул вперед и надавил большим пальцем на деревянный глаз. Лицо взвыло, оскорбленное в лучших чувствах. Я надавил посильнее, и хватка ослабла.

– Играй по-честному, – сказал я. – Убери руки. Руки вернулись в дверь, я убрал большой палец, а лицо обиженно надулось:

– Крутой нашелся! Я про тебя все расскажу, вот посмотришь!..

– Открой дверь, – повторил я. – Открой, или случится очередное недоразумение.

– Ты должен сказать пароль, иначе я не могу открыть!

– Замечательно. И какой же у вас пароль?

– Ты должен сказать пароль.

– Так я и сказал. Только что.

– Нет, ты не говорил!

– Вот ведь глухой чурбан! Что я тебе только что сказал?

– Что? – озадачилось лицо. – Что?

– Пароль! – потребовал я сурово.

– Меч-рыба!

– Ну вот и умница! А теперь пропусти.

Щелкнул замок, и дверь распахнулась. К этому времени у деревянного лица начался нервный тик. Неразборчиво жалуясь, дверь закрылась за моей спиной.

Вестибюль смотрелся шикарно, по крайней мере там, где его не заслонял громоздкий силуэт огра, заступившего мне дорогу. Он представлял из себя квадрат восемь на восемь футов в смокинге и галстуке бабочкой. Гм... Огр многозначительно размял руки и потрещал суставами пальцев. На низком лбу было написано, что разговорами с ним не отделаешься.

Глядя ему в глаза, я шагнул вперед и ударил ботинком между кривых ног. Огр всхлипнул, завел глаза и с грохотом упал на пол, где и свернулся калачиком. Некоторые цели удобно поражать как раз на крупном противнике. На пути через вестибюль и к дверям зала меня никто не побеспокоил.

Верхний свет не горел, «Пещеру» наполняли тени и сумрак. Голые каменные стены, угрожающе низкий потолок, сверкающий вощеный пол, роскошные столы и стулья, в дальнем конце – сцена, довольно высоко поднятая над уровнем пола. Стулья перевернуты на столы, между ножек вьется и стелется по полу разноцветный серпантин. Справа, в дальнем углу, оазисом света сияет бар, открытый сейчас для персонала и артистов. Десяток человек собрались за стойкой, как слетевшиеся на свет мотыльки с потрепанными крыльями.

С. Грин. «Плач соловья»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам

Похожие работы:

«НОРВЕГИЯ Апартаменты и коттеджи на рыболовных базах в окрестностях Бергена JANDIS AS Tour Operator, org. nr. 986 737 219 Содержание: Рыболовные базы на острове Сутра 1 – СУТРА ЦЕНТР, 6-10 чел 2 – ГЛЕСВЕР, 4-6 чел Рыболовные базы на островах Ойгарден 1 –...»

«УДК 615.851 ББК 53.57 К41 Перевод с английского Е. Мирошниченко Кинслоу Фрэнк Кто ничего не ищет — находит все: Секрет истинного К41 счастья / Перев. с англ. — М.: ООО Издательство "София", 2013. — 288 с. ISBN 978-5-399-00471-6 В своей глубокой книге...»

«Организация Объединенных Наций A/HRC/WG.6/25/TZA/1 Генеральная Ассамблея Distr.: General 10 February 2016 Russian Original: English Совет по правам человека Рабочая группа по универсальному периодическому обзору Двадцать пятая с...»

«Джон Роналд Руэл Толкин Две твердыни Серия "Властелин Колец", книга 2 Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=128311 Властелин Колец. Трилогия. Т. 2. Две твердыни / Джон Р.Р. Толкин: АСТ; Москва; 2013 ISBN 978-5-17-078923-8 Аннотация Трилогия "Вл...»

«МКОУ Новорычанская ООШ ДО Конспект НОД по речевому развитию Путешествие в мир насекомых Подготовила: воспитатель Нурманова А.К. 2013г.Цели: образовательные: продолжать знакомить детей с разнообразным миром насекомых; выделить...»

«Международное Соглашение Passport Advantage Часть 1 – Общие положения В соответствии с данным соглашением IBM International Passport Advantage Agreement (“Соглашение”), IBM предоставляет заказчику, использующему условия Passpo...»

«B-01-R // V. 20150318 Тур "МЕЧТА ОСТАПА БЕНДЕРА"-БРАЗИЛИЯ ТРОПИЧЕСКИЕ КОЛОРИТЫ-6дней/5ночей 1~ ПЕРИОД: с июля по декабрь 2015г ~ БРАЗИЛИЯ ТРОПИЧЕСКИЕ КОЛОРИТЫ Тур МЕЧТА ОСТАПА БЕНДЕРА 6 дней / 5 ночей Рио Де Жа...»

«Служение Евангелия для осужденных "ВСТАНЬ И ИДИ" Иисус Христос – Спаситель мира! "Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня благовествовать нищим, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем,...»

«РО С С И Й С К О А Р М Я Н С К И Й ( С Л А В Я Н С К И Й ) У Н И В ЕР С И Т ЕТ УТ ВЕ Р Ж Д АЮ: Ректор А.Р. Дарбинян “_”_ 201 г. Институт права и политики Кафедра: Политических процессов и технологий Автор: м....»

«ВНИИТ [О нефть Pfl 39-12-644-81 ДЕФЕКТОСКОПИИ ТОРМОЗНЫХ ЛЕНТ БУРОВЫХ ЛЕБЕДОК И ЛЕБЕДОК АГРЕГАТОВ ДЛЯ ПОДЗЕМНОГО И КАПИТАЛЬНОГО РЕМОНТА СКВАЖИН Куйбышев • 1982 накидка на вечернее платье Министерство нефтяной промышленности Всесоюзный научно-исследовательский институт разработки и эксплуатации нефтепромысло...»

«1 Министерство Образования Азербайджанской Республики Азербайджанская Государственная Нефтяная Академия Основы теории надежности нефтепромыслового оборудования Под общей редакцией д-ра техн. наук, проф. С.Г. Б...»

«Владимир Фролов Выборы в США №5 / сентябрь 2016 и будущее российскоамериканских отношений Президентские выборы в США в ноябре 2016 Будущее российской политики года с большой вероятностью приведут к изв отношении США менениям в американской политике. С приходом новой администрации америка...»

«Кирилл Авдеенко. Стихи для детей и родителей.О себе: Родился 3 апреля 1977 года в г. Ленинск, Кзыл-Ординской области (космодром Байконур) в семье военнослужащего. Живу в г. Киеве. Закончил Киевский военный...»

«Абхазские народные сказки Джамхух – сын оленя http://detkam.e-papa.ru Page 1/6 Джамхух – сын оленя http://detkam.e-papa.ru Было это давным-давно. Жил в то время на свете один владетельный князь. Однажды в сопровождении своих дворовых он охотился в горах. Долго ходили охотники по горным тропам, и досталас...»

«ВДОМОСТИ. 3 '* • '.ч. " Л,. 1 -“ч Ч В ы ходятъ дил ріиа въ ыіПодписка адресуется въ спцъ: 15 и 3 0 ч исо.ь. А рхангельскъ въ редакцію Годовая ц іи яЛ р.с ъ иерссЛ К н з р х ш ы іь ш " Іідохіоси-Л. • '.А / /Ъ / Ч Л /ч " ^ * % ) : 1 января 5 годъ XIV, №1 ЯАСТЬ О Ф Ф И Ц ІА Л Ь Н А Я. •, ' | X, Епархіальныя и...»

«Спецсообщение Л.П. Берии И.В. Сталину о разработке советских военнопленных 23.05.1940 № 2065/б Тов. СТАЛИНУ В порядке обмена военнопленными с Финляндией было принято *бывших военнослужащих* Красной армии 5277 человек, из них 373 человека командного, начальс...»

«Вертолеты на радиоуправлении инструкция по эксплуатации Инструкция для радиоуправляемых вертолетов Пожалуйста, внимательно прочитайте это руководство прежде, чем использовать радиоуправляемую модель вертолета с электродвигателем (в дальнейшем Модель). Мы рекомендуем, чтобы Вы де...»

«Инструкция по работе с системой Оглавление Введение 1. О системе измерения площадей "Агрометр" 2. Основные функции системы "Агрометр" 3. Терминология, используемая при работе в системе "Агрометр". 4...»

«Азаров А.И. Авторская лаборатория вихревой техники, Санкт-Петербург www.azvortex.narod.ru azaroff2009@mail.ru РУКОТВОРНЫЙ СМЕРЧ И ЭНЕРГОСБЕРЕЖЕНИЕ: ВИХРЕВЫЕ ТРУБЫ В ПРОМЫШЛЕННОСТИ "Традиционная" холодильная техника, испо...»

«Утвержден Приказом МОУО – Управления образованием от "14" февраля 2017 № 55 Нормативные затраты на обеспечение функций Муниципального органа управления образованием – Управления образованием Тавдинского городского округа и подведомственных ему муниципальных казенных учреждений...»

«Никифоров Леонид Михайлович 1923-1993гг. Уроженец с. Большие Вяземы (Голицыно) Московской обл. Звенигородского р-на. Окончил 7 классов Б.Вязёмской школы. В 1937 г. после ареста отца в 14 лет был вынужден пойти работать и вечером учиться. Получил специальность авиа-клёпальщика, работал на заводе, одновременно учился летать...»

«Г. Кельзен. Норма и ценность 71 18. Meinong A. ber Gegenstnde hherer Ordnung und deren Verhltis zur inneren Wahrnemung // Meinong A. Gesamtausgabe. Akademische Druck-u. Verlagsanstalt. Graz. Austria. 1969. Bd. 2.19. Sauer W. sterreichische Philosophie zwischen Aufklrung und Restavration. Amsterdam, Rodopi...»

«Тема 15 Правила проведения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме Общее собрание собственников помещений многоквартирного жилого дома (МКД) является высшим органом управлени...»

«Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение "Средняя общеобразовательная школа № 34" города Махачкалы Утверждаю Директор _ Г.М. Магомедов ""_2016г. Положение о школьном конкурсе "Ученик...»

«17415129 Ricarda M. Anti Wrinkle Eye Cream Крем-эмульсия для кожи вокруг глаз с усиленной концентрацией витамина С Артикул: 100573_127766 Объём: 60 мл Описание: Уже после первого применения крема-эмульсии кожа выглядит более гладкой, а с помощью оптически уменьшаются морщинки в области глаз, "гусиные лапки", крем успокаив...»








 
2017 www.kniga.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.